• Пробки 2
  • Погода
  • В Иркутске открыли квест-комнату за 1,1 млн рублей для профилактики наркоманиинаркомании
  • Иркутские волонтеры заявили, что врачам не рекомендовали с ними работатьработать
  • Рейтинг: пять самых популярных хорроров у жителей ПриангарьяПриангарья

Главная > Искры 05.10.2020 15:45

«Для нас это будет катастрофа». Что иркутский бизнес думает о второй волне коронавируса

Екатерина Балагурова

Екатерина Балагурова

0 Читать комментарии
«Для нас это будет катастрофа». Что иркутский бизнес думает о второй волне коронавируса - Верблюд в огне

Фото: gettyimages.com

В России вновь растет количество больных коронавирусом. Например, в Москве 4 октября зафиксировали больше 3 тыс. инфицированных, — так много их не было с мая. По информации «Ведомостей», городские власти уже обсуждают повторное введение пропускного режима. Хотя в Приангарье больных намного меньше, ухудшение ситуации наблюдается и здесь. 29 сентября в регионе продлили масочный режим, а с начала учебного года больше 200 классов в 62 школах ушли на дистанционное обучение.

Во время первого карантина тяжелый удар приняли на себя предприниматели — многим из них пришлось закрыть свои бизнесы и понести убытки, а кому-то и закрыться навсегда. «Верблюд» поговорил с иркутскими предпринимателями и выяснил, что они будут делать, если ограничительные меры заработают вновь.


Мария Шкрабо,

Сооснователь гончарной школы «Колокол»

Мы работаем по франшизе, в нашей сети около 30 городов. Мы закрылись в первых числах апреля. Но мы не опечатывали помещение совсем, а просто перестали проводить мастер-классы. Занимались внутренними задачами. У нас с арендодателем авансовая система платежей, поэтому за апрель всё было оплачено.

Сначала не переживали. Сами приходили в «Колокол», заканчивали до этого начатые изделия. Но когда в середине апреля стало понятно, что пандемия — это надолго, начали придумывать новые варианты работы. Обсудили вопрос совместно с руководителями сети и разработали мастер-классы «Лепим дома». Записали видеоуроки, разработали боксы — разделили все наши услуги по занятиям. Человек сам выбирал бокс — то есть урок и изделие, которое он хотел сделать, оплачивал урок онлайн, и мы привозили ему прямо домой всё необходимое: инструменты, глину, прочие материалы. Потом мы со второй основательницей «Колокола» сами ездили к ученикам и забирали у них изделия, чтобы их обжечь.

Фотографии: Алена Шатуева / «Верблюд в огне»

По сравнению с мартом наши апрельские обороты упали аж в девять раз. Мы поняли, что нам не хватит денег на аренду. Пообщались с арендодателем и решили, что с 1 мая мы полностью опечатаем школу до тех пор, пока не сможем снова позволить себе помещение. Поэтому арендодатель разрешил нам платить только за охрану и минимальные обязательные коммунальные платежи. Все необходимые материалы, гончарные круги (их сдавали в аренду тем, кто желал поработать на инструменте дома) увезли ко мне домой.

«»

Работникам мы так и объяснили: пока школа закрыта, зарплаты не будет. К счастью, мы почти никого не потеряли. Ушла только одна администратор — но ее позвали на госслужбу и она расставила приоритеты в пользу этой работы, то есть дело не в пандемии.

Мы вновь открылись 15 июня. До сих пор соблюдаем все меры профилактики от вируса — обрабатываем все санитайзерами, чаще моем классы, носим маски, убрали многоразовую посуду. На удивление, люди пошли хорошо — видимо, засиделись дома.

В итоге пандемия стала для нас своеобразной точкой роста. Мы скоро переедем как раз благодаря тому, что в карантин много помещений освободилось. Совсем скоро, с 8 ноября, будем работать в самом центре города — на Карла Либкнехта, 8. Надеемся, что у нас будет больше учеников, потому что в центр города всем удобно добираться.

Морально трудно думать о второй волне пандемии. Конечно, с одной стороны, мы к этому готовы — снова будем работать удаленно. Но в то же время мы только начали вылезать из финансовой ямы, стабилизировались. Кроме того, я не уверена, что в этот раз сотрудники от нас не уйдут, — немногие готовы жить какое-то время без зарплаты. Поэтому надеемся, что второй волны все-таки не будет. Но не на все решения в жизни мы можем влиять.


