• 11 июня в Иркутске откроется кинотеатр под открытым небомнебом
  • Власти потратят почти миллиард рублей на флаги и гербы для российских школшкол
  • В иркутском кинотеатре пройдет обсуждение аниме «Призрак в доспехах»доспехах»

Главная > Герои 24.06.2021 17:10

Гопники, неформалы и кино как партизанская война: гуляем по Иркутску с режиссером Юрием Яшниковым

Екатерина Балагурова

Екатерина Балагурова

0 Читать комментарии
Гопники, неформалы и кино как партизанская война: гуляем по Иркутску с режиссером Юрием Яшниковым - Верблюд в огне

Фото: Алена Шатуева / «Верблюд в огне»

Мы запускаем рубрику «Мой Иркутск», в которой горожане будут выбирать несколько важных для себя мест и рассказывать о них нашему журналисту. Наш первый герой — режиссер, продюсер и создатель собственной кинокомпании Юрий Яшников.


Его детство прошло в самом центре Иркутска — рядом с Центральным рынком, Торговым комплексом и «Шанхайкой». Сегодня Юрий продолжает жить неподалеку от этих мест и работать здесь же. Мы посмотрели на привычные улицы его взглядом и узнали, как в нем уживаются гопник и неформал, за что режиссер извинялся перед Иваном Вырыпаевым, как помял диски папиной машины и почему свою работу Юрий воспринимает как партизанскую войну.

Юрий Яшников

Режиссер, кинопродюсер, руководитель собственной кинокомпании, директор «Гайдай Центра»

1.

 Иерусалимская лестница

 Иерусалимская лестница

Историко-мемориальный комплекс «Иерусалимская гора»

Мы с вами стоим наверху лестницы и смотрим на улицу Софьи Перовской. Я с детства люблю этот вид, хотя теперь он, мягко говоря, не самый красивый. Раньше все было иначе — вдоль улицы стояли сплошные деревянные здания, а не «Шанхайка» и бетонные здания со стеклянными фасадами, как сейчас.

Все изменилось в 1992 году, когда появился рынок. Мне было 11 лет. Тогда эти кварталы из тихого деревянного местечка превратились в центр городской преступности и грязи. Тебя в любом месте могли зажать и начать «трясти», то есть вымогать деньги. Мы здесь сполна хлебнули дух 1990-х.

Я только сейчас понимаю, как ценен был деревянный Иркутск, как красиво было то, что я видел с этой горы в детстве. А в подростковом возрасте, когда строили «Шанхайку» и сносили деревяшки, радовался. Считал, что Иркутск должен быть высотным, бетонно-стеклянным.

Я верю, что лет через 20 улица Софьи Перовской вновь станет деревянной, красивой. Проект «Иркутские кварталы» активно над этим работает, я хорошо знаю его руководителей и верю в них.

Еще мне бы очень хотелось, чтобы улице вернули ее историческое название — Матрешинская, так она называлась до 1920 года. Сейчас только одноименный торговый центр напоминает об этом. А раньше на этой улице было питейное заведение, кабак, который называли «Девкин» или «Матрешкин», поэтому горожане и стали так называть улицу. У этого названия, на мой взгляд, есть три неоспоримых достоинства. Во-первых, оно уникально — вероятно, нигде в мире больше нет улицы Матрешинской. Во-вторых, у него есть вот эта небольшая предыстория, которую можно рассказывать туристам. Да и звучит «Матрешинская» куда колоритнее, чем «Софьи Перовской».

Лестница, на вершине которой мы стоим, появилась здесь в 2017 году. Ее реконструировали. А в моем детстве возле нее была гора, с которой мы с друзьями все детство прокатались на санках и картонках (ледянок тогда не было).

