• Пробки 2
  • Погода
  • Microsoft представила Windows 11. Что показали на презентациипрезентации
  • Фильм про байкальскую нерпу стал самым кассовым среди неигрового кино в РоссииРоссии
  • В Иркутске 6 улиц назовут в честь героев СССР. Что думают общественники?общественники?

Главная > Искры 05.10.2020 15:45

«Для нас это будет катастрофа». Что иркутский бизнес думает о второй волне коронавируса

Екатерина Балагурова

Екатерина Балагурова

0 Читать комментарии
«Для нас это будет катастрофа». Что иркутский бизнес думает о второй волне коронавируса - Верблюд в огне

Фото: gettyimages.com

В России вновь растет количество больных коронавирусом. Например, в Москве 4 октября зафиксировали больше 3 тыс. инфицированных, — так много их не было с мая. По информации «Ведомостей», городские власти уже обсуждают повторное введение пропускного режима. Хотя в Приангарье больных намного меньше, ухудшение ситуации наблюдается и здесь. 29 сентября в регионе продлили масочный режим, а с начала учебного года больше 200 классов в 62 школах ушли на дистанционное обучение.

Во время первого карантина тяжелый удар приняли на себя предприниматели — многим из них пришлось закрыть свои бизнесы и понести убытки, а кому-то и закрыться навсегда. «Верблюд» поговорил с иркутскими предпринимателями и выяснил, что они будут делать, если ограничительные меры заработают вновь.


Мария Шкрабо,

Сооснователь гончарной школы «Колокол»

Мы работаем по франшизе, в нашей сети около 30 городов. Мы закрылись в первых числах апреля. Но мы не опечатывали помещение совсем, а просто перестали проводить мастер-классы. Занимались внутренними задачами. У нас с арендодателем авансовая система платежей, поэтому за апрель всё было оплачено.

Сначала не переживали. Сами приходили в «Колокол», заканчивали до этого начатые изделия. Но когда в середине апреля стало понятно, что пандемия — это надолго, начали придумывать новые варианты работы. Обсудили вопрос совместно с руководителями сети и разработали мастер-классы «Лепим дома». Записали видеоуроки, разработали боксы — разделили все наши услуги по занятиям. Человек сам выбирал бокс — то есть урок и изделие, которое он хотел сделать, оплачивал урок онлайн, и мы привозили ему прямо домой всё необходимое: инструменты, глину, прочие материалы. Потом мы со второй основательницей «Колокола» сами ездили к ученикам и забирали у них изделия, чтобы их обжечь.

Фотографии: Алена Шатуева / «Верблюд в огне»

По сравнению с мартом наши апрельские обороты упали аж в девять раз. Мы поняли, что нам не хватит денег на аренду. Пообщались с арендодателем и решили, что с 1 мая мы полностью опечатаем школу до тех пор, пока не сможем снова позволить себе помещение. Поэтому арендодатель разрешил нам платить только за охрану и минимальные обязательные коммунальные платежи. Все необходимые материалы, гончарные круги (их сдавали в аренду тем, кто желал поработать на инструменте дома) увезли ко мне домой.

«»

Работникам мы так и объяснили: пока школа закрыта, зарплаты не будет. К счастью, мы почти никого не потеряли. Ушла только одна администратор — но ее позвали на госслужбу и она расставила приоритеты в пользу этой работы, то есть дело не в пандемии.

Мы вновь открылись 15 июня. До сих пор соблюдаем все меры профилактики от вируса — обрабатываем все санитайзерами, чаще моем классы, носим маски, убрали многоразовую посуду. На удивление, люди пошли хорошо — видимо, засиделись дома.

В итоге пандемия стала для нас своеобразной точкой роста. Мы скоро переедем как раз благодаря тому, что в карантин много помещений освободилось. Совсем скоро, с 8 ноября, будем работать в самом центре города — на Карла Либкнехта, 8. Надеемся, что у нас будет больше учеников, потому что в центр города всем удобно добираться.

Морально трудно думать о второй волне пандемии. Конечно, с одной стороны, мы к этому готовы — снова будем работать удаленно. Но в то же время мы только начали вылезать из финансовой ямы, стабилизировались. Кроме того, я не уверена, что в этот раз сотрудники от нас не уйдут, — немногие готовы жить какое-то время без зарплаты. Поэтому надеемся, что второй волны все-таки не будет. Но не на все решения в жизни мы можем влиять.


