• Пробки 0
  • Погода
  • В Иркутск проложат водопровод от БайкалаБайкала
  • Зюганов заявил, что в Усолье-Сибирском самая высокая зарплата в России. Это не тактак
  • Глава иркутского Центрального рынка рассказал, почему убрали торговые рядыряды
  • Бизнесмен погасил миллионные долги пенсионерки из Усть-Кута.Усть-Кута.
  • «Он не видит людей, он видит строения». Эксперт по туризму ответил на критику Листвянки со стороны ВарламоваВарламова

Расследования 07.11.2019 14:13

Четыре башни: откуда появился Дмитрий Бердников, кто за ним стоит и как он стал самым харизматичным российским мэром

Наталья Телегина

Наталья Телегина

0Комментариев

Четыре башни: откуда появился Дмитрий Бердников, кто за ним стоит и как он стал самым харизматичным российским мэром - Верблюд в огне

Узаконенный самострой, внезапная карьера в политике, могущественная мать и ее трехэтажная квартира: «Верблюд» рассказывает историю Дмитрия Бердникова.


«Вы забываете, я же вам уже говорил, что после мэра говорит только Бог», — глава Иркутска Дмитрий Бердников на полуслове обрывает полковника юстиции. Этот 24-секундный ролик, часть протокольной съемки совещания 18 марта 2016 года, разошелся по интернету и попал в федеральные СМИ.

Важная деталь: Бердников — сын Альбины Ковалевой, бывшего прокурора Иркутска и близкой подруги и советника генпрокурора Юрия Чайки. Ковалева стала знаменитой, после того как политик Алексей Навальный опубликовал расследование, связанное с бизнесом семьи генерального прокурора.

«Работать с Бердниковым тяжело, можно сказать, год идет за пять. Он не терпит ни малейшей критики и несогласия со своей позицией», — рассказывает «Верблюду» бывший сотрудник мэрии.

Однако иркутский мэр популярен у горожан. «Думаю, если бы завтра в Иркутске состоялись прямые выборы, у Бердникова были бы очень высокие шансы на победу. Это самый популярный политик в городе», — говорит политолог Алексей Петров.

Хороший год

Солнечный летний день, Правобережный округ, Бердников в окружении чиновников и местных жителей рассматривает металлические гаражи, частично занявшие детскую площадку. Вскоре появится и пост в Facebook. Также Бердников проверяет, в каком состоянии подземные переходы, как идет ремонт бассейна «Спартак» и строительство кадетского корпуса, лично решает конфликт жителей и застройщика на улице Мамина-Сибиряка. В соцсетях между отчетами о работе — фотографии тренировки с гантелями. Июль 2015 года.

По итогам первых 100 дней работы Бердникова проект «Национальный рейтинг» ставит его на 14 место среди 86 мэров крупных российских городов. «Складывается ощущение, что Бердников решил заменить работу всех чиновников горадминистрации собой, — он много ездит по городу, лично принимает какие-то решения, проводит чуть ли не ежедневные выездные планерки», — пишет в комментарии к «Национальному рейтингу» иркутский политолог, региональный координатор движения «Голос» Алексей Петров.

«Бердников не безликий технократ и не управленец сколковского стиля со всякими картинками и презентациями, он вообще не кабинетный политик, он вечно на выезде — на улицах, во дворах, — общается с горожанами, делает селфи с молодежью. Он такой деятельный советский председатель исполкома, который всегда «на земле», — добавляет политолог Сергей Шмидт.

Осенью 2016 года мэр добивается настоящего успеха: принят закон, согласно которому 30% взимаемого в Иркутске налога по упрощенной системе остается в городском бюджете. Уже в 2017 году это принесет казне дополнительные 800 млн рублей, а в 2018 году — около 900 млн рублей. Цифры солидные, ведь в 2016 году город собрал всего чуть больше 7 млрд рублей налогов. Провести закон мэру-единороссу удалось несмотря на сопротивление губернатора-коммуниста: помогла областная дума, где на тот момент большинство было у «Единой России». Для Бердникова это победа.

Авторы «Национального рейтинга» описывают атмосферу в мэрии после принятия закона как эйфорию, а Бердникова — как именинника, со всех сторон принимающего поздравления. По итогам года глава Иркутска в списке лучших градоначальников занял 12 место.

2016 год — пожалуй, лучшее время в карьере Берникова, говорят опрошенные «Верблюдом» политологи. А ведь всего 2 года назад «Бердников возник буквально ниоткуда, про него никто ничего не знал, — вспоминает журналист, в те годы работавший в крупном иркутском медиа. — Первые полгода все в шутку называли его Дмитрий Альбинович». (Намек на могущественную мать. — «Верблюд»).

Выборы с сюрпризом

Поначалу выборы в гордуму по 18 округу Иркутска в 2014 году не предвещали никаких сюрпризов. Праймериз «Единой России» выиграл молодой бизнесмен Дмитрий Турушев. Побежденный соперник, владелец типографии, Владимир Рожков решил пойти самовыдвиженцем. Одновременно на выборы — от «Справедливой России» — баллотировалась Юлия Скрипник, сотрудница одной из компаний Рожкова. Затем избирком зарегистрировал еще одного кандидата — 47-летнего бизнесмена Дмитрия Бердникова, сына бывшего прокурора Иркутска Альбины Ковалевой.

Как писали СМИ, Рожков немедленно снял свою кандидатуру, потому что с ним «вдумчиво поговорили». А вот Турушев доводам не внял и продолжил кампанию. Его регистрация была отменена по решению суда, причем заявление против кандидата подала Юлия Скрипник, сотрудница Рожкова. («Верблюду» не удалось дозвониться до Рожкова и Скрипник. Турушев в мессенджере спросил: «Это что, провокация?» — и прекратил общение.)

Бердников победил в 18 округе, набрав 57,92% голосов при одной из самых низких явок в городе: 12,68%. Фактически за него проголосовали 998 человек. Бизнесмен получил мандат, а на первом же заседании, 26 сентября, депутаты выбрали его спикером гордумы.


Прокурор с 17-летним стажем

В официальной биографии Альбины Ковалевой сказано, что с 1983 по 1987 годы она работала в иркутском обкоме КПСС. В те же годы там трудился и Юрий Чайка. В 1987 году Ковалева стала прокурором Иркутска, а Чайка в 1992 году возглавил областную прокуратуру. Через 3 года силовик ушел на повышение в Москву по приглашению Юрия Скуратова, в то время генпрокурора России, а прежде — преподавателя Чайки в Свердловском юридическом институте. В 2006 году Чайка сам стал генпрокурором.

Альбина Ковалева проработала прокурором Иркутска 17 лет, до 2004 года. А когда Чайка стал генпрокурором, он придумал для старой знакомой должность, которой до этого не существовало: советник генпрокурора в Сибирском федеральном округе. Этот пост 75-летняя Ковалева занимает до сих пор.

«Принято считать, что Бердников — ставленник семьи Чайки в Иркутской области, и это недалеко от истины, — рассуждает иркутский политик Сергей Беспалов. — Но важно понимать, что у Артема Чайки (сын Юрия Чайки и владелец части семейного бизнеса. — „Верблюд“) нет бизнес-интересов непосредственно в Иркутске, его активы находятся в области. А важную роль в судьбе Бердникова — помимо Ковалевой — сыграл бывший губернатор Сергей Ерощенко. Можно сказать, именно он сделал его мэром».


Соль, пароходство и мусор:
бизнес-интересы братьев Чаек

У генпрокурора России Юрия Чайки два сына. Старший, Артем, владеет предприятиями по добыче соли, щебня и песка в Калужской области, строительными компаниями в Москве, также через ООО «Восточно-Сибирская торгово-промышленная компания» ему принадлежит 100% предприятия «Тыретский солерудник» в Иркутской области. Это крупнейший поставщик пищевой соли в Сибирском и Дальневосточном округах. Выручка компании в 2018 году превысила 1,5 млрд рублей, чистая прибыль — 219 млн рублей.

Алексей Навальный в своем расследовании утверждает, что Артем Чайка в начале нулевых фактически контролировал Верхне-Ленское речное пароходство, — в этот период предприятие продало 12 судов. В 2006 году компания стала банкротом. Однако, возможно, семья Чайки до сих пор сохраняет контроль над пароходством.