Справа от лестницы сейчас Входо-Иерусалимская церковь. А в моем детстве это был один из корпусов училища культуры, купола на нем не было. Внешне здание вообще мало напоминало храм. А сразу за лестницей был не мемориальный комплекс, как сейчас, а Центральный парк культуры и отдыха. Здесь стояли аттракционы. Каждое лето к нам в Иркутск приезжала тетя из Москвы вместе с детьми. Двоюродный брат Вова был старше меня на год, и каждый раз он привозил новые столичные идеи по зарабатыванию денег. Я помню две — в одно лето мы сдавали бутылки, а в другое — мыли машины на перекрестке Байкальской и Тимирязева. Зарабатывали неплохо — хватало на все наши детские развлечения, включая жвачку, газировку и аттракционы. Сюда, в парк, ходили почти каждый день — я обожал карусель «Вихрь», которая крутит тебя на космической, как нам тогда казалось, скорости. Это был самый страшный из аттракционов, поэтому самый любимый. Надо же, лет 25 не думал об этом, казалось, забыл. А сейчас вспомнил. Такое теплое что-то, детское.

2.

Лицей №3

Лицей №3

Здесь я проучился с шестого по 11 класс. Когда я шел в первый класс, лицея еще не было. В этом здании находилась 13-я школа, одна из самых адовых в Иркутске. В основном здесь учились дети из не самых благополучных семей. Родители не стали меня туда отдавать, боялись, что свяжусь с плохой компанией. Поэтому сначала я учился в школе № 65.

А в 1991 году на базе 13-й школы стал базироваться еще и лицей №3 для старших классов. Коридоры были общие, а педагоги у каждого заведения свои. Лицей считался сильным, туда брали или по блату, или самых умных детей со всего города. Я никогда не блистал оценками, хотя и двоечником не был, поэтому меня взяли по знакомству — мой дядя знал кого-то, кто помог «решить вопрос». На первой же перемене я подрался — не понравился авторитету из 13-й.

Перевод в лицей сыграл со мной забавную шутку. В 65-й мое окружение состояло из типичных иркутских гопников, и я был одним из них. Гопники для меня — это люди, для которых важно быть как все. Если все ходят в спортивных костюмах, то и они будут. Если никто не носит длинные волосы и не прокалывает ушей — то и гопник не будет. То же касается и более серьезных вещей — мечтают гопники только о том, что реально видят своими глазами.

А в лицее я увидел настоящий рассадник неформальной культуры. Мои новые одноклассники ходили в рваных джинсах, носили длинные волосы, банданы и балахоны, прокалывали уши. Их философией было «делай так, как не делают другие, мечтай глобально». Я тогда впервые понял, что параллельно со мной существует вообще другой мир, о котором я очень мало знаю. Впрочем, я быстро породнился с этим сообществом.

Внутри меня по-прежнему живут и гопник из 90-х, и тот самый лицейский неформал. Я позволяю себе мечтать о том, что никто вокруг не делает. Но в то же время, выстраивая партнерства в работе или даже личной жизни, часто опираюсь на то, что в девяностые называли «понятиями». Если очистить это слово от бандитских коннотаций, то в нем останется много достойного — умение держать слово, недопустимость предательства и другие общечеловеческие ценности.

В лицее я мало занимался учебой, зато именно там начался для меня сначала мир СТЭМов (студенческих театров эстрадных миниатюр), а затем КВН, который в итоге привел меня к режиссуре. Это вообще очень светлые годы жизни, у меня до сих пор замечательные отношения с директором.

3.

Дом, где Юрий жил с 1987 по 2002 год

Дом, где Юрий жил с 1987 по 2002 год

Мы переехали сюда в 1987 году с Омулевского — родители всегда мечтали жить в центре. Обосновались на втором этаже, сначала в трешке, а спустя несколько лет родители выкупили однушку у соседки и объединили ее с нашей квартирой.

В 2002 году один иркутский предприниматель решил выкупить все квартиры в этом доме и сделать из него торгово-административное здание. Родители сначала не соглашались на переезд, но он и к ним нашел подход: намекнул, что не против за их квартиру дать сразу две, ведь у них сын растет, которому скоро понадобится отдельное жилье.

Прямо во дворе, в соседнем от нашего доме было и есть театральное училище. Мы с дворовыми пацанами немало нервов попортили его работникам и студентам — покупали на «Шанхайке» теннисные шарики, ломали их на мелкие кусочки, оборачивали фольгой, поджигали и кидали в вентиляционное отверстие, которое выходило в туалет. Вонь шла ужасная — пластик плавился и дымил. Несколько лет назад я очень извинялся за те «дымовушки» перед драматургом Ваней Вырыпаевым, который в ту пору учился в театралке. Но он сказал, что не помнит такого.