Михаил Григорьев,

Совладелец DesignBar

Первая волна пандемии была для меня шоком. В первые дни продажи упали до нуля, мы закрылись. Ушли в жесткий минус. Остаться на плаву помогло только адекватное решение арендодателя полностью «выключить» аренду. У меня уволилась часть персонала — люди сменили род занятий и ушли из общепита.

Пришлось искать выход и новые варианты работы бара. До пандемии у нас не было доставки, теперь есть. Мы придумали и ввели «конструктор еды» — это готовые наборы блюд, которые по инструкции можно приготовить дома так же вкусно, как в DesignBar. А когда частично стали снимать карантин и люди стали выходить на работу, мы ввели комбо-обеды.

Фотографии предоставлены героем

Это помогло удержать часть аудитории: людям нужно было днем где-то питаться. Но из-за пандемии мы сократили режим работы, стали закрываться в 18:00, потому что вечером уже не было спроса. После снятия ограничений, в августе, мы вернулись к привычному расписанию. Но количество гостей оставляет желать лучшего.

На мой взгляд, введение повторного карантина может окончательно добить существующие заведения. Мы однозначно увидим сокращение предложения. Лично для нас это будет катастрофа. Нам очень тяжело далось сохранение бара и рабочих мест.


Татьяна Бударина,

Директор салона красоты «Пудра»

Мы были закрыты только две недели в апреле. Тогда, конечно, потеряли в доходах, но по сравнению с другими бизнесменами у нас не критическая ситуация. Я думала, всё будет хуже. Мы — отрасль пострадавшая, но выручка упала примерно на 20%.

Многие бизнесы старались перейти в пандемию в онлайн-формат. Конечно, для нас это невозможно: наши процедуры требуют личного присутствия человека. В пандемию мы соблюдали все требования Роспотребнадзора, работали только по записи. Никаких сотрудников не потеряли, аудиторию тоже. Моему салону уже 10 лет, многие ходят к нам из года в год. Первые два месяца клиентов было поменьше, было видно, что люди всё же сидят дома, опасаются вируса. Но потом все пошли наводить красоту, осмелели.

«»

Сейчас подвели итоги сентября: выручка оказалась на 15% меньше по сравнению с сентябрем прошлого года. Я считаю, это неплохо. Но надо учитывать, что прибыль в этом году намного меньше. Это связано с увеличением стоимости расходных материалов. Перчатки, маски, одноразовые полотенца, тапочки, дезинфекция — всё это выросло в цене и количестве.

Фото: Алена Шатуева / «Верблюд в огне»

Мне очень повезло, потому что у меня нет аренды и кредитов. Тем, у кого помещение не в собственности и есть долги, приходится намного труднее. Еще мы получили помощь от государства, как пострадавшая отрасль: по 12 тыс. рублей в мае и июне и 15 тыс. рублей в августе. Все эти средства ушли на погашение тех же налогов. Их никто не отменял, только временно отложили на время пандемии. Остаток этих средств мы пустили на дезинфицирующие расходники.

Я очень сомневаюсь, что нас снова закроют и запретят работать. Но если это случится, для нашей индустрии это будет сильный экономический удар. Я честно признаюсь, что даже в апреле многие из нас всё равно работали. При закрытых жалюзи, только по записи, тет-а-тет. Кто-то из мастеров принимал дома. Если всё закроют, то снова будем работать вот так, подпольно. Конечно, этот формат не сравнится с обычным режимом работы, но хотя бы на хлеб мастерам всё равно должно хватать.


Елизавета Преловская,

Директор детского оздоровительного центра «PRO плавание» и частного детского сада «Маленькая страна»

Пандемия сильно отразилась на бассейне. Мы не работали почти четыре месяца, шли в минус. Дохода никакого. Открылись только в конце июля. Всё это время было сложно и тренерам, и детям, которые к нам регулярно ходят. Очень благодарна своему арендодателю, она снизила для нас стоимость аренды в пандемию почти на 70 %. Кроме того, я продолжала выплачивать зарплату своим сотрудникам, они все официально трудоустроены. Тогда еще были какие-то накопления.

