• Пробки 0
  • Погода
  • Иркутские ученые нашли 70-килограммовую кость динозаврадинозавра
  • Исследование: сколько россиян постоянно находятся в стрессестрессе
  • В Иркутской области откроют первый в России центр профилактики ракарака
  • Иркутская Госавтоинспекция установила в городе первый напольный светофорсветофор
  • Исследование: сколько времени россияне смотрят телевизортелевизор

Дым 01.10.2019 04:00

Четыре башни: как Сергей Левченко растерял поддержку жителей региона

ДЕНИС БРЯНСКИЙ

ДЕНИС БРЯНСКИЙ

0Комментариев

Четыре башни: как Сергей Левченко растерял поддержку жителей региона

Выиграв выборы 2015 года у «единоросса» Сергея Ерощенко, коммунист и член ЦК КПРФ Сергей Левченко стал первым после возвращения выборов губернаторов главой российского региона не от партии власти. Считается, что он был избран в результате протестного голосования, однако это не совсем так: народную поддержку Левченко заслужил в том числе и за свою программу, которая верно диагностировала многие вопросы, волнующие жителей региона. В частности, он обещал разобраться с проблемами образования, сельского хозяйства, вырубки лесов, заверял, что поможет населению с оплатой взносов в фонд капитального ремонта.

Спустя 4 года Левченко растерял популярность, многие жители разочарованы в своем выборе и просят отправить губернатора в отставку. Обещанные проекты пока так и остаются на бумаге. Владимир Путин критикует его работу каждый визит — обычно после такого губернаторов снимают с должностей, а в некоторых случаях еще и сажают за решетку. А местные элиты вовсе не сплочены вокруг губернатора. Но Левченко находится в феноменальном для глав регионов положении — он все еще занимает свою должность и, по мнению экспертов, может сохранить свой пост до выборов в 2020 году.

«Верблюд» изучил предвыборную программу Сергея Левченко, чтобы сравнить ее с реальным положением дел и разобраться, справедливо ли критикуют непотопляемого губернатора.


«Черная метка» для Левченко

История Сергея Левченко на посту губернатора Иркутской области похожа на биржевое ралли. После победы на выборах над «единороссом» и врио губернатора Сергеем Ерощенко осенью 2015 года все нападки на Левченко со стороны представителей партии власти до недавнего времени расценивались жителями региона исключительно как попытки отомстить за победу, — в том числе и скандал с незаконной охотой на медведя, попавший и в федеральные телеканалы и даже упомянутый Владимиром Путиным.

В сентябре 2018 года было опубликовано видео, где Левченко расстрелял в упор медведя, находящегося в спячке. В декабре 2018 года полиция возбудила дело о незаконной охоте, сюжеты с видео вышли на федеральных телеканалах в конце месяца. Председатель Комитета по природным ресурсам, собственности и земельным отношениям Госдумы Николай Николаев, избиравшийся от региональной группы, в которую входит в том числе, Иркутская область, направил запрос в Генпрокуратуру и МВД по поводу охоты, но серьезной реакции федерального центра не последовало.

Фото: Egor Lesnoy

Все изменилось в этом году. 26 июня сильнейшие паводки затронули Тулунский, Нижнеудинский, Тайшетский, Чунский и ряд других районов Иркутской области, спустя месяц вторая волна наводнения ударила по все тем же Тулунскому и Тайшетскому районам, на этот раз также затронув и южную часть Прибайкалья, — пострадали Слюдянка, Байкальск, Шелеховский район. Стихия унесла жизни 25 человек, 6 человек пропали без вести. Было уничтожено более 10 тыс. жилых домов.

Фото: Egor Lesnoy

Правительство региона оказалось не подготовлено к стихийному бедствию и к необходимости в кратчайшие сроки ликвидировать последствия ЧС, за что его критиковали и местные жители, и контролирующие органы, и правительство страны. За работу после наводнения от президента Владимира Путина губернатор получил оценку «неудовлетворительно», на муниципальных руководителей возбуждали уголовные дела, как это произошло в Нижнеудинском районе. В Тайшетском районе прокуратура пришла к выводу, что администрация муниципального образования получала информацию о повышении реки Бирюсы еще ночью 27 июня, однако так и не провела эвакуацию. В том числе из-за этого тогда погибла женщина, пытавшаяся самостоятельно перебраться через потоки бурно разлившейся реки.

Плохо была организована работа и после наводнения, хотя в ходе всех трех своих визитов в регион в этом году Путин призывал ускориться ответственных за ликвидацию последствий ЧС. Например, сертификаты на жилье так и не были выданы всем пострадавшим. Пришлось вмешаться вице-премьеру Виталию Мутко. Похожая ситуация с предпринимателями: им практически не помогают, им приходится проводить митинги, вместо того чтобы восстанавливать бизнес. За это Мутко жестко раскритиковал областного бизнес-омбудсмена Андрея Капитонова, сорвав аплодисменты местных бизнесменов, присутствовавших на встрече. Все еще не готов план восстановления жилья, не отремонтированы все образовательные учреждения, а ущерб от наводнения вовремя так и не был оценен. Левченко припомнили, что во время первой волны паводка он был в Москве и в регион вернулся не сразу. Не добавила популярности история с главой пресс-службы Левченко Ириной Алашкевич, назвавшей жителей Тулуна быдлом (она поплатилась за это должностью).

Однако осенью 2019 года Левченко приблизился к отставке, пожалуй, максимально за 5 лет. 29 сентября РБК сообщило о том, что в Кремле активно обсуждают отставку Левченко. По словам одного из источников издания, уход Левченко может состояться этой осенью, при очередной ротации губернаторов.

Президент РФ Владимир Путин

«С учетом того, что я там [в пострадавших от наводнения районах Иркутской области] услышал, не могу признать ликвидацию последствия паводка удовлетворительной».


Как Левченко стал губернатором-аутсайдером

Губернатор Иркутской области Сергей Левченко стал аутсайдером в рейтинге политической устойчивости глав регионов, у которых истекают полномочия в 2020 году, говорится в недавнем отчете компании «Минченко Консалтинг». Вероятность отставки Левченко — максимальная среди 11 губернаторов, находящихся в зоне риска.

Низкую политическую устойчивость Левченко эксперты объяснили недовольством работой губернатора по ликвидации последствий наводнения. Кроме того, позиции Левченко были значительно подорваны из-за скандала Алашкевич, назвавшей пострадавших от наводнения жителей Тулуна быдлом. В июльском рейтинге Левченко уже находился в зоне риска, однако его шансы на отставку оценивались как гораздо более низкие.

Эксперты оценивают губернаторов по следующим критериям: среди положительных факторов — поддержка элит, наличие больших проектов в регионе, хорошее состояние экономики, уникальность позиционирования, высокое качество политического менеджмента. Среди негативных факторов, снижающих общий балл, — конфликты на федеральном и региональных уровнях и претензии со стороны правоохранительных органов. У Левченко максимальный балл по большим проектам и всё плохо с федеральными и региональными конфликтами (эксперты отметили конфликты с местными элитами, Бердниковым и Соколом), арестами и уголовными делами (вероятно, Левченко припомнили дело Шеверды).

Разочарование в губернаторе (Irk.ru приводил данные опроса ВЦИОМ, по которому больше половины жителей Иркутской области считают, что региону нужен новый губернатор, на сайте службы результатов опроса нет) связано не только с наводнением. По словам экспертов, люди, поверившие обещаниям губернатора в 2015 году, к 2019 году оказались разочарованы. Кроме того, так и не реализованы некоторые крупные проекты, например, не ликвидированы отходы Байкальского ЦБК и не построен иркутский аэропорт.

Левченко и образование

В своей предвыборной программе Сергей Левченко обещал повысить уровень образования в регионе. «Сфера образования в нашей области стремительно теряет темпы развития и откатывается далеко назад», — говорилось в программе Левченко. По его словам, на тот момент существовали поборы в школах, имелся недостаток в детских садах, а высшее образование в регионе находилось в упадке. Левченко обещал разобраться со всеми этими проблемами.

Из конкретных шагов он обещал разработать областную программу по строительству образовательных учреждений для ликвидации перенаполненности и очередей — и она создана. Главная цель программы — полностью перевести обучение в школах в односменный режим и ликвидировать очереди в детские сады. Сделать это можно только за счет строительства новых образовательных учреждений и пристроек к старым.