Как печатная машинка превратилась в поток наличных

Чем Дмитрий Бердников занимался до прихода в политику? В биографии на сайте мэрии информации мало. В 1986 году получил квалификацию «инженер-строитель» и был направлен на работу в структуру одного из министерств СССР. Там прошел путь от мастера до главного инженера, а с 1991 года возглавил завод «Байкалинтерпласт».

По словам источника «Верблюда» среди иркутских политиков, Бердников начинал карьеру под крылом Юрия Ковалева — своего отчима, мужа Альбины Ковалевой. С 1980 по 1997 годы Ковалев возглавлял государственный трест «Востоксибсантехмонтаж» и обеспечил Бердникову «путевку в будущее».

После перестройки, в 1993 году, в Иркутске по адресу Российская улица, дом 10, зарегистрировано госпредприятие «Востоксибсантехмонтаж». В том же году по тому же адресу появилась частная российско-итальянская фирма «Байкалинвестпласт», производящая пластмассовые изделия. Гендиректором и соучредителем компании был Дмитрий Бердников, его партнером по бизнесу — Александр Классен, в 1994 — 1997 гг. заместитель Ковалева в тресте «Востоксибсантехмонтаж». Сейчас Классен возглавляет иркутскую федерацию киокусинкай, владеет охранной компанией и стейк-хаусом «Нежный бульдог» («Верблюду» не удалось с ним связаться).

Еще одна компания из начала 1990-х, принадлежащая Бердникову и зарегистрированная по адресу треста его отчима, — архитектурное научно-производственное объединение «Новосил», ликвидированное в 2007 году. Другой соучредитель — Игорь Радюк. В разговоре с «Верблюдом» Радюк сказал, что не помнит своего участия в этой компании, но подтвердил знакомство с Дмитрием Бердниковым. Сейчас Радюк продает землю под коттеджную застройку под Иркутском.

«Юрий Ковалев был довольно крупным по региональным меркам бизнесменом, особенно его дела шли в гору с 1997 по 2005 годы, когда губернатором был Борис Говорин, а Ковалев — его экономическим советником. В 2010 году Ковалев умер, большинство активов отошло его дочери, но что-то досталось и Бердникову. Насколько я понимаю, свой основной бизнес, развлекательный центр „Ладога“, Бердников получил при помощи Ковалева», — продолжает источник «Верблюда» среди иркутских политиков.

По документам «Ладога» никак не связана с компаниями Ковалева, но история этого актива интересна сама по себе. В 2005 году госпредприятие «Иркутский дом печати» приобрело офсетную печатную машину «Фактор 90». Покупка была не по карману типографии: чтобы погасить долг перед поставщиком, она продала два земельных участка общей площадью около 1,2 га и все постройки на них, выручив 8,5 млн рублей. Позже Росимущество — как акционер «Иркутского дома печати» — пыталось оспорить сделку в суде, заявив, что стоимость активов была занижена в 4 раза. Однако чиновники проиграли суд — в том числе из-за истечения срока исковой давности.

Купила земли и постройки компания «Фаворит», ее интересы в суде представляла Елена Белокрыльцева. В 2006 году участки перешли фирме «Интерлайн», затем «Ладоге», а в 2010 году — компании «Расстэк», которой одно время владела и возглавляла ее всё та же Елена Белокрыльцева. Другой собственник компании — Дмитрий Бердников. Сейчас «Расстэк» принадлежит Майе Борисовне Алексеевой (так же зовут женщину, с которой мэра Иркутска связывают близкие отношения).

Новые метаморфозы с землей и постройками случились в 2012 году. На одном участке стоял небольшой склад площадью 160 квадратных метров. «Расстэк» превратила его в четырехэтажное здание площадью 5,8 тыс. квадратных метров. Едва закончилась стройка, на объект пришли представители МЧС и Роспотребнадзора и заключили, что самострой в полном порядке. Компания «Расстэк» подала иск к администрации Иркутска, потребовав узаконить здание. Представители мэрии в суд не явились, и на первом же заседании судья удовлетворил иск.

«Вообще-то сначала истец должен был хотя бы попытаться получить разрешение на строительство, — рассуждает партнер юридической фирмы Law& Commerce Offer Антон Алексеев. — А здесь компания просто пошла в суд и задним числом все оформила. На практике нечасто встречается такая лояльность судей. На мой взгляд, такое решение может быть отменено в вышестоящей судебной инстанции». «Это дело явно противоречит судебной практике, сложившейся с 2010 года», — подтверждает партнер коллегии адвокатов Pen& Paper Мария Николаева.

Со времени суда 2012 года «Ладога» еще подросла. Сейчас это торгово-развлекательный центр общей площадью свыше 16 тыс. квадратных метров, подсчитал общественный активист Александр Шибанов. Помимо офисов там находится частный детский сад, фитнес-клуб, спа-центр, боулинг и ресторан. Многие компании принадлежат той же Майе Алексеевой. По подсчетам «Верблюда», суммарный оборот ее бизнеса в 2018 году составил 160 млн рублей. При этом детским садом Алексеева владеет не одна, а с партнерами: его выручка — 20 млн рублей.

Так долги типографии за офсетную печатную машину «Фактор 90» обернулись для семьи Бердникова крупным развлекательным центром со стабильным денежным потоком.


«Ладога» как «Зимняя вишня»?

В августе 2019 года общественный активист, председатель правления Союза автомобилистов в Сибири Алексей Шабанов направил в иркутскую областную прокуратуру и региональный стройнадзор заявления, где напомнил, что здание «Ладоги» ввели в эксплуатацию по решению суда, причем на заседании не было ни сотрудников мэрии, ни представителей стройнадзора. По мнению активиста, развлекательный центр может не соответствовать требованиями пожарной безопасности. В заявлениях Шабанов напомнил о трагедиях в ТЦ «Зимняя вишня» в Кемерово, «Адмирал» в Казани и клубе «Хромая лошадь» в Перми.

«Ко мне как общественнику пришли люди, рассказали про „Ладогу“. Я начал разбираться, изучил историю здания, понял, что там действительно все очень плохо, тогда и обратился в контролирующие органы. Но в ответ получил отписки. После моих заявлений МЧС провела проверку „Ладоги“, сказали, все нормально. Причем мне не разрешили присутствовать при проверке», — рассказал Шабанов «Верблюду».

Закон имени Бердникова

Несмотря на декабрь на улице было не холодно — и 60 человек собрались на митинг перед Домом быта на улице Урицкого. Они требовали не принимать закон об отмене прямых выборов мэра Иркутска. Активисты собрали более 700 подписей и передали их к заседанию областной думы 24 декабря 2014 года. Но это не сработало — закон приняли сразу в первом и во втором, окончательном, чтении. Его поддержали 29 депутатов, против проголосовали 8 человек.

«Когда-нибудь этот закон войдет в историю Иркутской области как закон имени Дмитрия Бердникова, — иронизирует политолог Алексей Петров. Сам он организовывал пикеты против этого закона и вышел из Общественной палаты, когда там инициативу поддержали. — Ради того чтобы сделать Бердникова мэром, эти люди просто сломали систему и отобрали у иркутян право голоса».

Действующий на тот момент губернатор, единоросс Сергей Ерощенко, сильно конфликтовал с главой Иркутска, коммунистом Виктором Кондрашовым. В марте 2015 года предстояли очередные выборы. Кондрашов был популярен у горожан — новоиспеченный спикер гордумы Дмитрий Бердников едва ли мог бы конкурировать с ним напрямую. Тогда и появился закон, по которому депутаты городской думы выбирают мэра — причем из числа этих депутатов. 27 марта 2015 года Бердников занял приготовленный для него пост.

Сам Ерощенко рассчитывал на поддержку Бердникова на губернаторских выборах осенью 2015 года. И тот старался как мог. В августе посты мэра в Facebook сводились к пиару губернатора: вот они вместе инспектируют транспортные развязки, посещают выставку садоводов и детский сад, осматривают дорожное полотно. Этим летом, ненавязчиво напоминал Бердников, в Иркутске отремонтировали 325 тыс. кв. метров дорожного полотна — вдвое больше, чем в летом 2014 года.

Но как раз с дорожным полотном вышел конфуз. Уже в октябре, после выборов, председатель комитета городского благоустройства Булат Дугаров, выступая перед депутатами гордумы, вдруг заявил, что ремонт дорог проводился по указанию областной администрации и был связан не столько с интенсивностью автотранспорта, сколько с «электоральной активностью». Другими словами, дал понять, что ударное благоустройство велось ради выборов Ерощенко по указанию Бердникова.