С детским садом попроще, он закрывался всего на две недели. Мы до сих пор работаем в режиме дежурной группы, но детей ходит намного меньше. Доход упал на 60%. Про онлайн-формат я даже не думала: считаю, что это практически невозможно при работе с маленькими детьми. При этом в саду по аренде не было никаких скидок.

Фото предоставлено героиней

От государства небольшая помощь была только по бассейну, с садом никто не помогал, потому что мы некоммерческая организация. Всё, что получила, тут же истратила на аренду помещения и на часть зарплат. Если будет вторая волна карантина, далеко не факт, что мы продержимся. Все запасы уже исчерпаны.


Вадим Карионов,

Руководитель театра «Новая драма»

Мы частный театр, и у нас только два источника дохода — деньги с продажи билетов и оплата наших театральных курсов. При этом вложений очень много: реквизит, костюмы, аренда помещения, зарплата артистам.

«»

Конечно, первая волна пандемии сказалась на нас очень негативно. 27 марта 2020 года мы отпраздновала свой маленький день рождения — театру исполнилось четыре года. На следующий день сыграли последний спектакль и закрылись. После этого мы перестали зарабатывать.

Мы совершенно не были готовы к такому повороту. Театр очень специфичен, заработок у нас и так копеечный. Никаких накоплений не было, финансовую подушку безопасности обеспечить в нашем случае в принципе невозможно. Более, того мы закрыты до сих пор. Если в других регионах разрешили проводить занятия и давать спектакли, у нас всё строго. Это очень печально.

Мы примерно три месяца копили долг по аренде, потом приняли трудное для себя волевое решение — покинуть площадку. Раньше мы арендовали помещение на Карла Маркса, 32, это центр города. У нас был небольшой подвал, который вмещал в себя около 50 человек. Перед тем как открыться, мы общими усилиями долго делали там ремонт, вложили очень много сил.

Спасибо нашим арендодателям: в первый месяц карантина они сделали совершенно лояльные условия — мы заплатили всего 15%. Но даже эти деньги были очень значимыми для нас. В итоге мы съехали, увезли все оборудование на склад. Всё это там по сей день. И, разумеется, мы никого не увольняли.

Фото: Александр Марфин

Убытки у нас в космическом масштабе. Оптимизма стараемся не терять, но ситуация крайне печальная и трудная. И непонятно, когда она закончится. Если сейчас начнется вторая волна, то для частных театров это будет просто катастрофа. Я постоянно мониторю, узнаю, как обстоят дела с частными театрами в других городах. И понимаю, что дело туго абсолютно у всех. При этом мы вряд ли потеряли аудиторию. Наоборот, люди ждут возобновления занятий и показов.

Конечно, мы пытались перевести часть процесса в онлайн. Но я могу назвать это только баловством, никак иначе. Выкладывали в ютуб записи спектаклей, но у нас их было очень мало. Показывать онлайн мы их не могли. Только загружать на какое-то время. Потом перешли в инстаграм. Вели прямые эфиры с артистами и режиссерами из других регионов. Говорили о том, как на всех нас сказывается пандемия. Получилось интересно, но дохода это не приносило.

«»

Мы все ждем разрешения на открытие театров от Роспотребнадзора. Пусть это будет 50% зрителей, как с кинотеатрами, но это лучше, чем ничего. Конечно, мы готовы соблюдать все необходимые меры безопасности.

У нас нет никакого плана действий на случай второй волны. Пока сидим дома, придумали столько новых спектаклей! У нас очень много идей, которые мы готовы воплощать прямо сейчас.

Комментариев 0

Загрузка...

Искры 06.10.2020 17:24

Гигантские торшеры и горка-вигвам: как изменились общественные пространства Иркутска в 2020 году

Екатерина Зырянова

Автор Екатерина Зырянова

0 Читать комментарии

В 2020 году в Иркутске благоустраивают 17 общественных пространств. Ряд готовых объектов горожане уже успели оценить, а на некоторых работы активно продолжаются, несмотря на минусовые температуры по ночам. «Верблюд» прогулялся по новым местам для отдыха вместе с урбанистом Фёдором Т. и оценил, как меняется облик города.