Школы и детские сады строятся. В прошлом году ремонт, реконструкция и строительство коснулись 16 школ, в этом — уже 20. Такая же ситуация и с детскими садами. В Ангарске все-таки «домучают» долгострои — школу в микрорайоне Китой, новый корпус гимназии № 1 и детский сад в 17 микрорайоне. В Свирске скоро полностью решат проблему с очередями в детские сады.

Впрочем, не везде дела идут так хорошо. Сам губернатор говорил, что в Иркутском районе школы «появляются хаотически», а не системно, и при быстром росте населения муниципального образования это и грозит перенаполненностью школ и очередями в детские сады. «Согласно прогнозам, к 2025 году в Иркутском районе будет проживать 175 тыс. человек, включая 52 тыс. детей. Для них потребуется создать дополнительно 7,5 тыс. мест в школах и детских садах, а значит, необходимо будет построить 17 школ и 24 детских сада. В данный момент в районе ведется активное строительство учреждений образования, но пока ситуация стоит очень остро», — говорил мэр Иркутского района Леонид Фролов в августе 2019 года.

В своей предвыборной программе Левченко обещал добиться (очевидно, от федерального Минобразования) увеличения числа бюджетных мест в вузах. Однако сделать этого не удалось: в последнюю приемную комиссию при Сергее Ерощенко ИРНИТУ был готов принять 2899 студентов на бюджетной основе, в этом году — только 2712 человек. В ИГУ еще летом 2016 года государство оплатило учебу 2147 студентов. В этом году вуз планировал набрать 1,6 тыс. человек на бюджетные места. Зато с осени 2018 года первокурсники иркутских вузов получают дополнительную стипендию в размере 5 тыс. рублей от правительства региона. На этот символический жест (стипендию получают чуть больше 200 человек) из бюджета тратится около 1 млн рублей в месяц.

Высшее образование находится в федеральной юрисдикции, но Левченко может влиять на ситуацию: например, в июне 2016 года губернатор официально объявил, что ИГУ и БГУ не будут объединены (его роль в этом не ясна, но, видимо, он относил это к своим заслугам). Однако, например, по поводу конфликта преподавателей и студентов с руководством БГУ, а также о ситуации с общежитиями университета (о ней подробно рассказывал «Верблюд») Левченко публично не высказывался.

В остальных же университетах дела идут лучше: в ИГУ и ИРНИТУ открыли военные кафедры, вместе они создают научно-образовательный центр, а Ангарская государственная техническая академия во время управления Сергея Левченко получила статус университета и новое название — АнГТУ. Губернатор ко всему этому не причастен, но в глазах населения эти свершения будут приписываться и ему, как главному лоббисту региона на федеральном уровне. С другой стороны, обещанного прорыва в образовании не случилось: ни один иркутский университет не вошел в рейтинг 100 лучших вузов страны.

Левченко и капремонт

В январе 2015 года в 10 крупных городах Иркутской области прошли митинги за отмену областного «Закона о капитальном ремонте», организованные КПРФ. На плакатах — лозунги вроде «Когда грабят богатых — это преступление. Когда грабят бедных — это капитальный ремонт» и «Взнос за капремонт непонятно кому и без договора — деньги на ветер». Закон, вызвавший протесты, был принят областным парламентом 27 декабря 2013 года и предусматривал введение ежемесячных взносов на капремонт с 1 сентября 2014 года.

Неудивительно, что Левченко в своей программе обещал помочь жителям в оплате взносов на капитальный ремонт в многоквартирных домах. Как он сказал в 2015 году, областной закон о капремонте накладывал бремя оплаты целиком на жителей и не давал взамен никаких гарантий. Тогда еще кандидат в губернаторы, Левченко отмечал, что местные жители платят по этой статье по 300 — 600 рублей в месяц, и обещал снизить расходы до 100 — 200 рублей. В своей программе губернатор не указал, каким именно лицам будет адресована помощь. Этот пункт был осуществлен уже в июле 2016 года — соответствующий областной закон вышел через несколько месяцев после прихода Левченко к власти. Правда, только для отдельных категорий граждан: сначала это были граждане старше 70 и 80 лет, а в апреле Левченко поручил ввести льготу по оплате взносов на капремонт для людей старше 60 лет.

По поводу самого капитального ремонта было несколько скандалов: несколько раз ремонт был проведен некачественно и дома затапливало. Пожалуй, самый заметный (кроме кейса компании «Звезда» — о нем ниже) — отчет Контрольно-счетной палаты о проверке деятельности Фонда в 2016 — 2017 гг. Выяснилось, что в 2017 году ремонт был проведен только в 80% домов.

Левченко и сельское хозяйство

Осенью 2015 года губернатор-коммунист очень хотел оказать сельскому хозяйству «всемерную помощь», обещая государственную поддержку. «Проблемы сельского хозяйства носят хронический характер и лишь усугубились в последние годы», — писал Сергей Левченко в своей предвыборной программе.

Из конкретных мер губернатор-коммунист предлагал, например, увеличить инвестиции на развитие сельскохозяйственного производства и социальной инфраструктуры на селе до 10% расходной части областного бюджета. По данным на 2018 год, финансирование сельского хозяйства составит 7,377 млрд рублей, то есть чуть более 5% от бюджета региона, — обещание оказалось не выполнено. А в следующем году финансирование уменьшится до 5,954 млрд рублей. То, что сельское хозяйство поддерживается только на уровне риторики, понятно, но основным источником доходов регионального бюджета является промышленность. От крупнейших налогоплательщиков региональный бюджет зависит почти наполовину. Среди них — Иркутская нефтяная компания, «Роснефть», «Евросибэнерго», «Иркутскэнерго», «Русал», «Востсибуголь», РЖД, «Илим» и ни одной аграрной компании.

Левченко и экология

В 2018 году Левченко выразил обеспокоенность экологическим состоянием региона в целом и берегов Байкала в частности и заявил, что было бы неплохо в пределах Иркутской области запретить пластиковые пакеты, а туристам выдавать целлюлозные. Такое ограничение, по словам Левченко, практикуется в Кении (это правда).

Экология — действительно одна из тем, более всего волнующих жителей региона. Экологическая ситуация в Иркутской области не самая лучшая. 3 сентября Министерство природных ресурсов и экологии РФ опубликовало доклад о состоянии окружающей среды в 2018 году: Иркутск и 8 городов Иркутской области попали в список 22 самых грязных городов страны. На уровне городов проблема — в выбросах с промышленных предприятий. Власти пытаются по мере возможности ее решить: например, Братск, в котором с экологией давно плохая ситуация, попал в национальный проект «Экология». Там собираются сократить количество выбросов как минимум на 20% к 2025 году. В Ангарске, который впервые с 2005 года попал в рейтинг самых загрязненных городов, «Ангарскцемент» ввел в эксплуатацию новые фильтры Elex, которые сводят выбросы практически к нулю. Но недавно отгоревшие лесные пожары откинули Иркутскую область на последнее, 85-е место в рейтинге экологически благонадежных регионов страны.

Фото: Владимир Смирнов

Кроме действующих, в Иркутской области есть несколько закрытых предприятий, которые продолжают влиять на экологию. На предприятии «Усольехимпром», закрытом с 2012 года, скопились ртутные отходы, которые требовалось ликвидировать. Левченко заявлял, что Иркутская область сделала всё необходимое для подготовки к ликвидации промышленной площадки «Усольехимпром». По его словам, 3 года назад глава Приангарья поручил подготовить проект утилизации отходов. Проект стоимостью 1,4 млрд рублей прошел все согласования и экспертизы. Регион готов на условиях софинансирования с федерацией реализовать проект, однако, по словам Левченко, обращения властей в Минприроды остались без решения.

