• Пробки 2
  • Погода
  • Вышел сборник «Иркутск. Хроника в рифмах»: в нем стихи от 21 местного автораавтора
  • В Шелехове установили фонтан в виде парусника: в Испании есть почти такой жеже
  • «Правящему режиму просто страшно»: Левченко прокомментировал задержание сынасына

Главная > Здоровье 28.04.2020 19:13

«Кроме коронавируса болезней нет»: истории иркутян, которые не могут получить медицинскую помощь из–за карантина

Екатерина Балагурова

Екатерина Балагурова

0 Читать комментарии
«Кроме коронавируса болезней нет»: истории иркутян, которые не могут получить медицинскую помощь из–за карантина - Верблюд в огне

Коллаж: Евгения Власова

Из–за пандемии в российских медицинских учреждениях действует особый режим работы. В поликлиниках временно отменены все профилактические осмотры и диспансеризация, приостановлен плановый прием и запись на консультации пациентов без экстренных жалоб. Работают только приемно–смотровые боксы, где консультируют людей с симптомами острых респираторных инфекций (но без температуры). Тем, кому больше 60 лет, ходить в поликлиники вообще запрещено, — медики приезжают к пенсионерам на дом. Это же должно касаться хронических больных и беременных.

Такой расклад вызывает у пациентов гнев и недоумение: люди не могут получить необходимую им медицинскую помощь. А в Приангарье, как выяснилось, рекомендации Минздрава ещё и не всегда выполняются: к примеру, врачи часто разворачивают пациентов с экстренными случаями, объясняя, что их ситуация может подождать. Сибиряки рассказали свои истории: жительнице Саянска из–за пандемии отменили долгожданную операцию, ангарчанину удалили глаукому, но потом отказались снять швы, а беременная женщина не смогла сделать итоговый скрининг.


Мы отправили официальный запрос по всем историям в Министерство здравоохранения Иркутской области. Организация обещала проверить каждый случай и дать ответ. Редакция следит за ситуацией.

Фото предоставлено героем

Виктор Забуга

75 лет

пенсионер

«Швы наложили, а снять отказались»

У меня глаукома обоих глаз. Диагноз поставили еще 20 лет назад. В 2002 году уже делали одну операцию, но ситуация со зрением снова ухудшилась из–за возраста и сопутствующих заболеваний. В январе этого года я обратился в Институт Микрохирургии глаза в Иркутске. Сделали обследование, врач сказал, что необходимо срочно спасать глаза и делать повторную операцию. Сразу два глаза оперировать было нельзя, только поочередно, с интервалом полгода. Обследование, сбор анализов перед операцией заняли два месяца. Это три поездки в Иркутск, что в моём возрасте тяжело. Само обследование в клинике занимало каждый раз около шести часов, в духоте и беготне из кабинета в кабинет.

В итоге мне сделали операцию 19 марта. Стоило это 24 тыс. рублей. Был вариант оперироваться бесплатно, но этого нужно было ждать еще три месяца, что в моём случае грозило слепотой. За обследования я заплатил еще 3,3 тыс. рублей. Плюс пять дней пребывания в гостиничном комплексе клиники, каждый день — 1,5 тыс. рублей.

Меня выписали 23 марта и дали направление на снятие швов на 15 апреля. За это уже не нужно было доплачивать, процедура входила в стоимость операции. За два дня до снятия швов моя супруга позвонила в клинику: мы хотели уточнить, точно ли меня примут, поскольку в стране эпидемия. В регистратуре попросили перезвонить на следующий день. При повторном звонке нам сообщили, что «клиника закрыта на карантин, врачей нет, прием отменяется». С момента операции тогда прошло уже 28 дней.

Направление на снятие швов. Фото предоставлено героем

Направлений в другие лечебные учреждения никто не выдал. Дежурных врачей, консультаций онлайн или других возможностей решить проблему клиника нам не предоставила. А ещё мне не объяснили, что будет, если не снять швы в нужное время. Я считаю, что клиника не выполнила свои обязательства передо мной. Ведь снятие швов — это завершение моего лечения. Кроме того, эта процедура входила в стоимость операции и была ранее оплачена.

В это же день моя супруга обзвонила больницы Ангарска. В поликлинике, к которой я прикреплен по полису, нам сообщили, что участковый офтальмолог в отпуске. В ангарской медсанчасти № 28, где есть офтальмологическое отделение, тоже отказали, сославшись на карантин. Только в офтальмологической клинике «Медстандарт» в Иркутске меня согласились принять. Но, разумеется, уже платно. Провели диагностику 16 апреля и сняли швы. За всё это я заплатил еще 2,7 тыс. рублей. Для меня, пенсионера, всё это огромные деньги.

