• Телемарафон «Все для Победы» пройдет в феврале в Иркутской области
  • В Усть-Куте начали демонтаж школы №7
  • 58 единиц современного оборудования получат в этом году больницы Приангарья

Главная > Искры 07.02.2022 17:11

«Мне всегда нравилась деревянная архитектура». История иркутянина, который отреставрировал дом-памятник и живет в нем

Вадим Палько

Вадим Палько

0 Читать комментарии
«Мне всегда нравилась деревянная архитектура». История иркутянина, который отреставрировал дом-памятник и живет в нем - Верблюд в огне

Фотографии: Артем Моисеев / «Верблюд в огне»

Иркутск — богатейший в России город по числу памятников деревянного зодчества, однако многие его жители скептически или пренебрежительно относятся к «деревяшкам». Иркутянин Денис Ершов придерживается иного мнения — настолько, что отреставрировал дореволюционный деревянный памятник в центре города и переехал туда вместе со своей семьей. Автор «Иркутского блога» Вадим Палько специально для «Верблюда в огне» поговорил с ним о том, существуют ли юридические трудности в таком деле, действительно ли реставрация — неприлично дорогая затея и бывают ли бытовые неудобства в доме-памятнике.


О пути к мечте

Денис Ершов — предприниматель родом из Братска. В Иркутске живет уже больше 20 лет — окончил здесь институт и остался. Рассказывает, что ему всегда нравилась деревянная архитектура: «В далеком детстве я приезжал в Иркутск на каникулы к родственникам, мы ходили по городу, и мне нравилось то, что я видел. Так что идея найти себе такой дом и в нем жить — у меня лет с десяти-двенадцати».

В семье Дениса еще три человека: супруга Мария, частный психотерапевт, и двое детей, которые еще учатся в школе. Рождение младшего и подтолкнуло его к воплощению мечты.

«Когда появился еще один ребенок и стало тесно в квартире, встал вопрос расширения жилья. Загородную недвижимость мы сразу отбросили — это неудобно в плане доступности школ, детских садов и кружков. И смотрели, конечно, на город, привлекал центр. В какой-то момент мы стали думать про свой дом. Но тогда я посчитал, что построить его с нуля в историческом центре, наверное, нереально, — и тут из памяти всплыла та самая идея-мечта. И мы начали ее прорабатывать».

Это было в конце 2014 начале 2015 года. На тот момент благодаря успеху 130-го квартала иркутяне уже успели привыкнуть к реставрации деревянных домов под рестораны и офисы, но запрос Дениса Ершова казался действительно нетривиальным.

«Мы обратились в АРПИ (Агентство развития памятников Иркутска. — Прим. ред.), проехались, посмотрели, какие дома есть, — тогда их только два было выставлено на конкурс. Один дом был на Карла Либкнехта, 18, на первой линии, но такой вариант мы сразу откинули, потому что там шумно. Второй дом оказался в глубине квартала, в стороне от дороги, да и по квадратным метрам он нас полностью устроил. Тогда мы приняли участие в аукционе, после которого и получили право с ним работать», — вспоминает Денис.

Что такое АРПИ?


Агентство развития памятников Иркутска (АРПИ) — организация, учрежденная в 2012 году по инициативе городской администрации. Задача АРПИ — поиск инвесторов, готовых вложиться в восстановление домов-памятников. Схема работы такая: сначала организация выставляет расселенные дома на аукцион, затем начинает работу с его победителем: АРПИ берет на себя все сопутствующие задачи — решает вопросы с документацией, готовит проект реставрации, взаимодействует с подрядчиком по ходу восстановительных работ. Инвестор лишь оплачивает реставрацию, а по ее завершении получает право собственности на здание.

О доме

Район, где стоит усадьба, перед революцией считался весьма комфортабельным: недалеко — Интендантский сад (тогда главный парк города), прямо по улице — парадный въезд в Иркутск через Московские ворота, в двух шагах — оживленная торговая улица Большая (ныне Карла Маркса), поблизости сразу две красивые церкви — Благовещенская и Владимирская.

Дом 20б, который выбрал Денис, построен в самом начале 20 века. Когда-то он входил в единую усадьбу Камовых из трех зданий. Одно из них, до сих пор стоящее на первой линии улицы Декабрьских Событий (20а), — памятник регионального значения, на его фасаде висит памятная доска с надписью о том, что здесь «родился и жил с 1902 по 1918 год выдающийся авиаконструктор Николай Ильич Камов».

Именно его конструкторское бюро выпустило серию моделей вертолетов «Ка» (сокращение от его же фамилии) — в том числе известные Ка-50 «Черная акула» и К-52 «Аллигатор», состоящие на российском вооружении.

Однако памятная доска, возможно, должна висеть на доме, доставшемся семье Ершовых. Реставраторы уточнили: на самом деле доподлинно известно только то, что основатель российского вертолетостроения жил в этой усадьбе, но в каком именно доме — выяснить уже невозможно. Доску же, вероятно, повесили на дом 20а из-за его расположения — чтобы надпись могли прочесть с улицы.

