• Пробки 0
  • Погода
  • Игорь Кобзев: «С 30 марта Иркутская область находится на карантинных мероприятиях»мероприятиях»
  • В России представили препарат для лечения коронавирусной инфекцииинфекции
  • «Чтобы вы не скучали». Иркутский театр кукол транслирует спектакли на YoutubeYoutube

Главная > Искры 26.03.2020 15:24

Коронавирус и иркутяне: что думают о пандемии жители города

Екатерина Балагурова

Екатерина Балагурова

0Комментариев

Коронавирус и иркутяне: что думают о пандемии жители города - Верблюд в огне

Коллаж: Евгения Власова, фото: Шатуева Алeна

Количество подтвержденных случаев заболевания коронавирусной инфекцией в России продолжает расти. На 26 марта в стране уже 658 заболевших. Иркутская область — регион, в котором официально пока нет случаев болезни. Но в Приангарье уже отменены массовые события, закрыты театры и музеи, закрываются ТЦ и кинотеатры, люди уходят на удаленную работу и самоизоляцию. «Верблюд» собрал мнения иркутян разного возраста о коронавирусе и спросил, как они собираются действовать дальше.


Ксения Торунова
(17 лет)

ученица 11 класса

«Стараюсь чаще дезинфицировать руки и проветривать помещения»

Меня пугает то, с какой скоростью вирус распространился по всему миру. Страшно подумать, сколько людей умерло за такой короткий промежуток времени в разных странах. С одной стороны, кажется, что это далеко от нас происходит, но с другой — непосредственно влияет на нашу жизнь. Единственное, что мы можем сейчас, — это не паниковать и быть внимательнее к своему здоровью. Позаботиться о тех, кто рядом и кто находится в зоне риска.

Вирус поменял мои планы: почти все отменилось или перенеслось, ведь массовые мероприятия запретили. До сих пор расстраиваюсь, так как некоторые события очень долго ждала. Например, на весенних каникулах должен был состояться ежегодный «Байкальский детский форум», который теперь перенесен на осень. Также перенесена на конец мая юбилейная неделя в драмтеатре.

В школе сейчас идут традиционные каникулы, поэтому коронавирус на учебу пока не сильно повлиял. Отменили только дополнительные курсы вне школы, но понимаю, что сейчас это необходимо. Независимо от карантина прохожу онлайнкурсы, в этом отношении особо ничего не изменилось. Готовиться к предстоящим экзаменам можно и в интернете, это радует.

Мои родители говорят, что впервые такое видят. Да, бывали разные ситуации, но чтобы по всему миру отменяли массовые мероприятия, закрывалось всё — такого не помнят. Просят соблюдать меры предосторожности: мыть руки чаще, лучше промывать продукты, меньше посещать торговые центры.

Не могу сказать, что я на самоизоляции и не выхожу из дома. Считаю, что гулять на улице необходимо для здоровья. Если появится реально сильная угроза, в Иркутске ктото заболеет и объявят карантин, то, конечно, я его буду придерживаться. Но очень надеюсь, что до такой ситуации не дойдет. Лично я стараюсь чаще дезинфицировать руки и проветривать помещения.


Алена Трегубова (24 года)

юрист
(имя изменено по просьбе)

«Я вышла на работу, чтобы не терять день без содержания на больницу»

Я думаю, что угрозы нет. В эпидемию коронавируса я ездила за границу (в Турцию) и не сталкивалась ни с какой паникой. Никто из моих знакомых или их знакомых не болеет и не лежит в больнице. Я слышу о каких-то якобы больных только из новостей. Мне кажется, что они вымышленные. Коронавирус — это паника, которую искусственно нагоняют СМИ. Однако из-за этого моя жизнь изменилась: я теперь не могу сходить в театр и в кино.

Когда в начале марта вернулась из Турции, сразу позвонила в 112 (единая дежурная диспетчерская служба. — Прим.ред.). Оттуда меня отправили в Минздрав, потом в Роспотребнадзор. Везде говорили, что Турция не входит в реестр стран с высокой эпидемиологической обстановкой, но никто не знал, могу ли я выйти на работу. Так и говорили: «Я не врач, не знаю». И я вышла на работу, чтобы не терять день без содержания на больницу. Потом оказалось, что ко мне приходил врач, но не застал дома. Логично — я была на работе, и никто меня не предупредил о возможном посещении доктора. Перезванивать в поликлинику не стала, чувствовала и чувствую себя прекрасно.