🔨

Работы по благоустройству города идут по федеральному проекту «Формирование комфортной городской среды». Причем 2020-й стал рекордсменом по объему финансовых средств: Иркутск получил 1,4 млрд рублей — столько денег не было в 20182019 гг. и не планируется выделять в 2021 году. Во многом это связано с тем, что в следующем году Иркутск отметит 360-летие.

Бульвар Гагарина

Наиболее заметные изменения произошли на бульваре Гагарина. На променаде от памятника Александру III до улицы Красного Восстания заменили тротуарную плитку, поставили новое освещение и скамейки. Судя по всему, авторы проекта местами вдохновлялись эпохой социальной дистанции здесь есть лавочки на одного человека. На пересечении с улицей Красного Восстания появилось новое общественное пространство с необычными навесами из дерева и поликарбоната. Тут же установили стол для пинг-понга, а еще велопарковку.


Федор Т.,

общественный деятель

Конструкции на бульваре Гагарина симпатичные, выглядят достойно. Нельзя не отметить, как они установлены, — весь крепеж скрытый. Моё уважение. Фонари выглядят так, как и должно выглядеть освещение в городской среде, — незаметно. Но! Такие же светильники установлены в районе Космического проезда, и света они не дают. Если устанавливать их через каждый метр, будет нормально. А здесь получилось такое интимное освещение. Не тот свет, который должен быть в городе, тем более в парковой зоне.

Мне очень понравилось, что начали появляться скамеечки на одного. Впервые я увидел подобные в Москве. Это хорошо, но я бы одиночные стулья ставил немного под углом, чтобы два человека могли сидеть и разговаривать друг с другом.

Классно, что здесь нормальная велопарковка. Обычно их делают какими-то диковинными и пользоваться ими невозможно, а иногда и опасно. Логика создателей бывает примерно такая: «Будьте любезны, ставьте велосипед передним колесом. А, у вас широкая вилка? Велосипед дорогой? Не влезает? Ну, не пользуйтесь нашими парковками, до свидания». А здесь всё правильно можно парковать транспорт за раму.

В целом мне всё нравится, а имеющиеся недочеты можно легко исправить.

Бульвар Постышева

На променаде от улицы Коммунистической до улицы Дальневосточной, где любят гулять горожане со всего района, обновили пешеходные дорожки, заменили скамейки. Новинкой для Иркутска стали фонари, стилизованные под огромные торшеры. Их дополняют разноцветные наземные светильники.


Федор Т.,

общественный деятель

У человека со вкусом эти настольные лампы не вызовут радости — китч и безвкусица. Хотя такие объекты могут быть в городе. Например, на бульваре Гагарина стоит подобный светильник. Но он там один, и в этом его сила. А здесь их слишком много, и это неправильно. Чай с мёдом вкуснее, чем без него. Но литровая банка за раз — это перебор. Вместо одного декоративного элемента мы имеем кучу фонарей, которые производят странное впечатление и к тому же слабо светят. Понятно, что люди, которые всё это ставили, действовали из лучших побуждений. Но если у тебя нет вкуса, пожалуйста, не распределяй бюджетные деньги!

Скамейки такие же, как на бульваре Гагарина. На тех сидеть неплохо. На рейках написаны стихи, оценивать их я не буду, но то, как они заверстаны, конечно, стоит рассмотреть. Стихи верстают с выключкой по левому краю. Левый край ровный, правый — рваный. Делать это по центру — неправильно. Дизайнеры из типографий и чиновники этого не знают. Симметрия им кажется естественной и красивой.

Земля на бульваре выше уровня грунта, она никак не укреплена. Очевидно, что в дождь всё потечет вниз, на асфальт. Деревья — в ветрянке. Выглядят уродливо. Я разговаривал с людьми из комитета городского обустройства, они мне сказали, что знают: нужно красить спилы деревьев под цвет коры, нельзя использовать зелёную краску, и списывают всё на подрядчика.

Лисихинский парк

Здесь также обновили освещение, создали новую сеть внутренних дорожек и разноплановые зоны отдыха. Отличительной чертой стала детская игровая площадка из природных материалов. Доминантой выступает комплекс в виде высокого вигвама со скалодромом и горкой-трубой. Подобный детский городок появился в Иркутске впервые.


Федор Т.,

общественный деятель

Наконец до мэрии дошло, что детская площадка должна быть нейтральных цветов, все наелись вырвиглазного. Здесь должны быть видны дети и они должны видеть других детей, а не одни окрашенные трубы. Объектам нужно растворяться в среде, а не кричать «Мы есть!»