Теперь единственные, за кого я спокоен в период пандемии, — это врачи-офтальмологи, которые не имеют непосредственного отношения к лечению коронавируса. Больницы действительно на замке — карантин. А спасение пациентов — дело рук самих пациентов.


Фото предоставлено героиней

Нина Байрамова

68 лет

пенсионерка

«Ждала операцию два года»

Я живу в Саянске. Сильно болят коленные суставы, еще в 1990 году была травма, диагноз — гонартроз. Необходимо эндопротезирование. Меня поставили на очередь в Иркутский научный центр хирургии и травматологии два года назад, в марте 2018 года, а в этом марте пришло уведомление, что мне назначена госпитализация на 20 апреля. Я сдала почти все анализы и прошла другие обследования, причем некоторые были платными: МРТ стоила 5 тыс. рублей, денситометрия и электронейромиография нижних конечностей — ещё около 1 тыс. рублей. Для пенсионеров это очень большая сумма. Бесплатные анализы тоже были, но для меня они обернулись потерей времени и нервов в очередях. Чтобы в нашем городе сдать анализ, занимать очередь приходится в 34 часа ночи. Но самое главное, в итоге всё это оказалось зря, потому что мне позвонили из института и сказали, что из–за эпидемии моя операция откладывается. Пока до 30 апреля, а дальше — неизвестно.

«Срок годности» моих анализов разный: в основном это 14 дней, но некоторые актуальны 30 дней и даже полгода. Насколько я понимаю ситуацию, мне повезёт, если к операции будут актуальными те, что действуют три месяца. Всё остальное придётся пересдавать заново.


Фото предоставлено героиней

Ольга Павлова

30 лет

юрист

Не может попасть на прием к кардиологу

У меня врожденный порок сердца, дефект межпредсердной перегородки. В три года сделали операцию, с тех пор я всю жизнь на учете у кардиолога. Сердце меня особо не беспокоит, но каждые полгода всё равно наблюдаюсь: делаю электрокардиограмму и посещаю врача.

В конце февраля я сильно простыла. Была температура 40 °C, а это сильно влияет на сердце. Такой жар у меня был впервые в жизни, ужасно болела грудина, было тяжело дышать. В конце марта, перед самым карантином, я ходила к терапевту закрывать больничный, и она направила меня на плановый осмотр к кардиологу. Как всегда, перед приёмом нужно было сдать необходимые обследования. Кардиограмму я пройти успела, а запись на УЗИ сердца была на 8 апреля. За два дня до назначенной даты я позвонила в регистратуру, чтобы записаться к кардиологу, но мне ответили, что учреждение (а я прикреплена к поликлинике №3) на карантине, и никаких исследований они сейчас не проводят. Ещё сказали, что врачи узких направлений принимают только тех, кому нужна срочная операция или с кем случилось что–то экстренное, а мой случай считается плановым осмотром. В итоге на приём я не попала.


Анна Морозова

32 года

в декрете

(имя изменено по желанию героини)

«Здоровье беременных важно не меньше, чем коронавирус»

Я жду малыша, у меня уже третий триместр. Родить должна 18 июня. На апрель был назначен третий скрининг, кардиотокография, УЗИ, но все отменили. Я прикреплена к поликлинике при Областном перинатальном центре. Несколько дней назад была на приёме — врач сама в шоке. Согласно какому-то приказу, она не может дать мне направление ни на одно обследование, хотя беременные входят в группу риска по коронавирусу. В итоге я всё сделала сама в частной клинике — здоровье ребенка дороже.

У меня к врачам никаких претензий нет. Рожать буду в ОПЦ, беременность мою ведут хорошо. Но вопрос открытый — почему я должна платить за обследования, которые по закону полагаются мне бесплатно и которые нельзя отложить? Мне вот–вот рожать, я сейчас отвечаю за жизнь сразу двух людей и считаю, что пандемия — не повод не обследовать беременных. Думаю, наше здоровье важно не меньше, чем коронавирус.


Фото: группа «Машенька, живи! Регион 38» в сети VK

Светлана Аносова

44 года

ухаживает за ребенком-инвалидом

«Реабилитация необходима моей дочери для полноценной жизни»

У моей четырехлетней дочери Маши редкое генетическое заболевание — лейкодистрофия. Его суть — разрушение белого вещества ткани головного мозга. Два года назад нам сделали операцию в Израиле, была трансплантация костного мозга. Деньги тогда собирали всем миром, нас даже показывали по федеральным каналам, иначе исход был бы страшным. Теперь, когда операция позади, у Машеньки инвалидность и постоянная реабилитация. Дочь плохо передвигается, нарушено равновесие и координация движений, ходит медленно и только за руку, на длинные дистанции мы пока передвигаемся на инвалидной коляске. Каждый день до карантина мы куда–то выезжали — иппотерапия, бассейн, ЛФК, логопедические занятия. На 2 июня нам назначена плановая ежегодная госпитализация в Областную детскую больницу. Пока не знаем, сколько продлится карантин, — вполне возможно, что дата сдвинется.