Михаил Григорьев,

Совладелец DesignBar

Первая волна пандемии была для меня шоком. В первые дни продажи упали до нуля, мы закрылись. Ушли в жесткий минус. Остаться на плаву помогло только адекватное решение арендодателя полностью «выключить» аренду. У меня уволилась часть персонала — люди сменили род занятий и ушли из общепита.

Пришлось искать выход и новые варианты работы бара. До пандемии у нас не было доставки, теперь есть. Мы придумали и ввели «конструктор еды» — это готовые наборы блюд, которые по инструкции можно приготовить дома так же вкусно, как в DesignBar. А когда частично стали снимать карантин и люди стали выходить на работу, мы ввели комбо-обеды.

Фотографии предоставлены героем

Это помогло удержать часть аудитории: людям нужно было днем где-то питаться. Но из-за пандемии мы сократили режим работы, стали закрываться в 18:00, потому что вечером уже не было спроса. После снятия ограничений, в августе, мы вернулись к привычному расписанию. Но количество гостей оставляет желать лучшего.

На мой взгляд, введение повторного карантина может окончательно добить существующие заведения. Мы однозначно увидим сокращение предложения. Лично для нас это будет катастрофа. Нам очень тяжело далось сохранение бара и рабочих мест.


Татьяна Бударина,

Директор салона красоты «Пудра»

Мы были закрыты только две недели в апреле. Тогда, конечно, потеряли в доходах, но по сравнению с другими бизнесменами у нас не критическая ситуация. Я думала, всё будет хуже. Мы — отрасль пострадавшая, но выручка упала примерно на 20%.

Многие бизнесы старались перейти в пандемию в онлайн-формат. Конечно, для нас это невозможно: наши процедуры требуют личного присутствия человека. В пандемию мы соблюдали все требования Роспотребнадзора, работали только по записи. Никаких сотрудников не потеряли, аудиторию тоже. Моему салону уже 10 лет, многие ходят к нам из года в год. Первые два месяца клиентов было поменьше, было видно, что люди всё же сидят дома, опасаются вируса. Но потом все пошли наводить красоту, осмелели.

«»

Сейчас подвели итоги сентября: выручка оказалась на 15% меньше по сравнению с сентябрем прошлого года. Я считаю, это неплохо. Но надо учитывать, что прибыль в этом году намного меньше. Это связано с увеличением стоимости расходных материалов. Перчатки, маски, одноразовые полотенца, тапочки, дезинфекция — всё это выросло в цене и количестве.

Фото: Алена Шатуева / «Верблюд в огне»

Мне очень повезло, потому что у меня нет аренды и кредитов. Тем, у кого помещение не в собственности и есть долги, приходится намного труднее. Еще мы получили помощь от государства, как пострадавшая отрасль: по 12 тыс. рублей в мае и июне и 15 тыс. рублей в августе. Все эти средства ушли на погашение тех же налогов. Их никто не отменял, только временно отложили на время пандемии. Остаток этих средств мы пустили на дезинфицирующие расходники.

Я очень сомневаюсь, что нас снова закроют и запретят работать. Но если это случится, для нашей индустрии это будет сильный экономический удар. Я честно признаюсь, что даже в апреле многие из нас всё равно работали. При закрытых жалюзи, только по записи, тет-а-тет. Кто-то из мастеров принимал дома. Если всё закроют, то снова будем работать вот так, подпольно. Конечно, этот формат не сравнится с обычным режимом работы, но хотя бы на хлеб мастерам всё равно должно хватать.


Елизавета Преловская,

Директор детского оздоровительного центра «PRO плавание» и частного детского сада «Маленькая страна»

Пандемия сильно отразилась на бассейне. Мы не работали почти четыре месяца, шли в минус. Дохода никакого. Открылись только в конце июля. Всё это время было сложно и тренерам, и детям, которые к нам регулярно ходят. Очень благодарна своему арендодателю, она снизила для нас стоимость аренды в пандемию почти на 70 %. Кроме того, я продолжала выплачивать зарплату своим сотрудникам, они все официально трудоустроены. Тогда еще были какие-то накопления.

С детским садом попроще, он закрывался всего на две недели. Мы до сих пор работаем в режиме дежурной группы, но детей ходит намного меньше. Доход упал на 60%. Про онлайн-формат я даже не думала: считаю, что это практически невозможно при работе с маленькими детьми. При этом в саду по аренде не было никаких скидок.