Еще помню, как из этого двора угнал у папы автомобиль. Мне было лет 16. Ночью хотел пойти гулять, но родители меня не отпускали. Я взял ключи от папиного Pajero, вылез через окно, спустился по решетке первого этажа и поехал кататься. Помял пару дисков, к утру вернулся и обратно залез. А у нас во дворе торчала из-под земли металлическая труба, о которую постоянно все водители повреждали колеса. Папа тогда подумал, что это он сам диски помял, на трубу наехал. Он до сих пор не знает, что диски — это моя работа. Жаль, что он не читает «Верблюд». Но если вдруг где-то это увидит, привет тебе, папа.

Случалось не только веселое, но и страшное. Однажды я видел здесь убийство. Возвращался из лицея, было очень темно. Вдруг замечаю, что у соседнего подъезда лежит человек — весь в крови, хрипит. Я побежал домой, вызвал скорую и полицию. Оказалось, что это наш сосед, адвокат. Его несколько раз ударили ножом, а я, наверное, был последним, кто видел его живым. Убийц нашли через много лет — он кому-то перешел дорогу в своей юридической практике и его «заказали» профессиональным киллерам.

Жить в нашем районе, рядом с «Шанхайкой» и центральным рынком — местами, куда всегда ходят люди с деньгами и где сосредоточен весь городской бандитизм, — было довольно экстремально. Это убийство довольно быстро всеми забылось. Это не было обыденностью, но и не казалось чем-то вопиющим, как воспринималось бы сегодня.

А по другую сторону всей этой жести была семья, которая стала поддержкой и опорой. Мои родственники всегда были очень сплоченными и оттого сильными. Каждое лето мы собирались на даче в Рассохе, и это было какое-то немыслимое, не сравнимое ни с чем время. Наш с братьями семейный чат тоже называется «Рассоха» — для нас всех это было место любви, тепла, беззаботного детства.

4.

Улица Урицкого

Улица Урицкого

По этой улице я все детство ходил по несколько раз в день — на Горького (к отцу на работу), в Дом науки и техники, где мы репетировали с командой КВН. Здания на бывшей Пестеревской все исторические, сильно ничего не изменилось, кроме большого количества безвкусной рекламы на фасадах.

Однажды здесь у нас с братом украли деньги. Как раз в то лето, когда мы мыли машины. У Вовы была привычка держать деньги в кулаке и ходить так по улице. Однажды к нам приблизилась группа людей. Налетели на нас, как вихрь, раз — и все. Даже не могу сказать, чтобы сильно избили. Так, может, были какие-то мелкие синяки. Моя часть заработанного была в кармане и осталась со мной, эти деньги мы с Вовой потом разделили пополам.

Еще помню Дом быта в хорошем, достойном состоянии. Помню «Детский мир», в котором было буквально четыре игрушки: два вида — для девочек, два — для мальчиков. На день рождения я однажды получил от друзей три одинаковых барабана и три одинаковых куклы — все из этого «Детского мира». Мы росли в дефиците, но при этом все были вполне счастливы.

Еще одно знаковое место для меня — бывший магазин Второва. Оно связано уже не с детством, а с работой. В этом доме на рубеже 18 и 19 века располагался магазин Николая Второва. Это самый богатый предприниматель царской России, иркутский купец, про которого наша кинокомпания сделала документальный фильм «Русский Морган». Здесь у Второва был магазин тканей. Теперь, проходя по Урицкого, я каждый раз обращаю на него внимание.

5.

Бывший Дом науки и техники

Бывший Дом науки и техники

Горького, 31

Репетировать КВН в лицее было трудно, потому что дело это очень шумное, поэтому мы занимались этим в актовом зале Дома науки и техники (сейчас это Министерство лесного комплекса области), директором которого был мой папа. КВН я занимался 15 лет — с 1996 по 2011, и примерно 10 из них мы репетировали здесь. Я провел в этом зале очень много часов, прогуливая сначала уроки в школе, а потом пары в университете. Проходя, смотрю на четвертый этаж с ностальгией. Репетиции закончились, когда Дом науки и техники переехал на Трилиссера.