Разразился скандал, утром следующего дня Дугаров написал заявление об увольнении. Оно обросло невероятными слухами: например, по информации газеты «The Moscow Post», Бердников напоследок побил Дугарова. Правда, сам бывший чиновник в переписке с «Верблюдом» назвал это «полным бредом». По его словам, разговор с Бердниковым происходил в присутствии двух других сотрудников мэрии и никакого рукоприкладства не было.

Развязки и дорожное полотно не помогли Ерощенко пойти на второй губернаторский срок. 27 сентября 2015 года выборы выиграл коммунист Сергей Левченко.

Гульба не на свои

Жаркий летний день. Бердников, как обычно, на выезде. На этот раз осматривает, как идут работы на берегу реки Ушаковки. Июль 2019 года.

Благоустройство общественных мест — пожалуй, то, чем действительно запомнится нынешний мэр. Преобразился остров Юность, Нижняя набережная, улица Карла Маркса. Все лето Бердников инспектировал, как кладут плитку в сквере у Вечного огня и здания Иргиредмета.

Ударный ремонт улиц и дворов начался в 2016 году. Мэрия была готова тратить гигантские — по меркам прежних лет — деньги. В 2017 году Иркутск вошел сразу в две федеральных программы. Москва напрямую перечисляет деньги, например, на ремонт дворов, но при условии, что городской бюджет выступает соинвестором. Так, по итогам 2017 года город вложил в обустройство дворов и общественных мест 328 млн рублей, а федеральный центр перечислил 143 млн. «Не будет преувеличением, если скажу: это беспрецедентный случай за многие десятилетия, когда финансирование из городской казны велось в таком объеме», — гордо озвучивал Бердников эти цифры, выступая в апреле 2018 года с отчетом о проделанной в прошлом году работе.


Деньги сверху и деньги снизу

По федеральной программе «Формирование комфортной городской среды» деньги идут на ремонт дворов, улиц, парков, скверов и других общественных пространств. Средства поступают из бюджетов трех уровней — федерального, регионального и местного. Вот как выглядит разбивка по Иркутску за последние 3 года.

2017 год


Бюджет Иркутска: 328 млн

Федеральный бюджет: 143 млн

Бюджет Иркутской области: 71 млн

Всего потрачено на благоустройство: 542 млн

2018 год


Бюджет Иркутска: 298 млн

Федеральный бюджет: 187 млн

Бюджет Иркутской области: 74 млн

Всего потрачено на благоустройство: 559 млн

2019 год (план)


Бюджет Иркутска: 264 млн

Федеральный бюджет: 316 млн

Бюджет Иркутской области: 69 млн

Всего потрачено на благоустройство: 649 млн

Усилия мэра быстро себя оправдали. Уже в 2018 году Иркутск занял первое место среди столиц сибирских регионов по качеству городской среды. Рейтинг составляет Минстрой, там учитывается состояние жилых домов, уличной инфраструктуры, парков, социальных объектов, а также уровень безопасности, комфорта, эффективность муниципальных чиновников.

Вторая программа — ремонт автодорог с бюджетом примерно 1 млрд рублей в год. В основном, средства — федеральные, региональные и муниципальные — шли через МУП «Иркутскавтодор». Это предприятие при Бердникове было буквально накачано деньгами: если в 2014 году оно распределило в рамках госзаказа 140 млн рублей, то в 2018 году — 2,1 млрд.

Однако залихватские темпы благоустройства имели оборотную сторону: Иркутск стремительно влез в долги. В последний раз бюджет был профицитным в далеком 2013 году. Чтобы свести дебет с кредитом мэрия пошла по тому же пути, что и обычные россияне, — в банк за кредитами. По расчетам «Верблюда», за последние 5 лет город заплатил 527 млн рублей в виде процентов. Эта сумма, к примеру, больше, чем субвенция на расселение аварийного жилья в 2019 году.

Иркутск и долги

Проанализировав сайт госзакупок, «Верблюд» нашел 11 контрактов, заключенных между городской администрацией и банками: все они относятся к периоду с ноября 2014 года по август 2019 года. Семь займов погашены, а четыре действуют. По прогнозам мэрии, на 1 января 2020 года долг Иркутска перед банками составит около 2,9 млрд рублей, а сумма собственных доходов в 2020 году — 10,6 млрд. Город будет должен примерно треть заработанных денег.

«Бердникову хотелось быть популярным, хотелось ассоциироваться у горожан с современным городом, со всеми этими набережными и скверами, с асфальтовым катком. Все то, чем заполнены его соцсети. И это неплохо для города. Проблема только в том, что гулял Бердников не на свои, а на сбербанковские», — рассуждает источник «Верблюда» среди иркутских политиков.

Финансовое положение города усугубила неприязнь между мэром-единороссом и избранным осенью 2015 года губернатором-коммунистом Сергеем Левченко. По мнению политолога Алексея Петрова, если губернатор планирует пойти на второй срок, он видит в мэре региональной столицы главного конкурента. «Это стопроцентно такой случай, только он еще усугубился противостоянием КПРФ и ЕР, плюс Бердников был близок с прежним губернатором Ерощенко, — в общем, с Левченко у них сразу не задалось», — говорит Петров.

Конфликт отразился на бюджете Иркутска. Муниципальная казна зависит от трансфертов из вышестоящих бюджетов: даже часть налогов, собранных на территории города, уходит выше. В Иркутске эти трансферты ниже средних по России. Например, в 2018 году безвозмездные поступления составили 48% городского бюджета. А средняя цифра по городам России за тот же год — 59%, говорит «Верблюду» директор Региональной программы Независимого института социальной политики Наталья Зубаревич.

«У губернатора есть несколько способов надавить на неугодного мэра. Например, через распределение НДФЛ. А самый жесткий способ — обрубить инвестиционные субсидии: таким образом снизится общая сумма безвозмездных поступлений», — объясняет эксперт.

Похорошевший рынок

24 сентября 2015 года перед входом на Центральный рынок Иркутска внезапно появился лидер КПРФ Геннадий Зюганов. Месяца за два до этого у муниципального предприятия сменился директор: мэр Бердников назначил новым управленцем Владислава Свердлова. Однако на этого директора сразу стали поступать жалобы от арендаторов рынка. Зюганов, приехавший в Иркутск поддержать коммуниста Левченко, решил сам во всем разобраться.

Но не получилось: администрация рынка заперла двери при виде федерального политика с многочисленной свитой и журналистами. Обычные посетители оказались буквально в заложниках. В итоге лидер КПРФ походил лишь по уличным рядам — продавцы неохотно отвечали на его вопросы. На следующей день мэрия Иркутска назвала поведение директора Свердлова «провокацией» и временно отстранила его от работы.

Прошло 4 года, но Свердлов по-прежнему на своем посту, а Центральный рынок стал самым проблемным городским предприятием. В интернете есть ролик — скрытая съемка, на которой некая женщина (предположительно посредник со стороны администрации рынка) договаривается с продавцами, чтобы те каждый квартал неформально заносили ей 15 тыс. рублей — помимо официальной арендной платы.

«Верблюд» нашел забавный случай, связанный с продавцами рынка. В сентябре 2018 года на irk.ru рассказали, как похорошел Центральный рынок. Статья вышла на правах рекламы, то есть ее оплатили. Одна из героинь, продавец Любовь Юцис, хвалила директора Владислава Свердлова. При этом несколькими месяцами ранее публикации Юцис подала в суд на МУП «Центральный рынок» за незаконное расторжение договора аренды, однако затем отказалась от иска, — видимо, наладила с администрацией добросердечные отношения.

Летом 2019 года гордума Иркутска признала деятельность городского предприятия неэффективным. Претензии к рынку есть и у нынешних депутатов, в конце октября они предложили мэру Бердникову уволить Свердлова. «Лично моё мнение — там [на Центральном рынке] превалирует коррупция», — заявил депутат, спикер гордумы предыдущего созыва Евгений Стекачев.

На фоне этих событий кажется странным стремление Бердникова отстоять Владислава Свердлова. Ранее директор рынка никак не был связан с мэром — он работал в торговом центре «Фортуна», то есть был наемным менеджером в структурах, связанных с предпринимательницей и депутатом облдумы Ниной Чекотовой.