Скандал грянул в июле: глава Росприроднадзора Светлана Радионова сравнила ситуацию с чернобыльской, а Левченко назвал ее слова безответственными. Губернатор и правительство региона в течение последнего времени пытались решить проблему — и вроде бы им удалось: демеркуризация начнется уже в следующем году. «Ликвидировать источник загрязнения ртутью в Усолье-Сибирском начнут в 2020 году. Бывший цех ртутного электролиза, расположенный на промышленной площадке ООО „Усольехимпром“, будет полностью ликвидирован в течении трех лет», — заявил министр природных ресурсов и экологии Иркутской области Андрей Крючков. Однако в истории есть еще один аспект: в июне правительство всерьез хотело перевезти отходы предприятия на полигон Братска. Такому решению не обрадовался мэр города Сергей Серебренников: он сразу дал понять, что ртутных отходов «Усольехимпрома» на вверенной ему территории не будет, — по его сведениям, отходы были вредные и опасные. В правительстве отказ не оценили и обвинили Серебренникова в искажении действительности. Но спикер Законодательного Собрания Иркутской области Сергей Сокол заверил: отходы «Усольехимпрома» в Братск все-таки не поедут.

А вот что будет с отходами Байкальского ЦБК, до сих пор не ясно. 1 июля 2019 года власти расторгли контракт с подрядчиком — «Росгеологией». Кто виноват в том, что работы не начались, до конца не ясно. Власти говорили, что компания затягивает контракт и в целом работает «крайне неудовлетворительно». В «Росгеологии» отвечали, что правительство Иркутской области недостаточно проработало техническое задание, а теперь пытается «ужать» компанию в сроках по проектированию. Также отходов оказалось в 1,5 раза больше, чем было указано в договоре, в них был неизвестный осадок. Все это может привести к тому, что вредные вещества еще на несколько десятков лет задержатся в опасной близости от Байкала.

Левченко и «черные лесорубы»

«Положить конец воровству леса, хищнической вырубке и продаже деловой древесины и пиломатериалов, поставить заслон незаконному обогащению „лесных баронов“, мобилизовав для этой цели правоохранительную систему и общественность региона», — обещал Левченко в своей предвыборной программе.

Новости про «черных лесорубов» в иркутских медиа публикуются чуть ли не ежедневно, но это лишь частные случаи. Наибольший ущерб лесному хозяйству приносят не обычные граждане, идущие в лес за елкой, и даже не организованные преступные группировки, промышляющие сбытом незаконно добытой древесины, а официально работающие компании. Эту точку зрения высказывал, например, мэр Усть-Кута Александр Душин. Чиновнику можно верить: до работы главой города он был довольно успешным лесопромышленником. Из-за незаконной вырубки леса было заведено уголовное дело на компанию «Велес», «прирубившую лишнее» в Киренском лесничестве, в Тайшетском районе то же самое произошло с участием ОГАУ «Лесхоз Иркутской области» — там идет разбирательство инцидента.

Фото: Легион Медиа/123RF

Заметным пятном на репутации Левченко остается дело бывшего министра лесного комплекса Иркутской области Сергея Шеверды, которого обвиняют в пособничестве незаконным вырубкам леса. Такой фон не добавляет политических очков любому губернатору (и любви федеральных телеканалов), а уж обещавшему разобраться с ними как с явлением — и подавно. Проблема также в том, что Левченко до конца защищал бывшего министра, подозреваемого в преступлении, и отказывался отправить его в отставку.

При этом стоит отметить и положительные аспекты. Система чипирования древесины, электронной документации и космомониторинга начала работать именно при Левченко (и, по иронии судьбы, при министре Шеверде). Нельзя сказать, что незаконные рубки исчезли полностью, но шаги к усложнению деятельности «черных лесорубов» были предприняты. Система в полной мере начала работать только в этом году с запуском второго модуля. Первый был запущен в 2017 году, и число незаконных рубок снизилось почти вдвое.

Левченко и аэропорт

31 декабря 2014 года Владимир Путин подписал указ о передаче иркутского аэропорта в собственность Иркутской области в столице региона должны были отреставрировать пассажирский терминал и возвести новый комплекс аэропорта. Правительство должно было привлечь частные инвестиции, а интерес к проекту проявляли все компании, занимающиеся развитием аэропортов в России. Иркутский аэропорт — единственный аэропорт с пассажиропотоком более 1 млн человек в год в государственной собственности.

Специально созданная для депутатской проверки исполнения президентского указа комиссия Законодательного Собрания на заседании 20 августа 2019 года признала поручение Путина не выполненным. Заседание шло около двух часов: депутаты от фракции КПРФ Андрей Левченко (сын Сергея Левченко) и Андрей Андреев пытались убедить коллег в том, что правительство все держит под контролем — на реализацию проекта у правительства есть еще целых 1,5 года. За это время нужно будет найти около 20 млрд рублей на строительство нового комплекса, земельный участок для его размещения и повысить пассажиропоток аэропорта до 3 млн человек в год. При этом Андрей Левченко жаловался, что Ростех был готов стать партнером в строительстве (об этом же говорил и глава региона), но ФАС углядело в этом нарушения антимонопольного законодательства: иркутские чиновники заключили с компаниями Романа Троценко и Ростеха соглашение, по которому инвестор строительства нового пассажирского терминала в аэропорту Иркутска был выбран без конкурса.

Фото: Легион Медиа/123RF

В июле 2019 года комиссия ФАС признала губернатора Иркутской области Сергея Левченко, правительство Иркутской области, а также компании Романа Троценко и структуры Ростеха виновными в нарушении закона о конкуренции. Левченко и правительству области предписано прекратить нарушение и обеспечить конкурентные процедуры при выборе инвестора, компаниям — выйти из ограничивающего конкуренцию соглашения. ФАС напомнило, что уже дважды направляла иркутскому правительству и губернатору предупреждения о возможном нарушении антимонопольного законодательства, оба раза они были проигнорированы.

28 июля Левченко заявил, что власти региона, вероятно, будут оспаривать в суде решение ФАС. По мнению экспертов, судебный спор между регионом и регулятором в очередной раз затянет проект.

Декларации Левченко

В 2010 году нынешний губернатор Иркутской области, а тогда еще депутат Госдумы Сергей Левченко отказался сдавать декларацию. «Надоело. Президент [Дмитрий Медведев] мне не указ, он много говорит такого, за что стоило бы отвечать, а раз он этого не делает, то и я не буду», — сказал журналистам Левченко. Формально он мог этого не делать: юридически парламентарии, будучи не назначенными, а избранными, не обязаны были выполнять президентский указ Медведева 2009 года о декларациях лиц, «замещающих государственные должности». Дисциплинарных мер к Левченко тогда не принималось.

Это не первый раз, когда Левченко оказался замешан в скандале, связанном с декларациями. В феврале этого года издание «Восточно-Сибирская правда», часто критикующая губернатора, обнаружила незадекларированный особняк, принадлежащий Сергею Левченко. Дом (а заодно — гараж и дом для прислуги) находится в Ново-Разводной — элитном поселке в 9 км от Иркутска по Байкальскому тракту. Левченко никак не отреагировал на обвинения в свой адрес.

Хотя с 1999 года Левченко состоит на госслужбе, бизнесом не занимается (в отличие от его жены). Суммарный доход его семьи, судя по доступным декларациям, составил с 2010 по 2018 год около 126 млн рублей, при этом с 2015 (начало губернаторства) по 2018 год — 111,768 млн рублей. В 2018 году доход губернатора Иркутской области составил более 5,5 млн рублей, его жены Натальи Левченко — 3,2 млн. В 2017 году Сергей Левченко задекларировал доход в размере 4 млн 949 тыс. рублей, его супруга — 7 млн 669 тыс. рублей. Основной доход (78 млн рублей) за это время семья губернатора получила от продажи в 2016 году принадлежавшей Наталье Левченко страховой компании «Диана».

В пользовании Сергея Левченко, говорится в последней декларации, находятся 2 квартиры, земельный участок (для строительства индивидуального жилого дома, гаража и хозяйственных построек), а также гаражный бокс. В собственности задекларирован земельный участок (для строительства индивидуального жилого дома, гаража и хозяйственных построек) площадью 1283,0 кв. метров. Кроме того, у губернатора имеются 2 мотоцикла.

За Натальей Левченко числятся 2 действующих юридических лица: «Диана-Плюс», разрабатывающая компьютерное ПО, и благотворительный «Фонд Сергея Левченко», где она занимает пост президента. Ранее она владела страховой компанией «Диана». Как пишет «Восточно-Сибирская правда» (ВСП), среди клиентов ее фирмы значились «Лесхоз Иркутской области», театр Загурского, областная филармония, международный аэропорт «Иркутск» и другие учреждения, являющиеся региональной собственностью. Несмотря на успехи компании и высокие финансовые результаты, в 2017 году фирма была продана. Как говорила Левченко, решение было принято на семейном совете после победы на выборах. Новым собственником стало АО «Зарубежэнергопроект». Генеральный директор этой компании — Вячеслав Арбузов, член ЦК КПРФ, то есть однопартиец губернатора.