Зато запаниковала моя начальница. Она обвиняла меня в том, что я безответственная и подвергаю риску остальных работников. Казалось, она готова была меня собственноручно положить в инфекционную больницу. При любом моем чихании смотрела на меня безумными глазами. Сейчас успокоилась, прошло уже почти две недели с прилета. На работе никого не отправляли на карантин. Только обязали по утрам мерить температуру и перед приходом в офис собирают подписи о том, что мы чувствуем себя хорошо.

Добровольно запираться дома на две недели я бы не стала ни под каким предлогом. Только если будет плохое состояние с температурой и врач сказал бы сидеть дома. Никаких мер я не предпринимаю. Маски не ношу, спокойно хожу в торговые центры и кафе.

Финансовая подушка на первое время у меня есть. Работать удаленно на той работе, где я работаю сейчас, не получится. Но не переживаю, уверена, что работу найду всегда.

Окружающие относятся к коронавирусу поразному. Когда мы с моим молодым человеком поехали в Турцию, мама отреагировала спокойно. Я даже удивилась — думала, что будет паниковать. А она отнеслась скептически и даже сама посмеялась над теми, кто паникует. Моя бабушка сидит дома, но не изза вируса, а изза возраста. Друзья, в основном, реагируют со смехом и скепсисом. Есть и те, кто паникует, но их мало. Тех, кто скупает пачками гречку и туалетную бумагу, среди моих знакомых нет.

Я считаю, что коронавирус имеет большой политический подтекст и отвлекает на себя внимание людей. Помимо этого, у нас в стране происходит много не менее важных и страшных вещей, например падение рубля и поправки в конституцию, обнуление президентских сроков. Так же было, когда на фоне чемпионата мира увеличили пенсионный возраст. Тогда, на фоне патриотизма, это якобы прошло безболезненно. Сейчас просто повтор. Коронавирус для меня — искусственная пандемия и перетягивание внимания. Это огромная угроза не для здоровья, а для экономики нашей страны.


Виктория Войтова (26 лет)

преподаватель русского языка как иностранного

«Надеюсь, что наши власти поведут себя правильно и у нас введут режим обязательного карантина»

Я думаю, что коронавирус — очень серьезная проблема. Она затрагивает жизни людей во многих аспектах. В плане работы, учебы, экономики, туризма. Это не скоротечный момент, а то, что реально изменит нашу жизнь надолго.

В марте я вернулась в Иркутск из США, где работала преподавателем в колледже штата Айова. После весенних каникул, в связи с распространением коронавируса в стране, колледж перешел на онлайнобучение. Я решила, что если заболею, то с большей вероятностью мне помогут в родной стране. Кроме того, из колледжа уехали все студенты и мне было очень грустно сидеть одной в маленьком городке.

В США коронавирус воспринимают гораздо серьезнее, чем в России. Города и штаты закрывают границы, все люди переходят на удаленную работу. Из заведений работают только магазины и аптеки. Отменены все массовые мероприятия. Во многих крупных городах уже введен обязательный карантин и люди могут выходить из дома только по крайней надобности. Я считаю, что всё это правильно. В России пока не такая сильная волна. Мы еще не поняли, что это очень серьезно. Нам кажется, что вирус гдето очень далеко. Надеюсь, что наши власти поведут себя правильно и у нас введут режим обязательного карантина.

Я прилетела в аэропорт Внуково, где меня не проверяли на коронавирус и не задавали никаких вопросов. Но еще в Америке знала: когда приеду домой, сяду на карантин. Я не хочу стать причиной болезни близких, потому что совершила три перелета, побывала в четырех аэропортах и где угодно могла подхватить заразу. Молодые люди чаще всего справляются с коронавирусом, но они могут быть переносчиками вируса. Самоизоляция — мое добровольное решение, никаких бумаг я не подписывала. 

Не могу сказать, что нас ждет дальше. Думаю, коронавирус начнет распространяться по России. Возможно, реальная ситуация будет расходиться с официальной статистикой. Я уверена, что уже сейчас заболевших намного больше, чем об этом отчитывается власть. Всё это приведет к плачевным последствиям.

Коронавирус это не обычный грипп, в России этого не понимают. Наши соотечественники не относятся к вирусу серьезно, считают зазорным носить маски, перчатки, запасаться продуктами первой необходимости. Может быть, таков русский менталитет. Мы не испугаемся, пока не заболеем сами или ктото из наших близких.