Зато Бердников хорошо знаком с гендиректором МУП «Иркутскавтодор» Михаилом Чайковским. В 2010 году этот человек возглавлял фирму «Ладога», владельцем которой был будущий мэр, а также фирму «Расстэк», принадлежащую поочередно Бердникову, юристу Белокрыльцевой и Майе Алексеевой, гражданской жене мэра. Об особых отношениях между Чайковским и Бердниковым знает и источник «Верблюда», бывший сотрудник мэрии. Он говорит, что если раньше глава МУПа должен был контактировать с председателем градостроительного комитета, то теперь вхож напрямую к мэру.

В последнее время «Иркутскавтодор» тоже вызывает много критики. Через предприятие идет основной поток денег на ремонт дорог. 13 августа 2019 года председатель правления Союза автомобилистов в Сибири Алексей Шабанов (тот самый, что сравнивал ТЦ «Ладога» с кемеровской «Зимней вишней») созвал пресс-конференцию, где критиковал отремонтированные в 2018 году дороги и заявил, что они способствуют росту числа ДТП.

Летом городские депутаты призывали контрольно-счетную палату провести проверку «Иркутскавтодора», но пока этого не произошло.

Один против всех

«Бердников не терпит ни малейшей критики и несогласия со своей позицией. Если он говорит, что снег черного цвета, все должны кивать головой. Несогласных ждет публичная порка», — рассказывает бывший сотрудник мэрии.

2017 год оказался для Бердникова не таким удачным, как предыдущий. Мэрию покинули ключевые фигуры. Весной ушли заместители мэра Иван Носков, Руслан Ким, Елена Войцехович, осенью — руководитель Свердловского округа Светлана Колотовкина и замглавы градостроительного комитета Ольга Иванова.

«Заместители мэра должны очень много времени проводить рядом с Бердниковым, на собственную работу времени не остается, — продолжает собеседник „Верблюда“. — Если в восемь вечера им удается сбежать от мэра, то до часу ночи они разгребают завал из документов в своем кабинете».

В сентябре 2017 года уволился и глава градостроительного комитета Иван Готовский. Он был главным лоббистом строительных компаний Иркутска и пытался «подружить» мэра с этим бизнесом, утверждает наш источник и даже приводит любимую цитату бывшего чиновника: «Строители как овцы: если мы сегодня всех зарежем, завтра не из чего будет делать варежки». После увольнения Готовского у мэрии не осталось «мостов» к строительному бизнесу. Сам экс-чиновник сейчас владеет рядом активов, например, построил жилой комплекс «Март». Весной следующего года команду Бердникова покинула и руководитель его администрации Маргарита Ли.

В целом, резюмирует источник «Верблюда», политика Бердникова такова, что все договариваются напрямую с Бердниковым, а не с заместителями, как это было раньше. Ключевую роль в этом играет вице-мэр Виктор Ешеев, специально приехавший из Москвы, чтобы работать в команде Бердникова.


Чем владеет семья Бердникова?

Согласно декларациям, у Дмитрия Бердникова и его несовершеннолетней дочери в собственности есть квартира площадью 176 квадратных метров и гараж 43 квадратных метра. До 2016 года включительно в декларациях также упоминался автомобиль Mercedes Benz ML500 4MATIC.

Однако это не все имущество семьи Бердниковых. Как выяснил «Верблюд», Майя Алексеева владеет недвижимостью в коттеджном поселке «Новая Разводная» под Иркутском. Ей принадлежит четыре участка общей площадью 48 соток. Судя по спутниковой карте, там находится большой дом, несколько гостевых домов, хозяйственные постройки и открытый бассейн. Земля куплена в 2005 — 2008 гг., когда сам Бердников еще занимался бизнесом.

Соседи мэра по «Новой Разводной» — семья Мерзляковых. До 2016 года участком владел Валерий Анатольевич, сейчас — Людмила Михайловна. Валерий Мерзляков — бизнесмен, владелец поставщика услуг связи ООО «Региональная компания «Связьтранзит». Кроме того, это полный тезка сына Восточно-Сибирского транспортного прокурора, Анатолия Мерзлякова. Президент Путин освободил от должности Мерзлякова-старшего осенью прошлого года. Ранее тот рассказывал в интервью, что хорошо знаком с матерью Бердникова, экс-прокурором Иркутска Альбиной Ковалевой.

Как выяснил «Верблюд», Ковалева владеет квартирой площадью более 500 квадратных метров в центре города. По данным Росреестра, жилье занимает три этажа в особняке на бульваре Гагарина. Ранее эта недвижимость принадлежала компании «Яхт-клуб Агата» Юрия Ковалева, мужа экс-прокурора.

«Мне непонятна позиция иркутского регионального отделения „Единой России“ и его руководителя по поводу некоторых проблем областного центра», — на встрече с журналистами 21 мая 2019 года мэр Бердников не скрывает свое раздражение на главного областного единоросса, ставленника госкорпорации «Ростех», Сергея Сокола. Интересы ЕР не совпадают с интересами простых иркутян, ругается журналистам Бердников. На той же встрече выясняется, что мэр отказывается от праймериз «Единой России» и идет на сентябрьские выборы в гордуму самовыдвиженцем. Аналогично поступили 39 его сторонников.


Кто такой Сергей Сокол?

Сергей Сокол — спикер иркутской областной думы и лидер «Единой России» в регионе. До избрания в думу Сокол был советником главы «Ростеха» Сергея Чемезова. Эта госкорпорация имеет много интересов в Иркутской области: производит пассажирские самолеты МС-21, вывозит мусор из южной части региона, разрабатывает систему безопасности против лесных пожаров. А недавно компания «СЛ Золото», частично принадлежащая «Ростеху», получила лицензию на освоение золотого месторождения Сухой Лог, крупнейшего из неосвоенных в мире. Готов «Ростех» и модернизировать иркутский аэропорт.

Избиратели ассоциируют спикера облдумы именно с «Ростехом». Например, когда госкорпорация решила выделить 1 млрд рублей благотворительной помощи районам, пострадавшим от летнего наводнения, именно Сокол вел переговоры с Чемезовым.

Сергей Сокол пока официально не объявлял, что собирается участвовать в губернаторских выборах осенью 2020 года, однако политологи называют его одним из главных претендентов на это кресло. Потенциальные соперники — действующий губернатор Сергей Левченко и мэр Иркутска Дмитрий Бердников.

Мирить Бердникова с Соколом в итоге пришлось секретарю федерального генсовета ЕР Андрею Турчаку, рассказал «Верблюду» политолог, попросивший об анонимности. «Медуза» писала, что в этом участвовали и представители Кремля: замглавы администрации президента Сергей Кириенко и руководитель управления внутренней политики Андрей Ярин. Усилия оказались не напрасными: 29 июля избирком зарегистрировал Бердникова на выборы именно от «Единой России».

А вот команда мэра так и пошла самовыдвиженцами: в городскую думу прошло 10 депутатов, связанных с Бердниковым.

Конфликт мэра с «Единой Россией», и прежде всего с Сергеем Соколом, явно не закончился. 18 сентября областная дума приняла закон о сити-менеджере, проект поддержали 26 депутатов. Закон, за который голосовали как представители КПРФ, так и ЕР, оставляет Бердникову мало шансов быть избранным на второй срок.

«Смысл в том, что теперь кандидатуру на пост мэра вносит специальная комиссия, наполовину состоящая из представителей губернатора, наполовину — из депутатов гордумы, — объясняет политолог Юрий Пронин. — С представителями губернатора все понятно, при этом коммунисты есть и в городской думе. Значит, у губернатора Левченко контроль более чем над половиной комиссии и Бердников такой „фильтр“ не пройдет».

«Принято считать, что в Иркутске есть четыре „башни“: коммунисты во главе с губернатором Левченко, областные единороссы во главе с Соколом, городские единороссы во главе с Бердниковым и строительное лобби. Порой возникало чувство, что Бердников воюет сразу с тремя башнями, он один против всех. При этом он популярен у горожан и на прямых выборах имел бы большие шансы на победу», — говорит политолог Сергей Шмидт. «В случае прямых выборов Бердников, безусловно, был бы одним из главных претендентов», — соглашается политконсультант Владислав Шиндяев.