Как Сергей Сокол лоббирует проекты Ростеха в Иркутской области и использует их, чтобы стать губернатором

Кроме аэропорта в Иркутске, у госкорпорации несколько крупных проектов в регионе. Только за последние годы Ростех вложил в Иркутскую область десятки миллиардов рублей (в основном в проект по строительству самолетов МС-21). Но и госкорпорация получает в регионе заказов на миллиарды рублей (программа «Безопасный город», вывоз мусора), а иногда и вовсе делает деньги из воздуха, как в случае с крупнейшим месторождением золота Сухой Лог.

Бизнес семьи Левченко

В 2017 году малоизвестная компания «Звезда» выиграла контракты на ремонт лифтов в Ангарске, Иркутске, Усолье-Сибирском и Саянске на общую сумму 500 млн рублей. По сумме контрактов компания обошла специализирующиеся на подобных работах ОАО «Щербинский лифтостроительный завод» (ему достался контракт на 250 млн рублей) и ООО «Мосрегионлифт» (около 200 млн рублей).

Учредителем компании «Звезда» является член избиркома Иркутской области от КПРФ Андрей Ядришников. Как выяснили иркутские медиа, Ядришников был начальником юридического отдела ЗАО «Стальконструкция», которую с 2011 года возглавляет депутат Законодательного Собрания от КПРФ и сын губернатора Андрей Левченко. При этом Ядришников также представлял интересы КПРФ в суде по иску, который партия подала в августе 2017 года к заксобранию региона по поводу референдума о сити-менеджере.

В 2018 году «Звезда» сорвала сроки по замене лифтов в Ангарске более чем на полгода (ко дню планируемого введения лифтов в эксплуатацию готов был только один), при этом сделала работу некачественно. Например, в одном из домов в Ангарске рабочие при установке лифтов по ошибке просверлили дыры в стенах двух квартир, а в одном из домов Ангарска 19 февраля 2019 года года лифт сорвался в шахту.

На руководство компании возбуждали уголовные дела, а на фирму накладывали штрафы. Несмотря на это компания продолжает свою деятельность, а недавно стало известно, что теперь «Звезда» меняет лифты в Усть-Илимске. Компанию не внесли в список недобросовестных подрядчиков — гендиректор Фонда капитального ремонта Иркутской области Константин Рассолов в феврале 2019 года сказал, что причин для этого нет, как и оснований для расторжения договора с ней. По итогам прокурорской проверки стало известно, что Фонд, являясь заказчиком, не контролировал ход работ.

У строительной фирмы из Ангарска «Стальконструкция», которую возглавляет Андрей Левченко, дела идут не очень: в 2017 году убыток компании составил 602 тыс. рублей. Конкуренция «Стройкомплексу», который основал мэр Ангарского городского округа Сергей Петров, проиграна в одну калитку. Из последних крупных проектов можно отметить только ЖК «Арбат» в Ангарске — огромный 16-этажный дом, который построен на месте известного фонтана. В то же время «Стройкомплекс» вполне уверенно застроил полгорода.

Фото: ЖК «Арбат»

Чаще всего в медиа предприятие упоминалось в связи с возбуждением уголовных дел. Первое было открыто в 2015 году в связи с невыплатой зарплаты 21 работнику «Стальконструкции» с августа 2014 по май 2015 года. Второе — в октябре 2017 года, из-за уклонения предприятия от уплаты налогов на сумму более 12 млн рублей. По данным следствия, в 2011 и 2014 гг. компанией заключался фиктивный договор на подрядные работы с фирмой-«однодневкой», из-за чего расходы «Стальконструкции» оказались завышены.

Позже дела были объединены, а первое обвинение снято в связи с истечением срока давности. Проблему с налогами Левченко-младший решил просто: перечислил в декабре 2017 года и январе 2018 года со своего личного счета в иркутском филиале КБ «Солидарность» ФНС почти 20 млн рублей, при том что за 2017 год он заработал 359,8 тыс. рублей. Как писала «Новая Газета», для погашения долгов могли быть использованы деньги «Международного аэропорта Иркутск», который контролирует областное правительство. В октябре — ноябре 2017 года гендиректор ОАО «Международный аэропорт Иркутска» разместил на депозите в КБ «Солидарность» 80 млн рублей, а 10 января — еще 220 млн рублей. Эти деньги могли быть переведены внутри банка со счета аэропорта на счет Левченко.

За Андреем Левченко числится еще и компания «Купол», которая производила безалкогольные напитки, но с 2017 года компания не подает признаков жизни. Бизнес дочери Сергея Левченко Татьяны Мордуевой также находится явно не в лучшем состоянии. Она является учредителем в 6 компаниях, 4 из них по данным за 2017 год показали убыток. В том числе — «Издательский центр Салют», который реализует и заказы Иркутского отделения КПРФ на выполнение печатных работ.

Что будет дальше

Губернаторские выборы в Иркутске пройдут в 2020 году — и Левченко планирует снова идти на выборы. Прошедшие 8 сентября выборы депутатов 5 городских дум, в том числе Иркутска, и 16 районных муниципальных образований, дали «Единой России» (ЕР) контроль над областью (в том числе над вторым городом региона — Братском), но не принесли контроль над городом, а значит, партии придется идти на компромисс с КПРФ. Первый такой компромисс — закон о сити-менеджере, который Законодательное собрание Иркутской области приняло 18 сентября силами депутатов ЕР и КПРФ, а Левченко его тут же подписал, хотя раньше и он, и его партия выступали за прямые выборы мэра.

Кто входит в ближайший круг Левченко и чем они известны

Ближайшим к Левченко членом губернаторской команды медиа называют его заместителя и руководителя аппарата губернатора и правительства Иркутской области Дмитрия Чернышова. В марте 2019 года телеканал Рен-ТВ на своем сайте опубликовал материал о доме отца Чернышова в Италии. В августе в сюжете телеканала «Россия24» было сказано, что за дом заплатил сам Дмитрий Чернышов. «Старинным другом и однокурсником» Чернышова ВСП называло заместителя прокурора области Андрея Некрасова. Также в «клан» Чернышова, по мнению издания, входят несколько нынешних и бывших членов правительства региона: министр здравоохранения Олег Ярошенко, министр по регулированию контрактной системы в сфере закупок Максим Авдеев и бывший министр лесного комплекса Сергей Шеверда.

Одним из ближайших соратников Левченко считается руководитель его протокола Андрей Куперт. Член бюро Иркутского обкома КПРФ, Куперт возглавляет благотворительный «Фонд развития Приангарья». В августе 2019 года депутаты Заксобрания региона от «Единой России» Виктор Побойкин и Виталий Перетолчин со ссылкой на отчёт Контрольно-счётной палаты региона заявили, что через этот фонд аэропорт Иркутска оказывал благотворительную помощь пионерской организации региона для поездки во Вьетнам, а также спонсировал избирательную кампанию КПРФ. Депутат Госдумы Александр Якубовский в своем телеграм-канале писал, что фонд используется для выплат советникам Левченко.

Но после того как Левченко критиковали в эфире федерального телеканала (сюжет на сайте «Первого канала», в котором перечислялись все прошлые скандалы вокруг Левченко, многими был воспринят как «черная метка»), его шансы остаться до выборов многими расценивались как минимальные. Политический обозреватель «Альтаира» Виктор Лучкин уверен, что вопрос об отставке губернатора даже не стоит, — если бы в администрации президента были недовольны главой Иркутской области, его бы уже давно уволили.