Конечно, время пандемии для нас очень утомительно. Самоизоляция — это не выходные дни, когда можно отдохнуть, а необходимость вынужденно заниматься дома, самостоятельно. Ванна теперь заменяет бассейн, остальные занятия тоже стараемся воссоздать сами, по мере возможности. Развлекаемся, как можем: готовим, рисуем, пытаемся читать, лепим, собираем пазлы и учим стихи. Но мы понимаем, что всё это не заменит необходимой нам медицинской реабилитации, которая для таких пациентов должна быть непрерывной. У ребенка поражена центральная нервная система, и поэтому без реабилитации ей просто нельзя, дорог и важен каждый день, это вопрос её будущего. При успешной регулярной реабилитации у ребенка есть все шансы жить полноценно, поэтому мы очень ждём, когда всё это закончится.

Загрузка...

Комментариев 0

Искры 15.09.2020 17:35

Прозрачные кабинеты, музыка вместо звонка и рисунки на стенах: как устроена школа «Точка будущего»

Екатерина Балагурова

Автор Екатерина Балагурова

0 Читать комментарии

В День знаний в Иркутске открыла двери «Точка будущего» — образовательный комплекс, абсолютно не похожий на другие иркутские и российские учебные заведения. Современная архитектура, особая система обучения, не опирающаяся на оценки, и множество возможностей для школьников — неудивительно, что многие иркутяне были уверены, что учиться в «Точке» можно будет только за деньги. Но это не так: в школу берут всех и особый акцент делают на инклюзивности, поэтому здесь много ребят из приёмных семей. Корреспондент «Верблюда» побывал в «Точке будущего» и рассказывает, как выглядит и работает инновационный для города проект.


Комплекс построен по инициативе Альберта Авдоляна — основателя компании Yota — и благотворительного фонда «Новый дом», эту идею поддержал глава попечительского совета фонда и генеральный директор «Ростеха» Сергей Чемезов. Концепцию разрабатывали с 2013 года. Изначально «Точку будущего» планировали открыть в 2019 году, затем в январе 2020 года, но строительство затянулось.

1 сентября 2020 года 670 детей переступили порог школы, 180 детей зачислили в детский сад. Более 100 из них — сироты, живущие в приёмных семьях. Еще 670 заявлений в резерве — эти ребята начнут учиться в случае, если кто-то из учеников откажется от обучения в «Точке будущего». Школа рассчитана на 1022 ребенка, но первый год пилотный.

Всего «Точка будущего» получила около 4,5 тыс. заявок на прием детей. Учеников отбирали исходя из времени подачи — взяли тех, кто первым заполнил все необходимые документы и мотивационную анкету.

Как все устроено

«Точка будущего» включает три образовательных этапа — дошкольники, младшая и старшая школы. Главная идея проекта — сформировать у детей ответственное отношение к собственной жизни. Здесь обязательны уроки жизненного проектирования, которые проходят с детского сада. Сначала это простые занятия по элементарным навыкам — надо самому завязать шнурки, почистить зубы. С каждым годом спектр уроков расширяется.

До восьмого класса за каждым классом закреплен тьютор, после он курирует всего 12 детей. Каждый ученик самостоятельно выбирает себе жизненную цель на год, а выпускники формируют приоритет и на жизнь после окончания школы. Например, цель школьника — «Хочу измениться, потому что не нравлюсь себе». Вместе с тьютором ученик выстраивает план, как достичь ее в течение года. Для этого ребенок может, например, посещать спортзал или бассейн, заниматься с психологом или даже выбрать новый образ вместе со специалистами. Всё это — в рамках самой школы и в диалоге с родителями, для которых «Точка будущего» тоже собирается периодически проводить встречи и лекции по жизненному планированию.


6 млрд

рублей

— общая стоимость проекта.

600 млн

рублей

— ежегодное содержание школы.

21

гектар

— общая площадь территории комплекса.

Есть несколько полностью оборудованных спортзалов для занятий разными видами спорта, балетные станки, зимой будет каток, лыжная трасса. Также работают бассейн и большая кухня, в которой ученик может сам готовить пищу, психологический центр, биологическая и химическая лаборатории, типография, телестудия, творческие мастерские, где можно изучать робототехнику, 3D-моделирование, и т. д. Кроме того, закуплены новые швейные машинки — педагог может помочь ученику сшить для себя новую одежду.