6.

Кинокомпания Юрия Яшникова

Кинокомпания Юрия Яшникова

Здесь я бываю каждый рабочий день. Для нашего коллектива работа — настоящая партизанская война. Мы живем в мире, перегруженном контентом. Большинство качественного материала, если мы говорим о кино, делается в Голливуде, что-то в Москве, и почти ничего — в Иркутске. А мы решили быть партизанским отрядом, который в далекой Сибири сказал: «Будем делать». Но это очень сложно — завоевать внимание даже своих земляков, сделать так, чтобы в нас здесь поверили.

Мы переезжали пять раз, но всегда работали из центра. Было лишь одно исключение, и то вынужденное — генеральный партнер нашего фильма «Похабовск. Обратная сторона Сибири» Игорь Кокоуров часть средств в проект вложил бартером. В том числе арендой — на полтора года мы переехали на улицу Майскую. Потом снова вернулись в центр. Для меня архитектура этого района — лучший источник сил и вдохновения. Центр очень заряжает. Иногда кажется, что я с каждым кирпичом здесь близко знаком. Всегда замечаю, если что-то меняется, строится. И это просто удобно — если машину нужно оставить жене, я утром завожу ребенка в детский сад и пешком прихожу на работу.

Пятый этаж в этом здании — маленький киновидеокластер. Наши соседи — компания Burkalo Production. Мы занимаемся кино, а они — видеопроизводством. Когда они делают видео и им нужен сценарий, режиссура, они приходят к нам. А у нас в компании нет операторов, камер, монтажных компьютеров, объективов, световых приборов. Мы за этим часто приходим к ним. Коллаборация — крайне полезное явление для любой отрасли.

7.

Иркутский музыкальный колледж

Иркутский музыкальный колледж

Карла Маркса, 28

А это мое любимое здание в Иркутске. Я считаю его самым красивым. Бывает, просто прихожу сюда, стою и любуюсь. На него можно смотреть часами. Я не профессионал в вопросах архитектуры, но мне кажется, что это великолепнее строение.

8.

Памятник Леониду Гайдаю

Памятник Леониду Гайдаю

Гайдай стал очень важным ориентиром в моей жизни. Когда я узнал, что вот этот чувак, пять блокбастеров которого наизусть знает вся страна, из Иркутска, я просто не мог в это поверить. Поверил, когда в Иркутск приехала его дочь Оксана Леонидовна и стала рассказывать об отце и о его доме в Иркутске. Мы тогда группой кинематографистов отправились туда — на Касьянова, 35. А это просто деревянный дом, который тогда находился в довольно печальном состоянии. Мы тогда поняли, что нужно обязательно в этом доме создать музей его памяти, и объединились для реализации этой цели в «ГайдайЦентр».

Думаю, важно привязывать музеи именно к месту жительства, чтобы современные люди понимали, что у них самих есть гораздо больше, чем было у Вампилова или Гайдая. Твое будущее заключается точно не в том, в хоромах ты растешь или нет. Смогли же эти люди из нашей тьмутаракани такого шороху навести в российской и даже мировой культуре!

Многие режиссеры рассуждают так: «Я делаю великое искусство, а смотрят его или нет, меня не касается». В нашей кинокомпании совсем другой подход. Мы оцениваем эффективность своей работы в минутах, часах, днях, которые человечество провело за просмотром наших фильмов. «Русского Моргана» посмотрели 350 тысяч раз. Это почти десять лет непрерывно человечество смотрело наш фильм. Нам кажется, это достойно.

А Гайдай с точки зрения таких «человеколет» просто рекордсмен — люди провели несколько веков за его фильмами. Я как-то прочитал его слова, которые нашли в отклик во мне: «Меня поздравляют с тем, что генсеки смеются на моих фильмах. Но для меня важно, чтобы еще киномеханики смеялись». Вот и для нас это важно. Я часто хожу мимо этого памятника и горжусь тем, что вырос на одной земле с таким человеком.


Подписывайтесь на телеграм-канал «Верблюда в огне»!