С Лучкиным не согласен другой иркутский политолог, Сергей Шмидт. Он заверил, что отставка Левченко была невозможна после приезда в регион Путина в начале сентября (чего ожидали федеральные политические телеграм-каналы), так как это могло отрицательно сказаться на перспективах партии власти на выборах 8 сентября. Отставка, по мнению Шмидта, увеличила бы протестное голосование. Однако в связи с выборами, удачными для «Единой России», ситуация для главы региона осложнилась. «Опасность [отставки] для Сергея Георгиевича [Левченко] остается. Я бы даже сказал, что по итогам выборов 8 сентября она усилилась, поскольку успехи „Единой России“ региональное отделение партии может выдать Москве как то, что доверие населения к губернатору и КПРФ сходит на нет. Если [отставка] Левченко случится, то это будет в течение ближайшего месяца. Я могу уверенно сказать, что если отставки не произойдет, то Левченко доработает до конца срока и будет претендовать на участие в новых выборах», — рассказал «Верблюду» политолог. По мнению Шмидта, предполагаемая отставка может быть осложнена еще и тем, что в администрации президента нет кандидатуры на место врио губернатора.

Несмотря на невыполненные обещания, многочисленные скандалы и провалы, Левченко не отправляют в отставку. Феномен Левченко — это размен за лояльность коммунистов Кремлю, сказал «Верблюду» федеральный политолог. По его данным, глава КПРФ Геннадий Зюганов обещал Путину, что сам поедет в Иркутскую область и будет работать за губернатора, если придется.

Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите одновременно
клавиши «Ctrl» и «Enter»

Загрузка...

Комментариев 0

Тренды 01.08.2019 11:13

«Все считают, что с ними это точно не случится. Это не так». Откуда в Иркутске эпидемия ВИЧ и почему в России с ней борются не так, как в остальном мире

Анна Швыркова

Автор Анна Швыркова

0Комментариев

«Все считают, что с ними это точно не случится. Это не так». Откуда в Иркутске эпидемия ВИЧ и почему в России с ней борются не так, как в остальном мире

По числу новых случаев ВИЧ-инфекции Россия уступает только двум странам — ЮАР и Нигерии. Эпидемия ВИЧ в стране началась несколько десятилетий назад с наркопотребителей, а теперь распространилась на остальных. По данным Роспотребнадзора, Иркутская область — регион-лидер по распространению ВИЧ, но в областном Центре СПИД это отрицают и винят во всем методику подсчета. «Верблюд в огне» узнал у ВИЧ-положительных иркутян, почему они годами не показываются врачам, откуда возник миф, что ВИЧ в Россию занесли шпионы, а у местных и федеральных экспертов — о ситуации с лекарствами для тех, кто болен.


О чем этот текст


  • В России эпидемия ВИЧ: по официальным данным, больны около 1 млн человек. При этом данные Минздрава и Роспотребнадзора о числе больных расходятся из-за разных методик подсчета.
  • Иркутская область — регион-лидер по распространению ВИЧ. В области больны 1,8% населения и все чаще заражаются экономически активные люди в возрасте от 30 до 50 лет.
  • Иркутская область закупает препараты активнее, чем большинство регионов. Однако из-за политики Минздрава РФ качество препаратов, как и по всей России, не самое лучшее.
  • Заражение ВИЧ инъекционным путем после приема наркотиков — по-прежнему проблема для региона, но передовые методы профилактики ВИЧ среди наркопотребителей в России почти не применяются.
  • Стигматизация ВИЧ-положительных людей остается проблемой для Иркутска. Причина — низкая информированность. Многие не знают, как передается вирус и что прием терапии снижает вирусную нагрузку.


О своем ВИЧ-положительном статусе Алина (по просьбе героев все имена изменены. — Ред.) узнала в 2014 году, когда попала в больницу с сильной простудой и у нее несколько раз взяли кровь. Она подписала согласие на ВИЧ-тест «вообще без задней мысли», а в день выписки медсестра отвела ее в отдельный кабинет и сообщила о положительном результате ВИЧ. Алина в истерике убежала домой, отказываясь верить: она считала ВИЧ болезнью «наркоманов и проституток». Жила благополучно: двое детей, стабильная работа. Ее заразил бывший муж — единственный половой партнер.

Сейчас Алине 35 лет, и ее случай — скорее правило, чем исключение. ВИЧ все чаще заражаются экономически активные люди в возрасте от 30 до 50 лет — в Роспотребнадзоре это называют тенденцией. «Более половины больных, впервые выявленных в 2018 году, заразились при гетеросексуальных контактах (57,5%), доля инфицированных ВИЧ при употреблении наркотиков снизилась до 39%», — сообщало ведомство в апреле. При этом многие до сих пор ничего не знают о вирусе. «Я рассказала родителям, братьям, сестрам. Они не знали, что это такое. Мама сказала, простыла что ли, пойди купи лекарство. Брату 18 лет, старшей сестре — 36. Ведут половую жизнь, но никогда не слышали о ВИЧ», — рассказывает Алина.


«Сарафанным радио среди людей распространялись сумасшедшие теории». Почему Иркутск стал одним из лидером по распространению ВИЧ

По данным Минздрава за 2018 год, 896 075 россиян больны ВИЧ. У Роспотребнадзора другие данные: в ведомстве говорят, что официально больны 1 млн 7 тыс. россиян, а еще 500 тыс., вероятно, не знают о диагнозе. У Минздрава и Роспотребнадзора разные методики подсчета числа ВИЧ-инфицированных — из-за этого ведомства не первый год ведут публичную полемику. Минздрав считает только вставших на учет с паспортом и СНИЛС — именно так люди попадают в регистр. А в статистике Роспотребнадзора учтены все прошедшие тестирование, и это приводит к разнице в несколько сотен тыс. человек.

Эпидемия ВИЧ — проблема для всех регионов России, но Иркутская область — лидер по распространению заболевания. По данным Роспотребнадзора за 2018 год, регион занимает 1 место по этому показателю. ВИЧ в Иркутской области заражены 1,8% жителей, то есть каждый пятидесятый. После публикации статистики федерального ведомства на сайте местного Центра СПИД появился официальный ответ: в учреждении заявили, что на самом деле показатель распространенности — 1195,9 на 100 тыс. населения, то есть не 1,8%, а только 1,2%. Но и в таком случае речь, скорее всего, о генерализированной эпидемии, когда в регионе 1% беременных женщин инфицированы ВИЧ и вирус передается гетеросексуальным путем. То есть эпидемия ВИЧ становится особенно опасной и вирус распространяется вне групп риска.

Руководитель Федерального научно-методического центра по профилактике и борьбе со СПИДом Вадим Покровский объяснил корреспонденту «Верблюда», почему такая ситуация с эпидемией сложилась именно в Иркутске. «Корни ВИЧ-эпидемии в Иркутской области уходят очень глубоко, в 90-е годы. Область одной из последних в России создала у себя систему профилактики и лечения ВИЧ, потому что эту проблему игнорировали власти. А в 90-е процветала наркомания, росло потребление инъекционных наркотиков. На этом фоне повысилась заболеваемость ВИЧ, а сарафанным радио распространялись сумасшедшие теории: якобы вирус специально завозят какие-то иностранцы, шпионы и так далее. Чиновники бездействовали. А потом попытки скрыть свои ошибки и уйти от ответственности привели к эпидемии», — рассказал Покровский.

Не случайно, что ВИЧ-диссидентство в России зародилось именно в Иркутске, вспоминала директор областного СПИД центра Юлия Плотникова (от разговора с «Верблюдом» отказалась). Один из самых известных идеологов ВИЧ-диссидентства в России, ученый-патологоанатом Владимир Агеев — сотрудник Медицинского университета в Иркутске. Агеев не просто отрицает ВИЧ, но и активно выступает в прессе и на телевидении, называя вирус выдумкой и призывая не сдавать тесты.

Как меняется смертность от ВИЧ в Иркутской области

Смертность от ВИЧ в Иркутской области в 2018 году снизилась более чем на 26%, а заболеваемость — на 12,7%, сообщили ТАСС в областном центре по борьбе со СПИДом. По данным, которые публиковал в апреле РБК со ссылкой на региональные службы статистики, смертность от ВИЧ в 2018 году снизилась только на 1%. В Центре СПИД данные назвали некорректными: вероятно, учитывались ВИЧ-положительные иркутяне, умершие от иных причин (инфаркт, ДТП и др.).

Покровский уверен, что в Иркутской области, как и во многих других российских регионах, специально занижены показатели. «Иркутский Центр СПИД пытается занизить показатели, чтобы продемонстрировать свою якобы эффективную работу. Иркутская область специфична. Они — и чиновники, и руководство Центра СПИД — склонны к премудростям: то искать иностранных агентов, то отрицать ВИЧ, то менять статистику», — считает Покровский. По мнению специалиста, в области сосредоточены на лечении ВИЧ-инфицированных, а не на эффективном предотвращении новых случаев заражения. При этом рецепты эффективной профилактики ВИЧ для всех стран одинаковы: заместительная терапия и обмен шприцов для наркопотребителей, доконтактная профилактика (профилактический прием антиретровирусных препаратов), доступная барьерная контрацепция и просвещение всех групп населения.