Внезапный союз

Первое заседание иркутской гордумы нового созыва, 27 сентября, не предвещало сюрпризов. Стать спикером должен был единоросс Евгений Стекачев — ранее его кандидатуру внесли 18 человек. Но в ходе тайного голосования что-то пошло не так: новым спикером объявили Дмитрия Ружникова, самовыдвиженца, тесно связанного со строительным бизнесом. Голоса за него отдали 22 из 34 депутатов.

Несколько опрошенных «Верблюдом» политологов полагают, что за Ружникова голосовали люди из команды Берникова. Значит, мэр внезапно подружился со «строителями».

«Насколько мне известно, переговоры завершились буквально накануне вечером, 26 сентября. Представители строительного бизнеса сумели убедить команду Бердникова поддержать их депутата. Взамен речь могла идти о каких-то договоренностях по стройке и земельным участкам, — говорит политолог Юрий Пронин. — Ситуативно возник союз между мэром и представителями строительного бизнеса».

«Если Бердников наладит хорошие отношения с бизнесом, это даст ему неплохие шансы на губернаторских выборах. Бердников популярен у горожан: имея финансовые ресурсы, он бы мог провести отличную избирательную кампанию», — рассуждает политолог Сергей Шмидт. И тут же оговаривается: союзы в иркутской политике возникают и рушатся слишком быстро, чтобы всерьез их анализировать.

Загрузка...

Комментариев 0

Тренды 01.08.2019 11:13

«Все считают, что с ними это точно не случится. Это не так». Откуда в Иркутске эпидемия ВИЧ и почему в России с ней борются не так, как в остальном мире

Анна Швыркова

Автор Анна Швыркова

0Комментариев

«Все считают, что с ними это точно не случится. Это не так». Откуда в Иркутске эпидемия ВИЧ и почему в России с ней борются не так, как в остальном мире

По числу новых случаев ВИЧ-инфекции Россия уступает только двум странам — ЮАР и Нигерии. Эпидемия ВИЧ в стране началась несколько десятилетий назад с наркопотребителей, а теперь распространилась на остальных. По данным Роспотребнадзора, Иркутская область — регион-лидер по распространению ВИЧ, но в областном Центре СПИД это отрицают и винят во всем методику подсчета. «Верблюд в огне» узнал у ВИЧ-положительных иркутян, почему они годами не показываются врачам, откуда возник миф, что ВИЧ в Россию занесли шпионы, а у местных и федеральных экспертов — о ситуации с лекарствами для тех, кто болен.


О чем этот текст


  • В России эпидемия ВИЧ: по официальным данным, больны около 1 млн человек. При этом данные Минздрава и Роспотребнадзора о числе больных расходятся из-за разных методик подсчета.
  • Иркутская область — регион-лидер по распространению ВИЧ. В области больны 1,8% населения и все чаще заражаются экономически активные люди в возрасте от 30 до 50 лет.
  • Иркутская область закупает препараты активнее, чем большинство регионов. Однако из-за политики Минздрава РФ качество препаратов, как и по всей России, не самое лучшее.
  • Заражение ВИЧ инъекционным путем после приема наркотиков — по-прежнему проблема для региона, но передовые методы профилактики ВИЧ среди наркопотребителей в России почти не применяются.
  • Стигматизация ВИЧ-положительных людей остается проблемой для Иркутска. Причина — низкая информированность. Многие не знают, как передается вирус и что прием терапии снижает вирусную нагрузку.


О своем ВИЧ-положительном статусе Алина (по просьбе героев все имена изменены. — Ред.) узнала в 2014 году, когда попала в больницу с сильной простудой и у нее несколько раз взяли кровь. Она подписала согласие на ВИЧ-тест «вообще без задней мысли», а в день выписки медсестра отвела ее в отдельный кабинет и сообщила о положительном результате ВИЧ. Алина в истерике убежала домой, отказываясь верить: она считала ВИЧ болезнью «наркоманов и проституток». Жила благополучно: двое детей, стабильная работа. Ее заразил бывший муж — единственный половой партнер.

Сейчас Алине 35 лет, и ее случай — скорее правило, чем исключение. ВИЧ все чаще заражаются экономически активные люди в возрасте от 30 до 50 лет — в Роспотребнадзоре это называют тенденцией. «Более половины больных, впервые выявленных в 2018 году, заразились при гетеросексуальных контактах (57,5%), доля инфицированных ВИЧ при употреблении наркотиков снизилась до 39%», — сообщало ведомство в апреле. При этом многие до сих пор ничего не знают о вирусе. «Я рассказала родителям, братьям, сестрам. Они не знали, что это такое. Мама сказала, простыла что ли, пойди купи лекарство. Брату 18 лет, старшей сестре — 36. Ведут половую жизнь, но никогда не слышали о ВИЧ», — рассказывает Алина.


«Сарафанным радио среди людей распространялись сумасшедшие теории». Почему Иркутск стал одним из лидером по распространению ВИЧ

По данным Минздрава за 2018 год, 896 075 россиян больны ВИЧ. У Роспотребнадзора другие данные: в ведомстве говорят, что официально больны 1 млн 7 тыс. россиян, а еще 500 тыс., вероятно, не знают о диагнозе. У Минздрава и Роспотребнадзора разные методики подсчета числа ВИЧ-инфицированных — из-за этого ведомства не первый год ведут публичную полемику. Минздрав считает только вставших на учет с паспортом и СНИЛС — именно так люди попадают в регистр. А в статистике Роспотребнадзора учтены все прошедшие тестирование, и это приводит к разнице в несколько сотен тыс. человек.

Эпидемия ВИЧ — проблема для всех регионов России, но Иркутская область — лидер по распространению заболевания. По данным Роспотребнадзора за 2018 год, регион занимает 1 место по этому показателю. ВИЧ в Иркутской области заражены 1,8% жителей, то есть каждый пятидесятый. После публикации статистики федерального ведомства на сайте местного Центра СПИД появился официальный ответ: в учреждении заявили, что на самом деле показатель распространенности — 1195,9 на 100 тыс. населения, то есть не 1,8%, а только 1,2%. Но и в таком случае речь, скорее всего, о генерализированной эпидемии, когда в регионе 1% беременных женщин инфицированы ВИЧ и вирус передается гетеросексуальным путем. То есть эпидемия ВИЧ становится особенно опасной и вирус распространяется вне групп риска.

Руководитель Федерального научно-методического центра по профилактике и борьбе со СПИДом Вадим Покровский объяснил корреспонденту «Верблюда», почему такая ситуация с эпидемией сложилась именно в Иркутске. «Корни ВИЧ-эпидемии в Иркутской области уходят очень глубоко, в 90-е годы. Область одной из последних в России создала у себя систему профилактики и лечения ВИЧ, потому что эту проблему игнорировали власти. А в 90-е процветала наркомания, росло потребление инъекционных наркотиков. На этом фоне повысилась заболеваемость ВИЧ, а сарафанным радио распространялись сумасшедшие теории: якобы вирус специально завозят какие-то иностранцы, шпионы и так далее. Чиновники бездействовали. А потом попытки скрыть свои ошибки и уйти от ответственности привели к эпидемии», — рассказал Покровский.

Не случайно, что ВИЧ-диссидентство в России зародилось именно в Иркутске, вспоминала директор областного СПИД центра Юлия Плотникова (от разговора с «Верблюдом» отказалась). Один из самых известных идеологов ВИЧ-диссидентства в России, ученый-патологоанатом Владимир Агеев — сотрудник Медицинского университета в Иркутске. Агеев не просто отрицает ВИЧ, но и активно выступает в прессе и на телевидении, называя вирус выдумкой и призывая не сдавать тесты.

Как меняется смертность от ВИЧ в Иркутской области

Смертность от ВИЧ в Иркутской области в 2018 году снизилась более чем на 26%, а заболеваемость — на 12,7%, сообщили ТАСС в областном центре по борьбе со СПИДом. По данным, которые публиковал в апреле РБК со ссылкой на региональные службы статистики, смертность от ВИЧ в 2018 году снизилась только на 1%. В Центре СПИД данные назвали некорректными: вероятно, учитывались ВИЧ-положительные иркутяне, умершие от иных причин (инфаркт, ДТП и др.).