Впрочем, для Дениса Ершова след легендарной личности не имел определяющей роли при выборе: «Если бы с этим домом был связан менее известный человек, нас бы в принципе это никак не остановило».

Как восстанавливали

В советские годы когда-то престижный район пришел в упадок: Интендантский сад уничтожили, Московские ворота и Благовещенскую церковь снесли, Владимирскую перестроили до неузнаваемости в обычное здание. Ну а многие дома состоятельных горожан превратили в подобие коммуналок.

В частности, дом 20б поделили на восемь квартир. Их полностью расселили лишь в 21 веке, за несколько лет до того, как на пороге оказались сотрудники АРПИ с Денисом Ершовым. К будущему хозяину дом попал в крайне удручающем состоянии.

«Изначально целью реставраторов было сохранить хотя бы часть подлинных материалов, но когда дом „раскатали“, увезли на производственную базу и проверили, посмотрели — увидели, что все сгнило, ничего использовать заново уже нельзя. Мы бы и рады сохранить настоящее — но в нашем случае это было нереально», — говорит Денис.

Как деревянные дома-памятники пережили советские годы


Особую роль в обветшании деревянного наследия Иркутска сыграла политика советской власти: старинные дома, которые строились, как правило, на одну семью, делили сразу на несколько квартир. Это существенно ускорило износ домов. Здания не только стали испытывать куда большие нагрузки, но и почти перестали комплексно ремонтироваться.

В случае с усадьбой Камовых в советское время большие комнаты поделили на узкие «пеналы» — за счет этого количество комнат на одном лишь первом этаже достигло 13.

«У дома исторически был деревянный фундамент, — говорит его нынешний хозяин. — Сначала все сгнило именно там, а потом гниль пошла наверх. В восстановленном доме фундамент, вся подземная часть монолитная — такому гниль не страшна».

Несмотря на новые материалы и иную конструкцию фундамента, реставраторы преследовали цель не только повторить архитектурный облик памятника, но и сохранить аутентичность материалов. Так, сруб конопатили мхом (пришлось найти и заказать 300 кулей!), клали бревна без гвоздей, как строили сто лет назад. Только проводку сделали по-современному, в металле, — такое решение приняли ради пожарной безопасности.

Внутренняя отделка

Существует стереотип, якобы жители деревянных домов-памятников ни шагу не имеют права сделать без контролирующих органов и, вероятно, обречены смириться с туалетом на улице, а в интерьере должна быть обязательно лепнина и икона в красном углу. На самом деле это не так.

Что можно менять в доме-памятнике


На каждый дом-памятник заведен документ, где прописан предмет охраны — что именно в нем ценно и нужно поддерживать в неизменном виде: для деревянных домов это чаще всего архитектурный облик, детали декора и материалы. В таком случае ограничений на отделку внутренних помещений, их обустройство, стиль и техническое наполнение нет.

Однако если предмет охраны — детали интерьера (таких зданий меньше — в советские годы лепнину и изразцовые печи, как правило, не щадили), тогда эти элементы нужно сохранять. Тем не менее даже это не накладывает ограничений на проведение канализации и широкий выбор вариантов отделки: можно воплотить любой вариант в рамках проекта реставрации, учитывая стилистические особенности здания.

Денису Ершову достался дом без ограничений на внутреннее обустройство. «На самом деле, полный карт-бланш — как хочешь, так и делай. С современными материалами, какие только есть на рынке», — говорит он.

Многочисленные советские «пеналы» сменила удобная планировка по собственному усмотрению. Впрочем, две исторические детали оригинального здания все-таки напоминают о себе: во-первых, на окнах оставили деревянные колоды (простые деревянные конструкции, которые монтируются по периметру проемов. — Прим. авт.) — такие же были раньше; во-вторых, часть стен остались на прежних местах.

«Реставраторы выяснили, что дом строили в три этапа: сначала было одно помещение, где жили люди, потом появился прируб, а затем и еще часть. Эти несущие стены прирубов внутри остались — планировку мы делали исходя из этих стен. В остальном в интерьере к началу реставрации ничего исторического уже не было — ни убранства, ни лепнины — совсем», — вспоминает Денис.

Техническое же наполнение исторического дома — целиком современное. Туда завели все нужные инженерные сети, в цоколе разместили бойлерную.

О расходах

Дом сдали в конце 2019 года, а весь 2020-й ушел на внутреннюю отделку. В ноябре 2020-го семья Ершовых справила новоселье. Так от идеи до воплощения в общей сложности ушло пять лет. И снова разрушение стереотипа: по итогу выяснилось, что реставрация целого дома обходится едва ли не в ту же сумму, сколько покупка квартиры в многоэтажке.