Иркутский Центр СПИД появился еще в СССР. Сперва больных принимали в трех кабинетах инфекционной больницы без необходимых лекарств и оборудования. Тогда в России мало знали о ВИЧ — людей не тестировали и почти никак не лечили, профилактика не велась. Поэтому в 1991 году в Иркутской области был официально зарегистрирован один случай заражения ВИЧ. В 1998 году было зарегистрировано 23 случая заражения, в 1999 — 3248 случаев.

Здание, в котором работает Центр СПИД сейчас, строили около 20 лет, и области оно обошлось в 380 млн рублей. В 1994 году из-за нехватки финансирования строительство приостановили, в 2008 возобновили, в 2013 году закончили. Сейчас в Центр СПИД обязательно должны обращаться люди с положительными результатами теста или подозревающие у себя ВИЧ. С 2010 года Центр возглавляет Плотникова.

Сколько людей больны ВИЧ в Иркутской области

Сейчас на сайте Центра СПИД сказано: в 2018 году в Иркутской области 3414 человек узнали, что ВИЧ-инфицированы. За год в регионе умерло 952 ВИЧ-инфицированных. По данным на 1 мая 2019 года, всего в регионе живут 29 411 человек с ВИЧ. При этом 17% случаев заражения в 2018 году были связаны с употреблением наркотиков, 81,5% людей заразились половым путем, а в 1,5% случаев ВИЧ передался от матери.

Иллюсстрации: Анастасия Болотникова/«Верблюд в огне»


«Начался этап пассивного самоубийства». Как принимают диагноз ВИЧ-положительные

Один из самых сложных этапов — принять диагноз. До получения положительного результата люди часто ничего не знают о ВИЧ, о том, как течет болезнь и как живут другие ВИЧ-положительные. Алина подумала, что диагноз — ошибка. Чтобы принять диагноз, ей понадобилось почти 5 лет.

— Я в этом кабинете реально сползала по стенки, рыдала, билась в истерике. Мне вообще ни разу не сказали, что от этого не умрешь уже завтра, если будешь лечиться. Что ВИЧ болеют миллионы порядочных, успешных людей и это не позорно».

Инфекционист дал Алине направление в Центр СПИД. «В Центре СПИД врач впервые поговорил со мной как с человеком. Объяснил, что нужно лечиться, тогда я не умру. Рассказал подробнее про болезнь. Дал просто десятки направлений ко всем узким специалистам, чтобы обследовать состояние всего организма. На кровь тоже было несколько направлений. И всё нужно было сдавать в этом жутком здании. Вместе с людьми, которые в очереди в коридоре готовы на тебя наброситься и проглотить. Я пришла домой, сложила всю эту груду бумаг в кастрюлю, благополучно сожгла и забыла, что у меня ВИЧ», — рассказывает она.

Алина не стала лечиться. В командировках она проходила анонимное тестирование на ВИЧ в других городах — результат всегда оказывался положительным. После пятого теста девушка поверила в то, что у нее ВИЧ, но не приняла болезнь. Она замкнулась и перестала общаться с подругами, трижды пыталась покончить с собой, но все же решила жить — хотя бы ради детей. За Алиной целый год ухаживал мужчина, но взаимности не добился, — она боялась отношений, тем более сексуальных. Однажды он зло сказал: «Ты ведешь себя как вичевая», — и ушел. В тот же день девушка поехала к нему и все рассказала. Еще год он уговаривал Алину пойти в Центр СПИД, секс был только в презервативе. Она обратилась к врачу только в октябре 2018 года, когда здоровье резко ухудшилось: неделями держалась температура, не проходил герпес.

В новом Центре СПИД Алину отправили сдавать анализы. К концу дня все кабинеты были закрыты и медсестра попросила Алину прийти завтра на последний анализ. Врач услышала и сказала, что с анализами нужно закончить сейчас: «Ты что, она от нас четыре года бегала. Если сейчас все не возьмем, завтра опять убежит». Там же с Алиной поговорил психолог — ответил на все вопросы, объяснил, что жизнь с ВИЧ может быть полноценной и в Иркутске есть целое сообщество ВИЧ-положительных, которые часто общаются. Алина стала лечиться.

Кирилл (ВИЧ-положительный, 34 года, по его просьбе имя изменено) рассказал «Верблюду» свою историю: о диагнозе узнал в 2010 году — его девушка почувствовала себя плохо, и в больнице у нее обнаружили ВИЧ. Тогда он тоже сдал анализы — оказалось, он инфицирован, а девушка, вероятнее всего, заразилась от него. На этом их отношения закончились.

«Принятие диагноза проходило очень тяжело. Центр СПИД тогда был на улице Конева, в инфекционной больнице, — мрачные, тесные коридоры вгоняли в тоску. Первые годы я даже не наблюдался. Я просто впал в депрессию, и в моей жизни начался этап пассивного самоубийства. Очень много пил и принимал наркотики, — считал, что жизнь кончена и всё равно скоро умру. Продолжал работать, но здоровье слабело: постоянно простывал, не проходил кашель. Диагноз я со временем принял, но стал наркозависимым».

В 2015 году его состояние настолько ухудшилось, что он с помощью родителей попал в реабилитационный центр. Полгода назад наконец-то начал принимать лекарства, а сейчас работает консультантом по наркотической зависимости в государственном реабилитационном центре. У Кирилла на то, чтобы признать диагноз и начать лечиться, ушло 8 лет. «Все считают, что с ними это точно не случится, что это где-то далеко, так и я когда-то думал», — вспоминает он.

Принять диагноз действительно бывает сложно, соглашается медицинский директор фонда СПИД ЦЕНТР, заведующая амбулаторно-поликлиническим отделением Московского областного центра по борьбе со СПИДом Елена Орлова-Морозова. «Почему возникает стигма, боязнь диагноза? Представьте, что человек заболел воспалением легких. Он пришел в больницу, ему поставили диагноз, назначили лечение, возможно, госпитализировали. А в случае с ВИЧ человек слышит, что у него страшный диагноз, который считался смертельным до появления терапии. До того, как человек придет в Центр СПИД, он может искать информацию в интернете и испугаться еще сильнее. Или попасть под влияние ВИЧ-диссидентов и подумать, что врачи его обманули. Люди слышали мифы, никто им не рассказывал про нормальную жизнь с ВИЧ, про то, что продолжительность жизни ВИЧ-положительного человека может быть такой же, как у человека без вируса», — объяснила Орлова-Морозова «Верблюду».

Как сократить риск заражения ВИЧ

ВОЗ рекомендует при каждом сексуальном контакте правильно использовать мужские или женские презервативы, принимать антиретровирусные препараты для доконтактной профилактики (ДКП) и регулярно сдавать тест на ВИЧ. Знание своего статуса поможет начать лечение до появления симптомов, продлить свою жизнь и не допустить передачу ВИЧ другому человеку.

Сдать тест на ВИЧ в Иркутске можно как в платной лаборатории, так и бесплатно и анонимно в Центре СПИД по адресу ул. Спартаковская, 11. Если вы уже знаете о своем положительном ВИЧ-статусе, но не принимаете терапию, срочно обратитесь в Центр СПИД: там вы пройдете обследование, поговорите с врачом, получите схему лечения и препараты. Помните, вы не обязаны рассказывать о своем статусе, — никто, в том числе работодатель, не может этого требовать.


«Пью то, что дают». Как в России лечат ВИЧ-положительных людей и почему Иркутску относительно повезло

ВИЧ-положительные люди, с которыми удалось поговорить «Верблюду в огне», утверждают, что перебоев с лекарствами нет, — все таблетки они получают бесплатно и вовремя. Кирилл рассказал, что препараты работают, но наносят урон организму. Он принимает 6 таблеток в день, и в первые месяцы из-за лекарств болел желудок, если Кирилл принимал их натощак. Сейчас он подстроил питание под прием лекарств и побочных эффектов почти нет. «Я слежу за достижениями в лечении ВИЧ и знаю, что существуют схемы терапии с меньшим вредом для организма. Есть новые, качественные препараты, достаточно 1 таблетки в день, но бесплатно их дают только детям и подросткам. Покупать такую терапию дорого, на месяц это около 27 тыс. рублей. Поэтому пью то, что дают», — говорит он.