Фото предоставлено героиней

От государства небольшая помощь была только по бассейну, с садом никто не помогал, потому что мы некоммерческая организация. Всё, что получила, тут же истратила на аренду помещения и на часть зарплат. Если будет вторая волна карантина, далеко не факт, что мы продержимся. Все запасы уже исчерпаны.


Вадим Карионов,

Руководитель театра «Новая драма»

Мы частный театр, и у нас только два источника дохода — деньги с продажи билетов и оплата наших театральных курсов. При этом вложений очень много: реквизит, костюмы, аренда помещения, зарплата артистам.

«»

Конечно, первая волна пандемии сказалась на нас очень негативно. 27 марта 2020 года мы отпраздновала свой маленький день рождения — театру исполнилось четыре года. На следующий день сыграли последний спектакль и закрылись. После этого мы перестали зарабатывать.

Мы совершенно не были готовы к такому повороту. Театр очень специфичен, заработок у нас и так копеечный. Никаких накоплений не было, финансовую подушку безопасности обеспечить в нашем случае в принципе невозможно. Более, того мы закрыты до сих пор. Если в других регионах разрешили проводить занятия и давать спектакли, у нас всё строго. Это очень печально.

Мы примерно три месяца копили долг по аренде, потом приняли трудное для себя волевое решение — покинуть площадку. Раньше мы арендовали помещение на Карла Маркса, 32, это центр города. У нас был небольшой подвал, который вмещал в себя около 50 человек. Перед тем как открыться, мы общими усилиями долго делали там ремонт, вложили очень много сил.

Спасибо нашим арендодателям: в первый месяц карантина они сделали совершенно лояльные условия — мы заплатили всего 15%. Но даже эти деньги были очень значимыми для нас. В итоге мы съехали, увезли все оборудование на склад. Всё это там по сей день. И, разумеется, мы никого не увольняли.

Фото: Александр Марфин

Убытки у нас в космическом масштабе. Оптимизма стараемся не терять, но ситуация крайне печальная и трудная. И непонятно, когда она закончится. Если сейчас начнется вторая волна, то для частных театров это будет просто катастрофа. Я постоянно мониторю, узнаю, как обстоят дела с частными театрами в других городах. И понимаю, что дело туго абсолютно у всех. При этом мы вряд ли потеряли аудиторию. Наоборот, люди ждут возобновления занятий и показов.

Конечно, мы пытались перевести часть процесса в онлайн. Но я могу назвать это только баловством, никак иначе. Выкладывали в ютуб записи спектаклей, но у нас их было очень мало. Показывать онлайн мы их не могли. Только загружать на какое-то время. Потом перешли в инстаграм. Вели прямые эфиры с артистами и режиссерами из других регионов. Говорили о том, как на всех нас сказывается пандемия. Получилось интересно, но дохода это не приносило.

«»

Мы все ждем разрешения на открытие театров от Роспотребнадзора. Пусть это будет 50% зрителей, как с кинотеатрами, но это лучше, чем ничего. Конечно, мы готовы соблюдать все необходимые меры безопасности.

У нас нет никакого плана действий на случай второй волны. Пока сидим дома, придумали столько новых спектаклей! У нас очень много идей, которые мы готовы воплощать прямо сейчас.

Комментариев 0

Загрузка...

Еда 30.04.2021 21:45

Интерактивная карта. Где есть и пить в Иркутске по версии «Верблюда»

Верблюд в огне

Автор Верблюд в огне

0 Читать комментарии

В начале апреля мы вместе с En+ Group запустили проект «Лучшее в Иркутске»: собрали жюри из экспертов в ресторанной индустрии и попросили их выбрать самые яркие и качественные гастропроекты в Иркутске. Рассказываем и показываем на карте, что у нас получилось.


При поддержке En+ Group

Коротко о том, что и зачем мы сделали

В Иркутске каждый год становится все больше заведений: кафе, баров и ресторанов. Но до сих пор в городе не было хорошей рекомендательной системы — непонятно, куда идти и что посоветовать гостям из других городов. Мы решили исправить ситуацию.