«В нашем варианте реставрация обошлась примерно в 80 тысяч рублей за квадратный метр — это сразу и внешняя, и внутренняя отделка. Однако тут, конечно, надо учитывать, что мы все успели до поднятия цен на стройматериалы. В целом, да — это вполне сопоставимо с квартирой, только вложения растянуты во времени», — уточняет Денис.

А вот расходы на содержание внушительного по площади жилья по сравнению с квартирой заметно отличаются — но скорее по составу трат, чем по месячному чеку.

«Расходы на электричество, конечно, повыше будут, чем в обычной квартире, потому что мы отапливаем все с его помощью: стоит электрический котел. На первом этаже и в цоколе — теплый пол, на втором этаже работает радиатор. Второй пункт — вода, которая бюджету обходится совсем мало».

Больше никаких коммунальных платежей. В итоге содержание двухэтажного дома обходится не дороже жизни в обычной многоэтажке. «Ну, а квартира сопоставимой с домом площадью обходилась бы даже дороже», — добавляет Денис.

О плюсах и минусах

«Первое преимущество — это, конечно, больше площади. Второе — отсутствие соседей, которые могут в неподходящее время шуметь снизу или сверху. Третье — это наличие своей парковки: ставишь авто рядом с домом. Приусадебная территория — это еще и полезно: всегда есть какая-то полезная физическая нагрузка — снег почистить или подмести. Посадить можно что-то, пикник устроить.

Ни одного минуса мы не нашли. Живем — и устраивает абсолютно все. Первое время необычно было, даже немного страшно: не было никакого опыта жизни в своем частном доме, а тут он оказался еще и в центре города. Но жить в центре — это очень удобно. Школа рядом — тоже памятник, кстати. Магазины под боком: „Фортуна“, „Автоград“ — прекрасно».

На вопрос о долговечности семейной усадьбы Денис отвечает аргументированно: оригинальный дом достойно простоял сто лет — а проблемы с древесиной начались только после расселения. Так что с этой частью усадьбы Камовых, которую теперь можно полноправно именовать отдельной усадьбой Ершовых, все должно быть хорошо.

Станет ли это популярно?

В Иркутске по-прежнему остро стоит вопрос приспособления и развития деревянных памятников, большинство из которых, к сожалению, продолжают ветшать. Практика реставрации под размещение общепита и магазинов хотя и оказалась успешной, но имеет свой предел — в каждом деревянном памятнике ресторан открыть невозможно по вполне понятным экономическим причинам.

Опыт семьи Ершовых наглядно демонстрирует, что вернуть жилой усадьбе ее историческое, жилое назначение — реальная альтернатива адаптации под офисы и общепит. Такая практика имеет все шансы спасти деревянное наследие, при этом повысив качество жизни иркутян в центре города.

«На самом деле так и есть. Почему бы не жить в памятнике? Почему бы не жить в деревянном доме в самом центре? Это совершенно нормально», — заключает Денис, добавляя, однако, что многим для этого все же потребуется определенная решимость — не каждый готов ждать несколько лет. К тому же, вероятно, не на каждый дом будет спрос.

«Смотря на какой улице он стоит: если, например, на Бабушкина — она тихая, не такая проезжая. — то можно без проблем брать любой дом и реставрировать. Если на улице Карла Либкнехта, то там уже будет сложнее. Но опять же — это дело привычки и личного отношения», — заключает хозяин дома.

Опыт Дениса и его семьи немало заинтересовал их друзей — однако пока никто из них не решился повторить такой путь. Тем не менее первопроходческий успех вселяет надежду на будущее — возможно, эта история действительно поможет вернуть жизнь в деревянное наследие.

Комментариев 0

Читайте также

Федеральный центр химии планируют создать в Усолье-Сибирском

31.01.2023 12:26

Федеральный центр химии планируют создать в Усолье-Сибирском

Работа по созданию такого центра в Усолье-Сибирском ведется по поручению правительства РФ с октября 2022 года. Для этого формируется межрегиональный кластер химической промышленности - 20 предприятий уже изъявили желание в него вступить.

Промышленность

Суд в Иркутске постановил выселить жильцов самостроя на Пискунова, 40

26.01.2023 12:08

Суд в Иркутске постановил выселить жильцов самостроя на Пискунова, 40

Решение Октябрьского районного суда: выселить жильцов самовольно построенного многоквартирного дома на улице Пискунова, 40 без предоставления иного жилья. Более того, граждане должны будут за свой счет снести этот самострой.

Общество

Аномальные морозы в Иркутской области

23.01.2023 12:58

Аномальные морозы в Иркутской области

Все оперативные и жизнеобеспечивающие структуры Иркутской области приведены в режим повышенной готовности до 25 января. Такое решение принял губернатор региона Игорь Кобзев во время внепланового заседания КЧС накануне вечером.

Происшествия

Ничего не нашлось

Попробуйте как-нибудь по-другому