«Точка будущего» — школа полного дня. Традиционные уроки здесь чередуются с внеурочной деятельностью, которую каждый ребенок выбирает самостоятельно. Нет кипы учебников — всё необходимое есть в классе, каждому ученику выдали индивидуальный ноутбук для занятий. По желанию после уроков дети могут остаться, например, чтобы пообщаться с друзьями, сходить на кружок или сделать домашнее задание. Пока школа учится в одну смену — с 8:00. Для учеников организованы автобусы из разных районов города. Обучение и трехразовое питание (для старшеклассников — шведский стол) полностью бесплатны.

На территории комплекса построен коттеджный поселок — здесь живут приёмные семьи, жилье им предоставили бесплатно. Их отбирает благотворительный фонд Авдоляна «Новый дом» и органы опеки и попечительства Иркутской области. Необходимость брать с определенной периодичностью на попечение детей из детдомов — обязательное условие для предоставления жилья. В каждой семье сейчас от двух до 11 ребят, все они учатся в «Точке будущего».

Архитектура и дизайн

В конкурсе на разработку архитектурной концепции «Точки будущего» участвовали 49 команд из 26 стран мира. Победителем стало датское архитектурное бюро Cebra.

И внутренне, и внешне «Точка будущего» кардинально отличается от привычных советских построек. Шесть корпусов — административный, хозяйственный, младшая и старшая школы, детский сад и бассейн — объединены общей крышей и составляют круг. В центре него образован своеобразный амфитеатр со спортивными площадками, сценой и газоном — здесь учителя в хорошую погоду смогут проводить уроки на открытом воздухе. Все корпуса, кроме детского сада (это здание должно быть отдельным — требования санпина), соединены друг с другом переходами.

В детском саду нет традиционных ярких картинок на стенах, вместо краски или обоев — магнитная поверхность, на которой дети рисуют специальными маркерами. Игрушки тоже не самые обычные — здесь много головоломок и развивающих объектов.

В «Точке будущего» все кабинеты прозрачны, а вместо кирпичей — пластик: так демонстрируют максимальную открытость учебного процесса. Здесь нет выстроенных в ряд парт, вместо них — «подвижные» столы. Закрепленные за детьми и воспитателями группы с помещениями есть только у детсадовцев, школьники же перемещаются по кабинетам — традиционного закрепления пространства за определенным предметом нет.

Инклюзивная среда и педагоги

Главная идея Авдоляна и его команды — благоприятная инклюзивная среда. «Сироты и обыкновенные дети будут чувствовать себя на равных», — говорит бизнесмен. Кроме того, в школу планируют брать и детей с особенностями здоровья. Для этого в «Точке будущего» есть необходимое оборудование, работает большая команда психологов, логопедов и дефектологов.

Сейчас работают более 100 учителей, каждый из которых прошел серьезный конкурс. В следующем году, когда учеников будет больше, число наставников расширится до 200 человек. Это педагоги разного возраста и компетенций, объединенные профессионализмом и желанием работать в инклюзивной среде. Учителя и воспитатели не знают, кто именно из детей является приемным, а кто растет в кровной семье. Школа проводит внутреннее обучение сотрудников, повышает их квалификацию, отводит педагогов от системы «Звонок в школе звучит для меня, вопросы здесь задаю тоже я».

Кстати, традиционных звонков тоже нет. Вместо них об окончании урока будет сигнализировать мелодия, которую на общешкольном голосовании выберут сами дети. Сигнала о начале урока в школе нет — в «Точке будущего» считают, что такая система вызывает у детей желание учиться.

Один из главных принципов проекта — открытость учителей и детей, включенность каждого ребенка в образовательный процесс. Как объяснил заместитель директора по воспитательной работе Максим Астраханцев, «Точка будущего» не гонится за оценками: «Главное для нас — заинтересовать детей в учебе, в самой школе. Если им будет здесь комфортно, приятно и интересно, то они сами будут хотеть учиться. У нас нет цели натренировать детей на сдачу ЕГЭ, мы хотим сделать для них школу вторым домом».

И для Чемезова, и для Авдоляна Иркутск — родной город. Оба бизнесмена видели острую ситуацию с сиротством в Иркутской области и решили помочь региону, в котором прошла часть их жизни. «Создание современного образовательного центра, где дети из приёмных семей смогут познавать мир, учиться и готовиться к взрослой жизни на равных со своими сверстниками, станет важным шагом в решении этой проблемы», — считает Чемезов.

Иркутская «Точка будущего» — не единственный инклюзивный образовательный проект Альберта Авдоляна. Уже в следующем года аналогичную школу начнут строить в Якутии, подписаны все необходимые документы.

Ничего не нашлось

Попробуйте как-нибудь по-другому