Мы составили лонг-лист из 70 проектов, а затем попросили жюри оценить их по шести критериям — концепция, интерьер и атмосфера, сервис, маркетинг, команда, еда и/или напитки (подробно о них, членах жюри и самом проекте можно прочитать здесь). В конце мы отобрали 44 классных заведения, набравших больше всего баллов.


Классные заведения — это какие?

Это места, в которых хорошо без преувеличения примерно все. Интерьер должен быть продуманным, стильным и работающим на идею кафе, маркетинг — понятным, дружелюбным и эффективным, еда и напитки — очевидно, безумно вкусными, а концепция — интересной, небанальной, отличающей место от того, что представляют собой большинство российских заведений.

Поэтому в наш рейтинг не попали многие кафе и рестораны, которые давно работают в Иркутске, — кто-то вяло вел соцсети, другие давно перестали работать над кухней или ничего не рассказывали о команде. Надеемся, что со временем это изменится.


А как их найти?

По нашей карте (прокрутите чуть ниже) и на отдельной страничке «Лучшее в Иркутске», которую мы запустим в мае. А еще проекты, которые получили высокую оценку, можно узнать по яркой наклейке на дверях, с надписью «Лучшее в Иркутске».

Рекомендательная система будет обновляться — наша редакция будет следить за новыми проектами и добавлять их на карту, а всё, что закроется, оттуда сразу исчезнет.


А теперь — карта

Перед вами карта Иркутска, на которой расположены лучшие заведения по версии «Верблюда». Все места мы поделили на 4 категории — кафе, рестораны, бары и кофейни. У каждого заведения есть своя карточка, которая открывается по клику на иконку, — в ней вы найдете краткое описание и контакты.

И кое-что еще: мы не стали наносить на карту все заведения сетей, попавших в наш рейтинг, а выбрали только одно-два лучших места. Например, у Cake Home 12 точек в Иркутске, но на карте вы найдете только локацию на 3 июля. Это сделано для того, чтобы на ней было проще ориентироваться. На наше мнение о других филиалах сети это не влияет — вы найдете нашу фирменную наклейку во всех Cake Home.

И пара слов от жюри

Иван Вильчинский

программный директор радио MCM, член жюри проекта «Лучшее в Иркутске»

С моей точки зрения, любые премии и рейтинги, которые поощряют лучших, являются стимулом для развития. Это как топливо. Заведения могут получить обратную связь и убедиться в том, что они всё делают правильно — или нет.

Оценка — дело всегда очень сложное: ты берешь на себя ответственность. При этом оценка всегда субъективна. Ты же не суперфуди, ты любитель — есть определенные вкусовые пристрастия, которые уже сложились. Особенно сложным для меня в проекте оказался критерий «маркетинг», потому что он у заведений может идти через блогеров, через какие-то другие каналы. А для меня маркетинг — это качество еды. Это что вкусного я хочу здесь съесть вновь. Поэтому отделять маркетинг от еды мне было очень сложно.

В Иркутске не так много заведений, в которые мне хотелось бы возвращаться. Но перспективы есть. У меня есть ощущение, что рано или поздно мы получим актуальные заведения. По индустрии очень сильно ударила пандемия — сейчас всё, что касается индустрии гостеприимства, находится в состоянии I will survive.


Лера Трошина

Соосновательница The Library Bar, член жюри проекта «Лучшее в Иркутске»

Подобные проекты, безусловно, важны: они дают встряску и мотивацию заведениям. Другой вопрос — насколько премии и рейтинги адекватны. Судить должны люди-профессионалы, подкованные в плане современной гастрономии.

Есть одна мною любимая фраза: «Народу много, людей мало». Она шикарно подходит к состоянию индустрии гостеприимства в Иркутске. Концептуальные достойные заведения можно пересчитать по пальцам одной руки. В основном же в городе — места для набития желудка с плохим сервисом, отсутствием идеи, внутреннего наполнения. Иркутску просто не хватает хорошего продукта.


En+ Group — энерго-металлургическая компания, объединяющая крупнейшие гидростанции Сибири и алюминиевые заводы, и мировой лидер по производству низкоуглеродного алюминия. Холдинг активно участвует в социальной жизни регионов, где живут его сотрудники, — строит медицинские центры, парки отдыха, детские спортивные и культурные объекты, реализует образовательные программы и развивает волонтерское движение, помогая сохранять уникальность Байкала.

Ничего не нашлось

Попробуйте как-нибудь по-другому