Покровский уверен, что в Иркутской области, как и во многих других российских регионах, специально занижены показатели. «Иркутский Центр СПИД пытается занизить показатели, чтобы продемонстрировать свою якобы эффективную работу. Иркутская область специфична. Они — и чиновники, и руководство Центра СПИД — склонны к премудростям: то искать иностранных агентов, то отрицать ВИЧ, то менять статистику», — считает Покровский. По мнению специалиста, в области сосредоточены на лечении ВИЧ-инфицированных, а не на эффективном предотвращении новых случаев заражения. При этом рецепты эффективной профилактики ВИЧ для всех стран одинаковы: заместительная терапия и обмен шприцов для наркопотребителей, доконтактная профилактика (профилактический прием антиретровирусных препаратов), доступная барьерная контрацепция и просвещение всех групп населения.

Иркутский Центр СПИД появился еще в СССР. Сперва больных принимали в трех кабинетах инфекционной больницы без необходимых лекарств и оборудования. Тогда в России мало знали о ВИЧ — людей не тестировали и почти никак не лечили, профилактика не велась. Поэтому в 1991 году в Иркутской области был официально зарегистрирован один случай заражения ВИЧ. В 1998 году было зарегистрировано 23 случая заражения, в 1999 — 3248 случаев.

Здание, в котором работает Центр СПИД сейчас, строили около 20 лет, и области оно обошлось в 380 млн рублей. В 1994 году из-за нехватки финансирования строительство приостановили, в 2008 возобновили, в 2013 году закончили. Сейчас в Центр СПИД обязательно должны обращаться люди с положительными результатами теста или подозревающие у себя ВИЧ. С 2010 года Центр возглавляет Плотникова.

Сколько людей больны ВИЧ в Иркутской области

Сейчас на сайте Центра СПИД сказано: в 2018 году в Иркутской области 3414 человек узнали, что ВИЧ-инфицированы. За год в регионе умерло 952 ВИЧ-инфицированных. По данным на 1 мая 2019 года, всего в регионе живут 29 411 человек с ВИЧ. При этом 17% случаев заражения в 2018 году были связаны с употреблением наркотиков, 81,5% людей заразились половым путем, а в 1,5% случаев ВИЧ передался от матери.

Иллюсстрации: Анастасия Болотникова/«Верблюд в огне»


«Начался этап пассивного самоубийства». Как принимают диагноз ВИЧ-положительные

Один из самых сложных этапов — принять диагноз. До получения положительного результата люди часто ничего не знают о ВИЧ, о том, как течет болезнь и как живут другие ВИЧ-положительные. Алина подумала, что диагноз — ошибка. Чтобы принять диагноз, ей понадобилось почти 5 лет.

— Я в этом кабинете реально сползала по стенки, рыдала, билась в истерике. Мне вообще ни разу не сказали, что от этого не умрешь уже завтра, если будешь лечиться. Что ВИЧ болеют миллионы порядочных, успешных людей и это не позорно».

Инфекционист дал Алине направление в Центр СПИД. «В Центре СПИД врач впервые поговорил со мной как с человеком. Объяснил, что нужно лечиться, тогда я не умру. Рассказал подробнее про болезнь. Дал просто десятки направлений ко всем узким специалистам, чтобы обследовать состояние всего организма. На кровь тоже было несколько направлений. И всё нужно было сдавать в этом жутком здании. Вместе с людьми, которые в очереди в коридоре готовы на тебя наброситься и проглотить. Я пришла домой, сложила всю эту груду бумаг в кастрюлю, благополучно сожгла и забыла, что у меня ВИЧ», — рассказывает она.

Алина не стала лечиться. В командировках она проходила анонимное тестирование на ВИЧ в других городах — результат всегда оказывался положительным. После пятого теста девушка поверила в то, что у нее ВИЧ, но не приняла болезнь. Она замкнулась и перестала общаться с подругами, трижды пыталась покончить с собой, но все же решила жить — хотя бы ради детей. За Алиной целый год ухаживал мужчина, но взаимности не добился, — она боялась отношений, тем более сексуальных. Однажды он зло сказал: «Ты ведешь себя как вичевая», — и ушел. В тот же день девушка поехала к нему и все рассказала. Еще год он уговаривал Алину пойти в Центр СПИД, секс был только в презервативе. Она обратилась к врачу только в октябре 2018 года, когда здоровье резко ухудшилось: неделями держалась температура, не проходил герпес.

В новом Центре СПИД Алину отправили сдавать анализы. К концу дня все кабинеты были закрыты и медсестра попросила Алину прийти завтра на последний анализ. Врач услышала и сказала, что с анализами нужно закончить сейчас: «Ты что, она от нас четыре года бегала. Если сейчас все не возьмем, завтра опять убежит». Там же с Алиной поговорил психолог — ответил на все вопросы, объяснил, что жизнь с ВИЧ может быть полноценной и в Иркутске есть целое сообщество ВИЧ-положительных, которые часто общаются. Алина стала лечиться.

Кирилл (ВИЧ-положительный, 34 года, по его просьбе имя изменено) рассказал «Верблюду» свою историю: о диагнозе узнал в 2010 году — его девушка почувствовала себя плохо, и в больнице у нее обнаружили ВИЧ. Тогда он тоже сдал анализы — оказалось, он инфицирован, а девушка, вероятнее всего, заразилась от него. На этом их отношения закончились.

«Принятие диагноза проходило очень тяжело. Центр СПИД тогда был на улице Конева, в инфекционной больнице, — мрачные, тесные коридоры вгоняли в тоску. Первые годы я даже не наблюдался. Я просто впал в депрессию, и в моей жизни начался этап пассивного самоубийства. Очень много пил и принимал наркотики, — считал, что жизнь кончена и всё равно скоро умру. Продолжал работать, но здоровье слабело: постоянно простывал, не проходил кашель. Диагноз я со временем принял, но стал наркозависимым».

В 2015 году его состояние настолько ухудшилось, что он с помощью родителей попал в реабилитационный центр. Полгода назад наконец-то начал принимать лекарства, а сейчас работает консультантом по наркотической зависимости в государственном реабилитационном центре. У Кирилла на то, чтобы признать диагноз и начать лечиться, ушло 8 лет. «Все считают, что с ними это точно не случится, что это где-то далеко, так и я когда-то думал», — вспоминает он.

Принять диагноз действительно бывает сложно, соглашается медицинский директор фонда СПИД ЦЕНТР, заведующая амбулаторно-поликлиническим отделением Московского областного центра по борьбе со СПИДом Елена Орлова-Морозова. «Почему возникает стигма, боязнь диагноза? Представьте, что человек заболел воспалением легких. Он пришел в больницу, ему поставили диагноз, назначили лечение, возможно, госпитализировали. А в случае с ВИЧ человек слышит, что у него страшный диагноз, который считался смертельным до появления терапии. До того, как человек придет в Центр СПИД, он может искать информацию в интернете и испугаться еще сильнее. Или попасть под влияние ВИЧ-диссидентов и подумать, что врачи его обманули. Люди слышали мифы, никто им не рассказывал про нормальную жизнь с ВИЧ, про то, что продолжительность жизни ВИЧ-положительного человека может быть такой же, как у человека без вируса», — объяснила Орлова-Морозова «Верблюду».

Как сократить риск заражения ВИЧ

ВОЗ рекомендует при каждом сексуальном контакте правильно использовать мужские или женские презервативы, принимать антиретровирусные препараты для доконтактной профилактики (ДКП) и регулярно сдавать тест на ВИЧ. Знание своего статуса поможет начать лечение до появления симптомов, продлить свою жизнь и не допустить передачу ВИЧ другому человеку.

Сдать тест на ВИЧ в Иркутске можно как в платной лаборатории, так и бесплатно и анонимно в Центре СПИД по адресу ул. Спартаковская, 11. Если вы уже знаете о своем положительном ВИЧ-статусе, но не принимаете терапию, срочно обратитесь в Центр СПИД: там вы пройдете обследование, поговорите с врачом, получите схему лечения и препараты. Помните, вы не обязаны рассказывать о своем статусе, — никто, в том числе работодатель, не может этого требовать.


«Пью то, что дают». Как в России лечат ВИЧ-положительных людей и почему Иркутску относительно повезло

ВИЧ-положительные люди, с которыми удалось поговорить «Верблюду в огне», утверждают, что перебоев с лекарствами нет, — все таблетки они получают бесплатно и вовремя. Кирилл рассказал, что препараты работают, но наносят урон организму. Он принимает 6 таблеток в день, и в первые месяцы из-за лекарств болел желудок, если Кирилл принимал их натощак. Сейчас он подстроил питание под прием лекарств и побочных эффектов почти нет. «Я слежу за достижениями в лечении ВИЧ и знаю, что существуют схемы терапии с меньшим вредом для организма. Есть новые, качественные препараты, достаточно 1 таблетки в день, но бесплатно их дают только детям и подросткам. Покупать такую терапию дорого, на месяц это около 27 тыс. рублей. Поэтому пью то, что дают», — говорит он.