Комментариев 0

Тренды 18.04.2022 12:00

Что такое Индекс качества жизни (объясняем в картинках) и почему в Иркутске жить хорошо

Яна Шутова

Автор Яна Шутова

0 Читать комментарии

Представьте, что любой город России можно, как во многих интернет-магазинах, «добавить к сравнению» и посмотреть, как он выглядит на фоне остальных. Много ли в нем людей, работающих по 50 часов в неделю? Достаточно ли фруктов и овощей они едят? Пользуются ли электромобилями и есть ли у них в пешей доступности школа? Для ответа на эти вопросы госкорпорация ВЭБ.РФ вместе с партнерами разработала информационно-аналитическую систему «Индекс качества жизни в городах России»: на конкретных цифрах можно увидеть, чем отличаются наши города.

«Верблюд» в картинках объясняет, как индекс может пригодиться вам в повседневной жизни. А еще мы нашли в базе данных Иркутск и проверили, как он оценен по разным параметрам — от уровня благоустройства до work-life balance у его жителей.


Партнерский материал

Кому нужен Индекс ВЭБа

В Иркутске широко известен проект арт-вечеринок «Без бокала нет Шагала». Люди собираются в приятной атмосфере, чтобы продегустировать хорошее вино и написать собственную (возможно, первую в жизни) картину. Пять лет назад «Шагал» начинался с вечеринки для друзей в винном погребе, а сегодня это большой проект с франшизой в 15 городах России. Каждый раз, открываясь в новом месте, владельцу бизнеса Светлане Давыдовой приходится проводить глубокий анализ незнакомого города.

«Когда мы рассматриваем открытие очередной франшизы, я обращаю внимание на ряд критериев. Например, сколько в городе компаний, которые работают в сфере креативных индустрий. Кто бы что ни говорил, наличие конкурентов — это хорошо. Потому что если в городе нет конкурентов, то нам самим придется „раскачивать“ аудиторию. Так, например, было в Южно-Сахалинске, где люди привыкли после работы идти домой и смотреть телевизор», — рассказывает Светлана Давыдова.

«»

«Очень важно знать, есть ли в городе музеи, кинотеатры, галереи и охотно ли туда ходят. Количество объектов общественного питания — тоже важный показатель. Когда город живет, у него высокий потребительский коэффициент, как следствие — высокий уровень сервиса. В случае с „Шагалом“ кафе и рестораны — это еще и площадки для проведения мероприятий».

Эти и другие важные показатели городов предпринимателям теперь не нужно выискивать самостоятельно. Они есть в открытом доступе Индекса качества жизни. Имея все данные под рукой (от уровня доходов населения до количества коворкингов), Светлана Давыдова может быстро оценить ситуацию: так, в Самаре в три раза меньше точек общепита на душу населения, чем в Иркутске, а кемеровчане посещают культурные события в два раза чаще иркутян.

«»

«По данным Индекса качества жизни ВЭБ.РФ, Иркутск входит в топ-20 лучших городов России по девяти показателям. Это обеспеченность врачами, высокая доступность спортивных объектов, пешая доступность школ, достаточное число кафе и ресторанов, обилие зеленых зон и ряд других», — рассказал руководитель блока аналитики и маркетинга группы ВЭБ.РФ Андрей Самохин.

В базу данных включены 115 городов России, и каждый оценен примерно по 250 показателям. Такой инструмент интересен не только предпринимателям, но и обычным горожанам. Для многих семей Индекс ВЭБа может стать ориентиром в решении повседневных вопросов: где провести отпуск, в какой город поступать учиться. С помощью удобной таблицы можно за пару кликов узнать, что иркутяне в среднем стоят на остановке 8,5 минут, что здесь каждый пятый ведет здоровый образ жизни и что у 90% жителей школа находится в 20-минутной шаговой доступности.

Индекс качества жизни — это независимое исследование, поэтому его результаты могут дать пищу для размышлений представителям городской власти. Цифры дают четкое понимание, какие отрасли нуждаются в реформах и эффективных решениях, а какие являются конкурентными преимуществами Иркутска. Сейчас администрация города заключила контракт с компанией Strategy Partners Group на разработку Стратегии социально-экономического развития Иркутска до 2036 года.

«Результаты исследования Индекса качества жизни будут направлены в Strategy Partners Group для использования в работе, поскольку Индекс качества жизни имеет конкретное практическое применение», — пояснили в мэрии.