Вообще впервые я увидел подобную конструкцию три года назад в столице, где-то в новостройках ПИКа (девелоперская и строительная компания со штаб-квартирой в Москве. — Прим. ред.). Затем такие объекты начали появляться по всей стране. Скоро они заполонят всё, и это печально. На самом деле это тоже штампованное. Хочется отразить «иркутскость», хочется, чтобы появлялись индивидуальные площадки, но существуют проблемы с их сертифицированием.

Все объекты приглушенных цветов — если красный, то он не кричит, что он красный. Это правильно. Хотя я не понимаю, что красный цвет должен транслировать. Если хотели отразить идентичность Лисихи, стоило красить в мягкий оранжевый.

Скамейки типичный ФСИН-дизайн. Грубо. Некоторые скамейки с красными металлическими элементами, а рядом точно такие же с черными. Это странновато.

Одна дорожка с мощением плиткой разрывается дорожкой с асфальтовым покрытием. Может быть, это велодорожка, не знаю. В парке их можно было сделать, хотя лучше снаружи.

Освещение разноцветное некоторые люди будут в восторге. Но вечером глаз выколи.

Парк Парижской коммуны

Этот парк долгое время оставался полузаброшенным символом советской эпохи в Иркутске. При этом он является местом многовековых захоронений и памятником археологии федерального значения. В 2020 году его облагораживают впервые за многие годы. Здесь благоустраивают аллеи, ставят освещение, информационные стенды, создают спортивные и детские площадки, место для проведения массовых мероприятий. «Верблюд» застал работы в самом разгаре. Например, освещение, по словам строителей, подключат только к концу этой недели.


Федор Т.,

общественный деятель

В парке Парижской коммуны я был один раз, и то далеко не заходил, потому что было ощущение какой-то заброшенности. Сейчас смотрю — и кажется, что за территорию берутся. Мне нравится, что здесь используется камень — габионы. Дерево, металл, камень — это те материалы, которые у нас в Сибири нужно применять.

Минус — стоят те же фонари, которые были на предыдущих объектах. Они, повторюсь, светят очень плохо. Это не фонарь, это символ фонаря.

По всей видимости, в декоре сцены используются какие-то пластиковые элементы, поликарбонат, хотя его использование в отделке запрещено в Иркутске. Можно было взять материал, который не создает ощущение дешевизны.

Я слышал, что раскрашивать сцену могли простые горожане. И совершенно точно можно было обойтись без серпов с молотами. Хотите сделать отсылку к прошлому сделайте это без прямой символики. Вот спутник нарисован это очень хорошо: его придумали мы, и это слово вошло во все языки мира.

Сквер в Топкинском

В 2020 году продолжили благоустройство сквера в микрорайоне Топкинский. Это нечастая практика для отдаленных районов Иркутска. В 2019 году здесь сформировали участок, уложили тротуарную плитку, обустроили газоны, зоны отдыха, установили инсталляцию в виде куба. В этом году поставили освещение и малые архитектурные формы декоративные столбики с подсветкой. Планируется, что в 2021 году от сквера перенесут торговые павильоны и киоски, сделают дополнительные парковочные карманы через дорогу.


Федор Т.,

общественный деятель

Я недавно видел куб в Топкинском, и до середины он был заполнен мусором — крышки, бутылки, банки, фантики. Может быть, это потому что рядом с ним нет урн? Форма предмета подталкивает человека взаимодействовать с ней соответствующим образом. Например, был скандал, когда какой-то гражданин сел на памятник Оскара Уайльда, — мемориал выглядит как диванчик.

На Поленова стоит емкость для сбора крышек сетчатая металлическая конструкция в виде сердца. Авторы куба подобную идею не закладывали, и чтобы в него не сбрасывали мусор, нужно организовать урну ближе к тому месту, где человек сидит.

Территория вокруг в сдержанных тонах — мне это очень нравится. Но на фоне торчат киоски — табак, выпечка, Союзпечать, — всё в разных цветах и формах, которые ни с чем не вяжутся. Если хотелось отобразить Топкинский как район контрастов, то это получилось. Если идея была «Мы на краю города, но тоже стремимся какой-то культуре», то это всё нужно снести или обустроить иначе. Сейчас это кусок порнографии.