Ксения Лесько
(29 лет)

мама в декрете, воспитывает дочь
и ждет ребенка

«Мне кажется, нереально было не привезти вирус в наш город»

В принципе, мы относимся к теме коронавируса спокойно. Да, пугает обстановка в других странах и в России. Есть сомнения в том, что нам говорят правду. Кажется, что уже в Иркутске есть зараженные. Люди постоянно двигаются, летают в разные страны и возвращаются в Приангарье. Да, сейчас границы закрыли, но вирус в мире распространяется давно. Мне кажется, нереально было не привезти вирус в наш город.

На этой неделе у меня третий скрининг. О том, что нужно идти в женскую консультацию, я особо не переживаю. Там немного людей, все приходят по записи. Стараюсь не паниковать — понимаю, что паникой делу не поможешь.

О дочери тоже особо не переживаю, потому что знаю, что детей вирус особо не касается. Мои родственники реагируют адекватно, всё спокойно. Единственное, с чем я столкнулась, — подруга, к которой мы с дочей хотели приехать в гости, сказала: «Пока не приезжайте, опасная ситуация в стране».

Мы не сидим на карантине, живем обычной жизнью. Следим за новостями. Ходим с дочерью на развивающие занятия — там стало совсем мало народу. Мы уйдем на карантин, если его официально объявят власти. Если бы мы недавно слетали куда–то, где есть зараженные, то обязательно бы самоизолировались. Но мы передвигаемся только по Иркутску, и то по необходимости. Стараюсь ездить на такси, не пользоваться общественным транспортом. Маски не носим, понимаем, что нас это не обезопасит.

Муж работает удаленно, он контентменеджер. Единственное, что меня реально беспокоит, — изза введения карантина мужа могут не пустить на роды. А нам осталось ждать сыночка чуть больше месяца. Если карантин продлят до мая, то партнерские роды у нас не состоятся. А мы на них очень настроены.


Александр Бондарев (39 лет)

научный сотрудник музея

« Я боюсь заразить друзей и близких —из–за недоверия медицине и государству в целом»

Я не боюсь болезни. Мне кажется, что ее опасность преувеличена, мы же не знаем процента смертности от обычной пневмонии, туберкулёза, гриппа. Мы не знаем, какими вирусами гриппа болели прежде, и даже не знаем, болели ли коронавирусом в начале февраля, когда школы закрывали на карантин.

Но я боюсь заразить друзей и близких. Но боюсь не из-за самой болезни, а из–за недоверия медицине и государству в целом. Из–за отношения других людей ко мне и близким, из–за социальных действий, посещения больниц, пребывания в инфекционке. Всё это для меня больший ад, чем опасный вирус.

Удаленная работа меня нисколько не пугает. Я и без карантина работаю именно в таком режиме, так что вирус мало повлиял. Самоизоляция — хорошее слово. И дело. Но не в качестве религии. Я всё делаю без фанатизма.

Мои друзья и родственники ведут себя так же, как я. Много шутят, но не бравируют. Чаще моют руки, с удовольствием самоизолируются, если появляется такая возможность.

Еще я думал о финансовой стороне происходящего. У меня есть кредиты, но нет финансовой подушки. С одной стороны, я работаю на удаленке, с другой — моя работа связана с подготовкой проектов в сфере культуры, то есть с большим количеством людей. Пока, в конце марта 2020 года, я не боюсь финансового кризиса. Но паника в России растет. Я не отрицаю, что меня она тоже может зацепить, как финансово, так и эмоционально.


Нина Увакина
(66 лет)

пенсионерка

«Я считаю, что до Иркутска вирус не дошел и не дойдет. Мы живем, как у Христа за пазухой, на красивейшей и святой земле»

Я не боюсь никакого вируса и не буду сидеть дома. Уже 10 лет я занимаюсь в Высшей народной школе при пединституте ИГУ — учебном заведении для пенсионеров. У нас есть музыка, танцы, психология, английский язык, художественное слово, живопись и еще много других занятий. Несмотря на то, что ИГУ сейчас закрыт, мы собираемся в других местах. При этом, разумеется, никого не заставляем. Если кто–то боится — пожалуйста, пусть сидит дома. Но лично я не увидела, что народу стало меньше. На занятиях всегда около сорока пенсионеров. Никого из нас, активистов, этот коронавирус не испугал.