Алина принимает терапию с 3 ноября 2018 года. Она быстро поняла, что из-за таблеток чувствует себя хуже. «Назначили таблетки „Симанод“, по 3 таблетки утром, и вечером. Конечно, были страшные побочки. Постоянные проблемы с кишечником, горький привкус во рту. Меня рвало. Я чувствовала себя очень плохо. А через 3 недели перестала справляться печень, я начала желтеть. Было дико стыдно, коллеги спрашивали, здорова ли я (о диагнозе никто из них не знает). Тренер в зале тоже забеспокоился, все начали коситься. Я в панике прибежала в Центр СПИД, говорю, давайте менять схему лечения, мне эти таблетки не идут. Но доктор ни в какую. Говорит, все идет нормально, все по показаниям. Продолжайте принимать», — вспоминает она. Пришлось подключить связи, чтобы Алине разрешили заново сдать анализы и назначили «Калетру». Желтизна ушла, но некоторые побочки остались. Из-за лекарств болит желудок, и теперь она питается «очень аккуратно» — от вредной пищи пришлось отказаться. За полгода Алина похудела на 9 килограммов.

По запросу «перебои лекарств ВИЧ» в поисковых системах можно найти сотни новостей о том, что в том или ином регионе ВИЧ-положительные люди не получили нужных препаратов. Первая ссылка в выдаче — сайт «Перебои.ру» организации «Пациентский контроль», собирающей информацию о проблемах с поставками. В апреле проект «Коалиция по готовности к лечению» представил ежегодный независимый анализ ситуации в России по обеспечению препаратами ВИЧ-инфицированных за 2018 год. Если в 2017 году Минздрав потратил на закупки более 21,3 млрд рублей, то в 2018 — около 20,5 млрд рублей. Авторы документа утверждают, что Минздрав закупил препараты для 384 тыс. пациентов — это очень мало, даже если верить официальным данным о числе больных.

В 2018 году «Пациентский контроль» попросил Госдуму увеличить бюджет на закупку препаратов. «В первую очередь это вопрос финансирования. Даже по официальным данным лекарства получают около 400 тыс. человек. А больны, по тем же официальным данным [Минздрава], почти 900 тыс. человек. То есть около 50% людей не получают лечения. При этом бюджет не увеличивается. Даже если есть заявка от региона с учетом числа больных, ее чаще всего урезают из-за отсутствия денег. Самая дешевая схема лечения на год стоит около 10 тыс. рублей, самая дорогая — примерно 500 тыс. рублей. Большинство пациентов сидят на дешевых схемах, хотя некоторым из них нужны более современные и дорогие препараты, потому что у них выработалась резистентность. Мы давным-давно могли бы остановить эпидемию, если бы на это выделяли достаточно денег и использовали бы современные методы», — объяснил «Верблюду» представитель «Пациентского контроля» Алексей Михайлов.

За закупки лекарств для ВИЧ-инфицированных отвечает в первую очередь Минздрав — с начала 2017 года они производятся централизованно. Регионам ведомство рекомендует самим объявлять закупки и тратить на это деньги из регионального бюджета — подразумевается, что это «страховка», которая позволяет избежать перебоев. Но перебои продолжаются, а сама система закупок лекарств предполагает приобретение самых недорогих препаратов — из-за чего поставщики попросту отказываются участвовать в торгах. Участники рынка предупреждали, что проблема может стать глобальной и поставлять препараты станет некому. Оригинальные препараты от ВИЧ действительно стоят дорого — в их стоимость заложены дорогостоящие исследования, по результатам которых препарат признают эффективным и безопасным. Дешевая альтернатива — так называемые дженерики, то есть копии препаратов. Минздрав утверждает, что дженерики эффективны, но у российских аналогов плохая репутация: среди них попадаются некачественные, а значит, неэффективные или попросту опасные.

Михайлов говорит, что врачи — заложники ситуации. «Они не хотят навредить пациенту, просто они зависят от региональных и федеральных властей. Они вынуждены давать пациентам то, что есть в наличии. Я сталкивался с такими случаями, когда человеку дают лекарства не по схеме или дают неполную схему. Или вообще отправляют на так называемые каникулы — „отдохнуть от препаратов“, — а он просто пропадает. Не ходит к врачам, у него растет вирусная нагрузка, и он передает вирус дальше», — говорит он.

В 2018 году лишь 55 регионов из 85 объявили аукционы на закупку антиретровирусных препаратов. Иркутская область, по данным «Коалиции по готовности к лечению», не только объявила аукцион, но и вошла в десятку регионов, потративших на такие препараты «действительно существенные суммы». Область занимает 8 место в России по этому показателю — общая сумма контрактов за 2018 год составила почти 69,6 млн рублей.


«Нормальной женщине не должен рассказывать о ВИЧ наркоман». Почему наркопотребители — самая уязвимая для ВИЧ группа

Некоторые люди рискуют заразиться ВИЧ больше остальных — речь идет о так называемых ключевых группах, в которых следует вести профилактику особенно активно. Это геи, секс-работники, трансгендерные люди, заключенные и потребители инъекционных наркотиков. Наркополитика государства связана с эпидемией сильнее, чем может показаться на первый взгляд. В США среди заразившихся ВИЧ всего 6% — потребители инъекционных наркотиков, в Европе — 2-3%, а в России — 39%. На самом деле люди, заразившиеся, например, половым путем, нередко заражаются от человека, который получил ВИЧ, употребляя наркотики, поэтому наркопотребление играет огромную роль в развитии эпидемии. Иркутска это касается напрямую: в 90-х регион был наводнен наркотиками, а в 2018 году Иркутская область по количеству изъятых наркотиков занимала 3 место по России и 1 место в Сибирском федеральном округе.

Иван Варенцов, представитель Фонда имени Андрея Рылькова, называет этот путь передачи основным. Пытаться побороть эпидемию ВИЧ, не изменив наркополитику, невозможно, объясняет он: «Проблема наркопотребления была, есть и будет. Нужно решать проблему профилактики ВИЧ среди потребителей инъекционных наркотиков. Такое потребление наркотиков есть везде, просто есть страны, в которых профилактика ведется на государственном уровне. Есть международные рекомендации, их легко найти, — на эти рекомендации страны и должны ориентироваться. А в России такие программы не поддерживаются». Рекомендации, о которых говорит Варенцов, действительно соблюдаются во всех странах, которые преуспели в профилактике ВИЧ. Разработали их Всемирная организация здравоохранения, Управление ООН по наркотикам и преступности (УНП ООН) и ЮНЭЙДС. В странах, которые соблюдают рекомендации, наркопотребители получают заместительную терапию, стерильные иглы и шприцы, консультацию и доступ к медицинскому обслуживанию.

В России ВИЧ-положительные наркопотребители порой просто не приходят лечиться. А если и придут, не факт, что им помогут, — Варенцову известно множество случаев, когда такие пациенты просто не могли получить лечение и сталкивались с грубостью. Сейчас число врачей, которые идут им навстречу, растет, но менять следует в первую очередь отношение к потребителям наркотиков на федеральном уровне. «У нас репрессивная наркополитика и соответствующее отношение в медицинских учреждениях. Эти люди стигматизированы и как потребители наркотиков, и как ВИЧ-положительные, и часто они остаются с этими проблемами один на один», — говорит Варенцов.

По официальным данным, число наркопотребителей в Иркутской области уменьшилось. По мнению президента ассоциации общественных объединений Иркутской области «Матери против наркотиков» Валентины Червиченко, наркомания распространяется «с новой силой», а многих наркопотребителей статистика просто не учитывает. «Уже нет тех зависающих людей, которые употребляли героин когда-то, молодежь перешла на синтетические вещества, которые легко раздобыть через интернет», — объясняла она. Об этом же рассказывал «Верблюду» основатель фонда «СПИД Центр» Антон Красовский. А о том, что в Иркутской области высокий уровень подростковой наркомании, говорят в Генпрокуратуре.