Опять те самые фонари. Они же совсем не светят! Такое ощущение, что мэрия украла вагон фонарей и сейчас не знает, куда их пристроить.

За сквером видна арка на ней реклама, которой 30 лет. А мы пытаемся говорить про паспорта фасадов, дизайн-код города. 20 метров в сторону и всё уже как будто бы не имеет отношения к тому, чем занимается комитет городского обустройства.

Сквер в переулке МОПРа

Продолжается обустройство сквера по проекту молодых архитекторов, объект еще не закончен. Уже готовы дорожки, установлены скамейки, выполнено озеленение. В проекте есть арт-объект, который будет выполнять функцию скамьи и велопарковки одновременно.


Федор Т.,

общественный деятель

Когда ничего не было и что-то появилось — это хорошо, но недостатки есть. При проектировании дорожек сквера не были учтены маршруты, по которым люди будут ходить. Они будут вытаптывать грунт, и такие тропинки уже есть.

Хорошо, что взрослые деревья сохранили, их даже попытались как-то вписать в пространство. Но когда ведутся строительные работы, деревья должны быть защищены деревянными щитами. Вы когда-нибудь видели, чтобы в Иркутске так делали? Березу сломали — и ветку обратно в нее вставили. И жаль, что оставили клены. Они должны быть уничтожены, потому что выглядят как промежуточная стадия между деревом и кустом. Клен нужно заменять на культурные посадки. Свежие кустарники посадили редковато. Они никак не огорожены, и это значит, собаки их зальют или изломают.

На газоне похоронено очень много строительного мусора. Грунт выше уровня дорожек. Ребята из Горзеленхоза могут говорить всё, что угодно, мол, осядет, — ничего подобного, это стечёт вместе с дождями, будет забивать ливневку и разводить грязь.

Мебель установлена почему-то под наклоном. Скамейки неудобные, хлипкие, спинка почти под прямым углом, долго не посидишь. Еще проблема: они не создают уюта над ними нет фонаря, сзади не защищены кустарником, деревом, ни тени, ни ощущения безопасности.

Фонари тоскливые. Они создают световое пятно в центре, но освещение недостаточное.

Благоустройство набережной реки Ушаковки

В 2019 году начали реконструировать берег реки Ушаковки, там прошли подготовительные работы — были демонтированы старые бетонные конструкции, оставшиеся от рынка, уложен асфальт, установлены скамейки. В 2020 году работы продолжились — здесь установили цветное покрытие и освещение. Предполагается, что эта территория будет использоваться как роллердром.


Федор Т.,

общественный деятель

Нужно понимать, что это не конец работ на Ушаковке. Город таким образом застолбил территорию, которая раньше была диким рынком. Он дает понять: «Это мое, и я за этим буду следить». Оценивать то, что здесь есть сейчас, сложно. Дураку полработы не показывают.

Мне очень греет душу, что конструкции деревянные, аккуратные и покрашены в белый цвет. Возможно, лампочки очень красиво светятся вечером. Но здесь нет деревьев, кустарников. Чтобы эту территорию хоть как-то оживить, может, был смысл поставить какие-то флаги.

Лучше вернуться к территории через год или три, когда всё обживется, появятся кусты и будет понятно, как эта территория совмещается с другими. Сейчас тут оценивать нечего.

Сквер на улице Степана Разина

Самый незаконченный объект из числа облагораживаемых в 2020 году в Иркутске находится на пересечении улиц Степана Разина и Чкалова. Эту территорию решили посвятить дружбе Иркутска и его немецкого города-побратима Пфорцхайма. По замыслу дизайнеров, тут должны появиться мостик арочного типа, символизирующий дружественные связи городов, а также скульптура от известного немецкого мастера Рене Дантеса.

Работы, судя по инфостенду, начались 25 июня, а должны были завершиться 15 сентября. Однако до сих пор (фото сделаны в начале октября) на объекте ничего не готово.


Федор Т.,

общественный деятель

Про этот строящийся сквер сложно что-то говорить, кроме того, что строительный мусор скидывают туда, куда потом насыпят землю. И потом мы удивляемся: что у нас с зеленью не так?

Ничего не нашлось

Попробуйте как-нибудь по-другому