Я очень позитивный человек, люблю жизнь. Для меня запереть себя дома — подобно смерти. Я считаю, что до Иркутска вирус не дошел и не дойдет. Мы живем, как у Христа за пазухой, на красивейшей и святой земле. Все эти вирусы — наше сознание: кто мыслит негативно и всего боится, тот и будет болеть. А кто настроен хорошо и мыслит светло, тот будет здоров.

У меня нет времени, чтобы думать о болячках. Есть много других дел поважнее: картину дописать, песню сочинить, с ребятишками больными посидеть. Мне дочь говорит: «Мама, ты в группе риска как пожилой человек, сиди дома». Я ей отвечаю: «Конечно, Танечка». А сама дальше бегу по своим делам.

Если в городе объявят обязательный карантин, я сошью себе маску и всё равно буду гулять. Новости не смотрю, там одна паника и негатив. На улице — весна, красота, мир. Сидеть дома меня не заставит никто и ничего.

Загрузка...

Комментариев 0

Искры 24.03.2020 16:57

Команда-винегрет, сотни поручений и неясные преимущества. 100 дней «генерал-губернатора» Приангарья Игоря Кобзева

Вадим Палько

Автор Вадим Палько

0Комментариев

На третью декаду марта 2020 года выпал символический рубеж — 100 дней со дня назначения генерал-полковника внутренних войск, экс-замминистра МЧС Игоря Кобзева на должность врио губернатора Иркутской области. «Верблюд в огне» узнал, как управленца оценивают люди, с которыми он работал и работает, а также политологи и мэры Приангарья.


Спасатель Иркутской области и патриот

Игорь Кобзев — классический варяг. Вплоть до своего назначения врио Иркутской области 12 декабря 2019 года с ее столицей — Иркутском — он ранее не был связан. Да и сам город ничем, кроме идентичного памятника Ленину, на его родной Воронеж совсем не похож. Поэтому не удивительно, что вскоре после громкого назначения Кобзев на время отошел от общения с прессой.

Как рассказал анонимный источник «Верблюда» в администрации области, ему нужно было влиться в повестку и быстро разобраться в проблемах. Собственную команду Кобзев в Иркутск не привез, но вскоре с ним стали работать московские консультанты из агентства «ИМА-консалтинг» (сотрудничают с мэрией Москвы, сопровождали выборы губернатора Орловской области).

Перед Новым годом Кобзев активизировался: заработали аккаунты в соцсетях, а посты дополнялись хэштегом #кобзевнасвязи (который, как заметили пользователи фейсбука, перекликался с предвыборным слоганом Сергея Левченко «услышу голос каждого»). Исходя из повестки, которую пиарщики Кобзева транслировали в соцсетях, на первом месте оказались вопросы, связанные с празднованием 75-летия Великой Отечественной войны, ветеранами и патриотическим воспитанием. На втором месте — спорт и стройка ледового дворца в Иркутске, на третьем — Байкал и экология. Тулун по интенсивности тем стал только четвертым.

Игорь Кобзев во время поездки в Усолье-Сибирское. Фото: Иркутская область, официальный портал

По словам Павла Добродеева, который в течение первого месяца оставался руководителем пресс-службы при Кобзеве, образ «спасателя Иркутской области» был на поверхности. Тем не менее у него возникло ощущение, что новый человек приехал и немного не понял или ему не объяснили, чем отличается государственная гражданская служба от военной.

«Очевидно, была выбрана такая стратегия, что спасателя отправляют в Иркутск спасать Тулун. Но есть еще проблемы “Усольехимпрома”, Байкальска. Строительство Ледового дворца — как позитивная тема. Это создание правильного образа — ездить, контролировать, раздавать поручения. Это время лозунгов, я называют его так. Убеждали, что выполним все наказы ветеранов ВОВ, что мы их помним, чтим подвиг. Нужно решить по Байкальску? Все решим. Есть ЧС? Ликвидируем», — рассказывает Добродеев.

Плодовитый на поручения, выносливый, но «пустой»

Столь широкий охват тем и регулярные поездки сказались на статистике законотворческой «плодовитости» Кобзева. Экс-губернатор Сергей Левченко за весь 2019 год, вплоть до отставки, дал около 900 поручений, Кобзев за два месяца — уже 400.

Как отмечает источник «Верблюда», выносливости и здоровью врио, способного передвигаться по региону нон-стоп, можно только позавидовать. Вместе с этим, он выделяет его «пустоту» — нежелание или нехватку времени, чтобы досконально погрузиться в проблемы Приангарья.