Алина принимает терапию с 3 ноября 2018 года. Она быстро поняла, что из-за таблеток чувствует себя хуже. «Назначили таблетки „Симанод“, по 3 таблетки утром, и вечером. Конечно, были страшные побочки. Постоянные проблемы с кишечником, горький привкус во рту. Меня рвало. Я чувствовала себя очень плохо. А через 3 недели перестала справляться печень, я начала желтеть. Было дико стыдно, коллеги спрашивали, здорова ли я (о диагнозе никто из них не знает). Тренер в зале тоже забеспокоился, все начали коситься. Я в панике прибежала в Центр СПИД, говорю, давайте менять схему лечения, мне эти таблетки не идут. Но доктор ни в какую. Говорит, все идет нормально, все по показаниям. Продолжайте принимать», — вспоминает она. Пришлось подключить связи, чтобы Алине разрешили заново сдать анализы и назначили «Калетру». Желтизна ушла, но некоторые побочки остались. Из-за лекарств болит желудок, и теперь она питается «очень аккуратно» — от вредной пищи пришлось отказаться. За полгода Алина похудела на 9 килограммов.

По запросу «перебои лекарств ВИЧ» в поисковых системах можно найти сотни новостей о том, что в том или ином регионе ВИЧ-положительные люди не получили нужных препаратов. Первая ссылка в выдаче — сайт «Перебои.ру» организации «Пациентский контроль», собирающей информацию о проблемах с поставками. В апреле проект «Коалиция по готовности к лечению» представил ежегодный независимый анализ ситуации в России по обеспечению препаратами ВИЧ-инфицированных за 2018 год. Если в 2017 году Минздрав потратил на закупки более 21,3 млрд рублей, то в 2018 — около 20,5 млрд рублей. Авторы документа утверждают, что Минздрав закупил препараты для 384 тыс. пациентов — это очень мало, даже если верить официальным данным о числе больных.

В 2018 году «Пациентский контроль» попросил Госдуму увеличить бюджет на закупку препаратов. «В первую очередь это вопрос финансирования. Даже по официальным данным лекарства получают около 400 тыс. человек. А больны, по тем же официальным данным [Минздрава], почти 900 тыс. человек. То есть около 50% людей не получают лечения. При этом бюджет не увеличивается. Даже если есть заявка от региона с учетом числа больных, ее чаще всего урезают из-за отсутствия денег. Самая дешевая схема лечения на год стоит около 10 тыс. рублей, самая дорогая — примерно 500 тыс. рублей. Большинство пациентов сидят на дешевых схемах, хотя некоторым из них нужны более современные и дорогие препараты, потому что у них выработалась резистентность. Мы давным-давно могли бы остановить эпидемию, если бы на это выделяли достаточно денег и использовали бы современные методы», — объяснил «Верблюду» представитель «Пациентского контроля» Алексей Михайлов.

За закупки лекарств для ВИЧ-инфицированных отвечает в первую очередь Минздрав — с начала 2017 года они производятся централизованно. Регионам ведомство рекомендует самим объявлять закупки и тратить на это деньги из регионального бюджета — подразумевается, что это «страховка», которая позволяет избежать перебоев. Но перебои продолжаются, а сама система закупок лекарств предполагает приобретение самых недорогих препаратов — из-за чего поставщики попросту отказываются участвовать в торгах. Участники рынка предупреждали, что проблема может стать глобальной и поставлять препараты станет некому. Оригинальные препараты от ВИЧ действительно стоят дорого — в их стоимость заложены дорогостоящие исследования, по результатам которых препарат признают эффективным и безопасным. Дешевая альтернатива — так называемые дженерики, то есть копии препаратов. Минздрав утверждает, что дженерики эффективны, но у российских аналогов плохая репутация: среди них попадаются некачественные, а значит, неэффективные или попросту опасные.

Михайлов говорит, что врачи — заложники ситуации. «Они не хотят навредить пациенту, просто они зависят от региональных и федеральных властей. Они вынуждены давать пациентам то, что есть в наличии. Я сталкивался с такими случаями, когда человеку дают лекарства не по схеме или дают неполную схему. Или вообще отправляют на так называемые каникулы — „отдохнуть от препаратов“, — а он просто пропадает. Не ходит к врачам, у него растет вирусная нагрузка, и он передает вирус дальше», — говорит он.

В 2018 году лишь 55 регионов из 85 объявили аукционы на закупку антиретровирусных препаратов. Иркутская область, по данным «Коалиции по готовности к лечению», не только объявила аукцион, но и вошла в десятку регионов, потративших на такие препараты «действительно существенные суммы». Область занимает 8 место в России по этому показателю — общая сумма контрактов за 2018 год составила почти 69,6 млн рублей.


«Нормальной женщине не должен рассказывать о ВИЧ наркоман». Почему наркопотребители — самая уязвимая для ВИЧ группа

Некоторые люди рискуют заразиться ВИЧ больше остальных — речь идет о так называемых ключевых группах, в которых следует вести профилактику особенно активно. Это геи, секс-работники, трансгендерные люди, заключенные и потребители инъекционных наркотиков. Наркополитика государства связана с эпидемией сильнее, чем может показаться на первый взгляд. В США среди заразившихся ВИЧ всего 6% — потребители инъекционных наркотиков, в Европе — 2-3%, а в России — 39%. На самом деле люди, заразившиеся, например, половым путем, нередко заражаются от человека, который получил ВИЧ, употребляя наркотики, поэтому наркопотребление играет огромную роль в развитии эпидемии. Иркутска это касается напрямую: в 90-х регион был наводнен наркотиками, а в 2018 году Иркутская область по количеству изъятых наркотиков занимала 3 место по России и 1 место в Сибирском федеральном округе.

Иван Варенцов, представитель Фонда имени Андрея Рылькова, называет этот путь передачи основным. Пытаться побороть эпидемию ВИЧ, не изменив наркополитику, невозможно, объясняет он: «Проблема наркопотребления была, есть и будет. Нужно решать проблему профилактики ВИЧ среди потребителей инъекционных наркотиков. Такое потребление наркотиков есть везде, просто есть страны, в которых профилактика ведется на государственном уровне. Есть международные рекомендации, их легко найти, — на эти рекомендации страны и должны ориентироваться. А в России такие программы не поддерживаются». Рекомендации, о которых говорит Варенцов, действительно соблюдаются во всех странах, которые преуспели в профилактике ВИЧ. Разработали их Всемирная организация здравоохранения, Управление ООН по наркотикам и преступности (УНП ООН) и ЮНЭЙДС. В странах, которые соблюдают рекомендации, наркопотребители получают заместительную терапию, стерильные иглы и шприцы, консультацию и доступ к медицинскому обслуживанию.

В России ВИЧ-положительные наркопотребители порой просто не приходят лечиться. А если и придут, не факт, что им помогут, — Варенцову известно множество случаев, когда такие пациенты просто не могли получить лечение и сталкивались с грубостью. Сейчас число врачей, которые идут им навстречу, растет, но менять следует в первую очередь отношение к потребителям наркотиков на федеральном уровне. «У нас репрессивная наркополитика и соответствующее отношение в медицинских учреждениях. Эти люди стигматизированы и как потребители наркотиков, и как ВИЧ-положительные, и часто они остаются с этими проблемами один на один», — говорит Варенцов.

По официальным данным, число наркопотребителей в Иркутской области уменьшилось. По мнению президента ассоциации общественных объединений Иркутской области «Матери против наркотиков» Валентины Червиченко, наркомания распространяется «с новой силой», а многих наркопотребителей статистика просто не учитывает. «Уже нет тех зависающих людей, которые употребляли героин когда-то, молодежь перешла на синтетические вещества, которые легко раздобыть через интернет», — объясняла она. Об этом же рассказывал «Верблюду» основатель фонда «СПИД Центр» Антон Красовский. А о том, что в Иркутской области высокий уровень подростковой наркомании, говорят в Генпрокуратуре.