«Нам сказали, что тему ЛГБТ затрагивать нельзя». Почему в Иркутске не ведется профилактика ВИЧ среди ЛГБТ-сообщества

Еще одна уязвимая для ВИЧ-группа — мужчины, практикующие секс с мужчинами. В Иркутске, как и в большинстве других регионов, работа с ЛГБТ-сообществом почти не ведется, рассказал «Верблюду» руководитель иркутского «ЛГБТ-Альянса» Евгений Глебов. Несколько лет назад ему удалось наладить контакт с местным Центром СПИД. Он писал туда обращения, но постоянно получал отказы, после чего решил записаться на прием к руководителю центра Юлии Плотниковой. «Я записался, пришел и рассказал о себе. Юлия Кимовна была очень удивлена, что мне писали отказы на мои письменные запросы, ее это очень возмутило. Потому что бюджет на работу с ЛГБТ-сообществом выделяется. То есть деньги просто лежали на счетах», — вспоминает Глебов. После общения с Плотниковой ему удалось договориться о сотрудничестве с центром и в 2017 году провести несколько совместных мероприятий. В 2018 году сотрудничество постепенно сошло на нет: «За первые 6 месяцев 2019 года не было ни одного звонка от Центра СПИД, ни одного предложения по сотрудничеству».

Глебов рассказывает, что одним из совместных мероприятий должен был стать тренинг по профилактике ВИЧ среди ЛГБТ-сообщества. «Когда мы пришли на тренинг в Центр СПИД, нам сказали, что тему ЛГБТ затрагивать нельзя, потому что такое распоряжение поступило от местного Минздрава и отдела по борьбе с экстремизмом. Неофициальное распоряжение», — говорит он.

Глебов рассказывает, что организовал тестирование для сообщества. В последний раз из 17 экспресс-тестов лишь один показал положительный результат. По договоренности с Плотниковой любой гей, узнав о положительном результате теста на ВИЧ, может прийти в Центр СПИД на консультацию. «В самом Центре СПИД, по-моему, вообще нет специалистов, которые были бы враждебно настроены к ЛГБТ-сообществу. Мы там с негативом не сталкивались», — говорит Глебов.

Профилактикой ВИЧ среди ЛГБТ-сообщества пытается заниматься местное отделение «Красного креста», но, по словам Глебова, не слишком успешно. «Например, должна быть раздача презервативов в клубах, но на самом деле их выдают далеко не каждому, кто хочет взять. Хотя по программе Красного креста их должно быть много. Я не знаю, на что они тратят деньги, я не вижу работы с сообществом», — говорит он. О том, что работа не ведется, «Верблюду» рассказывал и Антон Красовский. В рамках съемок документального проекта «Эпидемия» он приходил в местный ЛГБТ-клуб, с которым сотрудничает «Красный крест». «У них закуплены презервативы на деньги „Красного креста“. Эти презервативы стоят под тумбочкой, то есть их даже не раздают. И такое по всей стране», — говорил Красовский.


«мы посадили болезнь в клетку». Почему ошибочно думать, что ВИЧ — это конец

Еще совсем недавно, в 1996-1997 гг., ожидаемая продолжительность жизни людей в возрасте 20 лет с ВИЧ составляла всего 19 лет, то есть ожидаемый возраст смерти был 39 лет. К 2011 году продолжительность жизни увеличилась почти в 3 раза и составила 53 года, а ожидаемый возраст смерти — 73 года. Сегодня люди с ВИЧ могут жить столько же, сколько и люди без вируса, благодаря терапии, которая стала намного более эффективной и намного менее токсичной. Орлова-Морозова утверждает, что это касается и России: побочные эффекты все еще встречаются, но, в сравнении с нулевыми, качество лекарств выросло в разы. И жизнь ВИЧ-положительного человека действительно может мало чем отличаться от обычной.

Тем не менее от эпидемии никуда не деться. Ситуация с ВИЧ в Иркутске — эхо 90-х, но разбираться с ней приходится сейчас. Рецепты, которые помогают развитым странам бороться с эпидемией и предотвратить новые случаи заражения, давно известны, — о них можно узнать, например, на сайте организации ЮНЭЙДС, координирующей международные меры противодействия вирусу. В ситуации, когда речь идет об эпидемии в таких масштабах, как в России, важно заниматься профилактикой не только в группах риска (хотя в них в первую очередь), но и среди всего населения. Это значит, что в Иркутске, как и в остальных регионах, об угрозе заражения ВИЧ должны знать все. Победить эпидемию, не изменив к ней подход, невозможно: доступные российским пациентам современные препараты работают, но вирус передают те, кто эти препараты не принимает, а зачастую и не знает о своем статусе. В федеральном Минздраве не считают, что заместительная терапия и повсеместное введение уроков полового воспитания в школах помогут, хотя эти меры, в числе прочих, доказали свою эффективность в других странах.

Считается, что современные препараты не позволяют полностью вылечить ВИЧ, хотя известно два случая, когда в результате лечения вирус исчезал из организма человека. Сегодня терапия позволяет снизить вирусную нагрузку до неопределяемой. «Вирусная нагрузка — это количество копий вируса в одном миллилитре крови. Чем она ниже, тем лучше. Цель лечения — сделать вирусную нагрузку неопределяемой. На фоне лечения она может снизиться до менее чем 20 копий в миллилитре. Если схема подобрана правильно, нагрузка становится неопределяемой. И человек с такой нагрузкой вирус не передает даже при половых контактах без презерватива», — объясняет Орлова-Морозова. При таком уровне вирусной нагрузки также невозможно родить ВИЧ-положительного ребенка.

Она проходит обучение на равного консультанта — такие консультанты помогают ВИЧ-положительным людям полноценно жить с вирусом: «Просветительские лекции о необходимости предохранения должны быть в каждой школе, в каждом профессиональном коллективе. Но еще на таких лекциях нужно рассказывать, что такое ВИЧ, как он передается и что люди с ВИЧ — это обычные люди. Их не нужно бояться».

Что происходит с организмом после заражения ВИЧ

Оказавшись в организме, ВИЧ поражает CD4+ Т-лимфоциты — клетки иммунной системы, которые помогают уничтожать вирусы, попавшие в организм. Пытаясь избавиться от ВИЧ, иммунная система активирует эти клетки, в том числе зараженные, помогая вирусу распространиться. Вирусная нагрузка растет, и здоровых клеток остается меньше, часто это сильно сказывается на здоровье. При этом ВИЧ может протекать совершенно бессимптомно и человек может годами не догадываться о своем положительном статусе. Когда количество CD4+ Т-лимфоцитов снижается ниже критического уровня 200 кл/мкл, появляется риск развития СПИДа. При СПИДе организм становится очень уязвимым — он уже не может победить заболевания, с которыми легко справляется здоровый организм. Единственный эффективный способ избежать СПИДа — принимать антиретровирусную терапию после обнаружения ВИЧ, наблюдаться у врача и придерживаться подобранной схемы лечения. Терапия пока не может полностью вылечить ВИЧ, но она не позволяет вирусу размножаться.

Дестигматизация, то есть формирование толерантности к ВИЧ-положительным людям, решает сразу несколько проблем. Во-первых, упрощает жизнь людей, живущих с ВИЧ, во-вторых, меняет отношение общества к проблеме: в странах, где людей постоянно информируют о ВИЧ, они охотнее тестируются, а значит, начинают лечиться и не передают вирус. Исследования показывают, что дестигматизация действительно помогает в борьбе с вирусом. Иркутску, по словам Алины, до этого пока далеко. «У нас в обществе только говорят о толерантности по отношению к ВИЧ-положительным. На самом деле люди даже рядом стоять боятся. Не знают, что через воздух ВИЧ не передается», — говорит она.

Сейчас Кирилл регулярно принимает терапию. Если не считать ежедневного приема таблеток, в его жизни нет ничего необычного, — работа, отдых, спорт. Благодаря терапии вирусная нагрузка у Кирилла стала неопределяемой. У Алины тоже неопределяемая вирусная нагрузка. «Я больше не могу передать вирус. Как говорят в Центре СПИД, мы посадили болезнь в клетку», — говорит она. Осенью она собирается снова выйти замуж — за мужчину, благодаря которому начала принимать терапию, — а затем, под наблюдением врачей, готовиться к зачатию ребенка.

Ничего не нашлось

Попробуйте как-нибудь по-другому