Врио с неясными преимуществами

Отставка губернатора Левченко в декабре 2019 года была радостно встречена в Иркутского области многими политическими соперниками, которые давно продавливали в Москве решение о его отстранении.

Как отмечает политолог Константин Калачев, ради этого в Кремле на совещаниях по поводу последствий паводка в регионе даже намеренно преувеличивали некоторые проблемы. Как результат столь искусственного отчуждения от власти — проблемы при получении Кобзевым поддержки среди населения.

«Я не уверен, что он сейчас выигрывает даже в сравнении с Левченко и что ему будет просто получить народную поддержку. Потому что есть тема взаимоотношений с жителями, — считает Калачев. — В нынешней ситуации ему будет очень сложно доказать свои конкурентные преимущества, поскольку экономический рост явно замедлился, а жить становится всё сложнее».

Сам Левченко комментировать первые 100 дней работы врио губернатора Кобзева не стал.

Сергей Левченко, экс-губернатор Иркутской области. Фото: Википедия, Alex554322


Игорь Кобзев долго воздерживался от оценки своего предшественника. Но после критики Сергея Левченко о том, что в Тулуне упущено два месяца строительных работ, наконец, отреагировал. Во время послания Заксобранию Кобзев заявил, что жители области видели достаточно политических интриг и откровенной лжи. И рассказал про госдолг региона, который за 2019 год вырос на 38 % — до 4,7 млрд рублей.

На это оперативно ответил Левченко в своем инстаграме: напомнил, что долг вырос за счет кредита у Сбербанка уже при Кобзеве и кредита в федеральном бюджете, взятого еще позднее. «По состоянию на 1 марта госдолг Приангарья 20,4 млрд рублей, за 100 дней временного правительства он вырос на 71 %», — написал экс-губернатор.

Встреча Игоря Кообзева с мэрами Черемхова и Братска. Фото: Иркутская область, официальный портал

С мэрами деловой и жесткий, с приказным тоном

Одно из самых заметных противостояний периода губернаторства Левченко происходило между региональной властью и многими из мэров Иркутской области, объединенными под началом Ассоциации муниципальных образований (АМО).

Председатель АМО, мэр Черемхова Вадим Семенов так комментирует смену формата работы при Кобзеве. «Губернатор сразу же сказал, что абсолютно все мэры равны, они значимы. Врио губернатора старается выстраивать отношения так, чтобы учесть интересы всех муниципальных образований. То есть не делить, как это было раньше, на своих и чужих. Подход чисто деловой», — сказал он.

Семенов, однако, добавил, что при губернаторе Левченко конфликта как такового не было. «Здесь просто был непрофессионализм, неуважение», — утверждает мэр Черемхова.

Куда менее однозначное мнение сложилось у мэра Саянска Олега Боровского, который находился в составе регионального совета — другой организации мэров, лояльных Сергею Левченко. «Пока не могу однозначно ответить, насколько хорошо Игорь Иванович наладил работу с мэрами. Работа идет, контакт есть».

Правда, сначала, по словам Боровского, возник небольшой перегиб. «Кобзев пытается все муниципалитеты затащить в АМО. Мы ему на встрече предлагали сразу, что должно быть и то и другое, АМО и региональный совет. Территории разделились — 24 территории второго уровня вышли из АМО, 18 остались. Поэтому нам нужны и важны обе площадки. Врио сначала не очень хотел с нами соглашаться, но сейчас его призыв всем присоединяться к АМО поутих. Мэров это полностью устраивает», — добавил Боровский.

По словам мэра Саянска, каких-то резких изменений в руководстве регионом он пока не увидел. «Время покажет. Пока у Кобзева всё очень четко, понятно, в приказном тоне и без всяких обсуждений. Я считаю, что по вертикали власти это и правильно: меньше разговоров, больше конкретики. Левченко был мягче. Кобзев более жесткий. Но в нынешнее время нужна именно такая позиция», — говорит Олег Боровский.

Заседание комиссии по ЧС в связи с «Усольехимпромом» . Фото: Иркутская область, официальный портал

Команда-винегрет и попытка построить свою вертикаль власти

Перестановки в правительстве и формирование собственной команды больше всего обсуждались уже на исходе 100 дней врио губернатора на своем посту — потому что самые важные из них произошли именно в марте.