«Нам сказали, что тему ЛГБТ затрагивать нельзя». Почему в Иркутске не ведется профилактика ВИЧ среди ЛГБТ-сообщества

Еще одна уязвимая для ВИЧ-группа — мужчины, практикующие секс с мужчинами. В Иркутске, как и в большинстве других регионов, работа с ЛГБТ-сообществом почти не ведется, рассказал «Верблюду» руководитель иркутского «ЛГБТ-Альянса» Евгений Глебов. Несколько лет назад ему удалось наладить контакт с местным Центром СПИД. Он писал туда обращения, но постоянно получал отказы, после чего решил записаться на прием к руководителю центра Юлии Плотниковой. «Я записался, пришел и рассказал о себе. Юлия Кимовна была очень удивлена, что мне писали отказы на мои письменные запросы, ее это очень возмутило. Потому что бюджет на работу с ЛГБТ-сообществом выделяется. То есть деньги просто лежали на счетах», — вспоминает Глебов. После общения с Плотниковой ему удалось договориться о сотрудничестве с центром и в 2017 году провести несколько совместных мероприятий. В 2018 году сотрудничество постепенно сошло на нет: «За первые 6 месяцев 2019 года не было ни одного звонка от Центра СПИД, ни одного предложения по сотрудничеству».

Глебов рассказывает, что одним из совместных мероприятий должен был стать тренинг по профилактике ВИЧ среди ЛГБТ-сообщества. «Когда мы пришли на тренинг в Центр СПИД, нам сказали, что тему ЛГБТ затрагивать нельзя, потому что такое распоряжение поступило от местного Минздрава и отдела по борьбе с экстремизмом. Неофициальное распоряжение», — говорит он.

Глебов рассказывает, что организовал тестирование для сообщества. В последний раз из 17 экспресс-тестов лишь один показал положительный результат. По договоренности с Плотниковой любой гей, узнав о положительном результате теста на ВИЧ, может прийти в Центр СПИД на консультацию. «В самом Центре СПИД, по-моему, вообще нет специалистов, которые были бы враждебно настроены к ЛГБТ-сообществу. Мы там с негативом не сталкивались», — говорит Глебов.

Профилактикой ВИЧ среди ЛГБТ-сообщества пытается заниматься местное отделение «Красного креста», но, по словам Глебова, не слишком успешно. «Например, должна быть раздача презервативов в клубах, но на самом деле их выдают далеко не каждому, кто хочет взять. Хотя по программе Красного креста их должно быть много. Я не знаю, на что они тратят деньги, я не вижу работы с сообществом», — говорит он. О том, что работа не ведется, «Верблюду» рассказывал и Антон Красовский. В рамках съемок документального проекта «Эпидемия» он приходил в местный ЛГБТ-клуб, с которым сотрудничает «Красный крест». «У них закуплены презервативы на деньги „Красного креста“. Эти презервативы стоят под тумбочкой, то есть их даже не раздают. И такое по всей стране», — говорил Красовский.


«мы посадили болезнь в клетку». Почему ошибочно думать, что ВИЧ — это конец

Еще совсем недавно, в 1996-1997 гг., ожидаемая продолжительность жизни людей в возрасте 20 лет с ВИЧ составляла всего 19 лет, то есть ожидаемый возраст смерти был 39 лет. К 2011 году продолжительность жизни увеличилась почти в 3 раза и составила 53 года, а ожидаемый возраст смерти — 73 года. Сегодня люди с ВИЧ могут жить столько же, сколько и люди без вируса, благодаря терапии, которая стала намного более эффективной и намного менее токсичной. Орлова-Морозова утверждает, что это касается и России: побочные эффекты все еще встречаются, но, в сравнении с нулевыми, качество лекарств выросло в разы. И жизнь ВИЧ-положительного человека действительно может мало чем отличаться от обычной.

Тем не менее от эпидемии никуда не деться. Ситуация с ВИЧ в Иркутске — эхо 90-х, но разбираться с ней приходится сейчас. Рецепты, которые помогают развитым странам бороться с эпидемией и предотвратить новые случаи заражения, давно известны, — о них можно узнать, например, на сайте организации ЮНЭЙДС, координирующей международные меры противодействия вирусу. В ситуации, когда речь идет об эпидемии в таких масштабах, как в России, важно заниматься профилактикой не только в группах риска (хотя в них в первую очередь), но и среди всего населения. Это значит, что в Иркутске, как и в остальных регионах, об угрозе заражения ВИЧ должны знать все. Победить эпидемию, не изменив к ней подход, невозможно: доступные российским пациентам современные препараты работают, но вирус передают те, кто эти препараты не принимает, а зачастую и не знает о своем статусе. В федеральном Минздраве не считают, что заместительная терапия и повсеместное введение уроков полового воспитания в школах помогут, хотя эти меры, в числе прочих, доказали свою эффективность в других странах.

Считается, что современные препараты не позволяют полностью вылечить ВИЧ, хотя известно два случая, когда в результате лечения вирус исчезал из организма человека. Сегодня терапия позволяет снизить вирусную нагрузку до неопределяемой. «Вирусная нагрузка — это количество копий вируса в одном миллилитре крови. Чем она ниже, тем лучше. Цель лечения — сделать вирусную нагрузку неопределяемой. На фоне лечения она может снизиться до менее чем 20 копий в миллилитре. Если схема подобрана правильно, нагрузка становится неопределяемой. И человек с такой нагрузкой вирус не передает даже при половых контактах без презерватива», — объясняет Орлова-Морозова. При таком уровне вирусной нагрузки также невозможно родить ВИЧ-положительного ребенка.

Она проходит обучение на равного консультанта — такие консультанты помогают ВИЧ-положительным людям полноценно жить с вирусом: «Просветительские лекции о необходимости предохранения должны быть в каждой школе, в каждом профессиональном коллективе. Но еще на таких лекциях нужно рассказывать, что такое ВИЧ, как он передается и что люди с ВИЧ — это обычные люди. Их не нужно бояться».

Что происходит с организмом после заражения ВИЧ

Оказавшись в организме, ВИЧ поражает CD4+ Т-лимфоциты — клетки иммунной системы, которые помогают уничтожать вирусы, попавшие в организм. Пытаясь избавиться от ВИЧ, иммунная система активирует эти клетки, в том числе зараженные, помогая вирусу распространиться. Вирусная нагрузка растет, и здоровых клеток остается меньше, часто это сильно сказывается на здоровье. При этом ВИЧ может протекать совершенно бессимптомно и человек может годами не догадываться о своем положительном статусе. Когда количество CD4+ Т-лимфоцитов снижается ниже критического уровня 200 кл/мкл, появляется риск развития СПИДа. При СПИДе организм становится очень уязвимым — он уже не может победить заболевания, с которыми легко справляется здоровый организм. Единственный эффективный способ избежать СПИДа — принимать антиретровирусную терапию после обнаружения ВИЧ, наблюдаться у врача и придерживаться подобранной схемы лечения. Терапия пока не может полностью вылечить ВИЧ, но она не позволяет вирусу размножаться.

Дестигматизация, то есть формирование толерантности к ВИЧ-положительным людям, решает сразу несколько проблем. Во-первых, упрощает жизнь людей, живущих с ВИЧ, во-вторых, меняет отношение общества к проблеме: в странах, где людей постоянно информируют о ВИЧ, они охотнее тестируются, а значит, начинают лечиться и не передают вирус. Исследования показывают, что дестигматизация действительно помогает в борьбе с вирусом. Иркутску, по словам Алины, до этого пока далеко. «У нас в обществе только говорят о толерантности по отношению к ВИЧ-положительным. На самом деле люди даже рядом стоять боятся. Не знают, что через воздух ВИЧ не передается», — говорит она.

Сейчас Кирилл регулярно принимает терапию. Если не считать ежедневного приема таблеток, в его жизни нет ничего необычного, — работа, отдых, спорт. Благодаря терапии вирусная нагрузка у Кирилла стала неопределяемой. У Алины тоже неопределяемая вирусная нагрузка. «Я больше не могу передать вирус. Как говорят в Центре СПИД, мы посадили болезнь в клетку», — говорит она. Осенью она собирается снова выйти замуж — за мужчину, благодаря которому начала принимать терапию, — а затем, под наблюдением врачей, готовиться к зачатию ребенка.

Ничего не нашлось

Попробуйте как-нибудь по-другому