13 марта свой пост оставил мэр Иркутска Дмитрий Бердников, который перешел на должность исполняющего обязанности первого заместителя губернатора вместо ушедшего в отставку Владимира Дорофеева. В тот же день стало известно, что пост председателя правительства Иркутской области занял Константин Зайцев, ранее возглавлявший управление ФНС в регионе. Занимавший это место прежде Руслан Болотов стал вице-мэром Иркутска. Наконец, 16 марта полномочия сложил председатель Законодательного собрания области Сергей Сокол. Его место занял Александр Ведерников.

По информации «Верблюда», многие решения по созданию команды Кобзева утверждались в администрации президента. Ходили также разговоры о пришедшей оттуда рекомендации вывести из «серого дома» людей экс-замгубернатора Дмитрия Чернышова.

Подобными действиями Кобзев попытался помирить и уравновесить политические элиты, чьи войны давно надоели Кремлю. Но в результате получился винегрет, — такого мнения придерживается политобозреватель «Альтаира» Виктор Лучкин. По его мнению, Кобзев проявил себя как тактик, поэтому вряд ли стоит ожидать, что нынешний состав правительства сохранится в неизменном виде после осенних губернаторских выборов.

«Он почти сразу после назначения бросился работать со всеми темами и стоящими за ними интересантами, с которыми только мог. Что касается формирования команды, он убрал самых главных одиозных “раздражителей” из команды Левченко и заявил об испытательном сроке для каждого члена команды. После выборов будет, скорее всего, что-то другое». Один из таких кандидатов на звание «временщика» в нынешнем составе — Бердников. По сведениям Лучкина, тот вполне может претендовать на пост губернаторского сенатора в Совете Федерации, но только после выборов с благоприятным результатом.

В нынешней ситуации, считает политолог Константин Калачев, для Иркутской области в приоритете должно быть создание условий для долгосрочного развития региона. При этом последние кадровые решения в руководстве региона показали, что Кобзев пытается выстроить собственную вертикаль власти. Но каким будет результат — еще вопрос.

Генерал-полковник, загоняющий себя в угол

18 марта в Иркутске прозвучало послание Игоря Кобзева Заксобранию региона. Сказанное там отчасти сублимировало прошедшие к тому моменту почти 100 дней на посту, говорит политобозреватель «Альтаира» Виктор Лучкин. Он считает, что Кобзев использовал это выступление для демонстрации своего управленческого стиля.

«К посланию Кобзева есть лишь одна, но довольно серьезная претензия — он не сказал вообще ничего, чего не обещали бы раньше губернаторы Левченко или Ерощенко. Отличие — жесткие сроки. Он как бы показывает, что при нем, при генерал-полковнике, не забалуешь. Если мы будем делать стратегию до 31 мая — мы сделаем ее до 31 мая. Найти участок для нового аэропорта до 1 октября — значит, надо найти до 1 октября. Хотя это практически нереально».

Фото: Алена Шатуева/ «Верблюд в огне»

При этом, добавляет Лучкин, Кобзев некоторыми обещаниями сам себя загоняет в угол — срыв сроков по ним ударит по образу жесткого «генерал-губернатора» куда больнее, чем по привычным «гражданским» главам региона. Остается надеяться на расторопность новой «тактической» команды или протекцию Москвы — мало ли, вдруг президент чем-то поможет своему варягу.


Что успел Кобзев за 100 дней в Иркутской области

  • Достроил ледовый дворец к чемпионату мира по хоккею с мячом. 
  • Пообещал найти новую площадку для аэропорта Иркутска до 1 октября 2020 года.
  • Договорился с РосРАО об утилизации опасных отходов с промплощадки «Усольехимпрома».
  • Взял для решения проблем Иркутской области кредит у Сбербанка (3 млрд рублей) и из федерального бюджета (6,5 млрд рублей).
  • Объявил о проекте реновации панельных домов 335 серии (потенциально опасных из-за высокой степени износа и сейсмических условий в регионе).
  • Обновил кадры на ключевых руководящих постах в регионе (новый председатель правительства, заместитель, новый спикер Заксобрания).

Что не сделал, а это важно для области

  1. Не ввел вовремя в эксплуатацию жилье в Тулуне для пострадавших от наводнения — сроки перенесены, точные даты не названы.
  2. Не отреагировал однозначно на возможное уравнивание со всей Россией тарифов на электроэнергию в Иркутской области.

Ничего не нашлось

Попробуйте как-нибудь по-другому