Как устроен Индекс качества жизни

Ядро концепции — это потребности обычного человека. Индекс учитывает все аспекты, влияющие на повседневную жизнь российской семьи, а это более 250 разных показателей. Из них складывается детальный портрет населенного пункта. По этим критериям можно сопоставить его с другими российскими или зарубежными городами.

Что это дает? Во-первых, позволяет четко разглядеть конкурентные преимущества города, а лучшие практики — тиражировать на всю страну. Во-вторых, увидеть в городе «слабые места» и превратить их в точки роста. Индекс создан не для того, чтобы ранжировать города, а чтобы изучить потребности жителей. Это не рейтинг, а практический инструмент анализа.

Есть пять ключевых принципов, с учетом которых формируется Индекс качества жизни.

  • Человекоцентричность. Все города рассматриваются изнутри, с позиции простого человека и его ценностей.

Иркутяне удовлетворены своей жизнью на 5,61 балла из 10. Чтобы выяснить это, респондентам задавали вопрос: «Вообразите лестницу со ступеньками от 0 до 10. Самая верхняя — это лучшая для вас жизнь, самая нижняя — наихудшая. Где вы сейчас находитесь?»

  • Функциональность. Сильные и слабые стороны места легко проявить, если сравнить его с другими российскими или зарубежными городами по отдельным направлениям.

Уровень обеспеченности врачами и средним медицинским персоналом у нас значительно выше, чем по России: в Иркутске на 10 тысяч жителей приходится 104 сотрудника, а в других городах — около 80.

  • Интеграция с другими индексами. Показатели анализа — точно такие же, как в других российских и международных индексах. За основу взята структура ОЭСР (Организации экономического сотрудничества и развития) — по ней проанализировано 650 городов из 38 стран.

В Иркутске доступ к паркам и лесам в пешей доступности имеет 79-80% населения.

  • Институционализация. В России насчитывается 1117 городов и качество жизни в них разительно отличается. Индекс ВЭБа может использоваться как общий знаменатель для национальной системы оценки и в то же время — как инструмент сопоставления с международными стандартами.

Как минимум среднее образование имеют 90,7% иркутян (в возрасте от 25 до 64 лет), в Мадриде — только 75,2%.

  • Регулярность. Жизнь не стоит на месте, поэтому Индекс обновляется ежегодно.

По данным на 2021 год, в Иркутске 9,56% жителей посвящают работе более 50 часов в неделю.

По каким критериям оценивали города

Индекс ВЭБа складывается из 12 направлений, которые больше всего влияют на качество жизни людей: это доход и работа, жилищные условия, здоровье, образование, мобильность, благоустройство, экология, безопасность, общество, работа и отдых, гржданские права, удовлетворенность. Что из этого может пригодиться нам в повседневной жизни?

Жилищные условия. Сколько стоит сегодня квадратный метр жилья, много ли в городе новостроек, высокая ли там ипотечная ставка и сколько однокомнатных квартир можно снять на одну зарплату — этими вопросами в первую очередь задается человек, переезжающий в другой город.

Лидируют по обеспеченности жильем Владикавказ (1,44 комнаты на человека), Краснодар (1,36) и Вологда (1,33). Любопытно, что жилье в российских городах почти в два раза новее, чем в среднем по городам стран ОЭСР (59% домов, построенных после 1980 года, против 30%).

Доход и работа. Этот критерий включает в себя и разнообразие вакансий, и уровень безработицы, и число патентных заявок, и даже количество краудфандинговых проектов в отдельно взятом городе.

Самые высокие зарплаты получают в Магадане, Сургуте и Новом Уренгое (≈1,3–1,6 млн рублей в год). Это сопоставимо с восточноевропейскими странами (Чехия, Словакия, Польша). Быстрее всего работу можно найти в Казани и Белгороде (5 месяцев), а вот во Владикавказе на это уйдет почти год.

Работа и отдых. Этот показатель справедливо выделен в отдельную категорию. Чтобы понять, как жители городов восстанавливают силы, исследователи подсчитали количество музеев, кинотеатров и галерей, оценили кафе, бары и рестораны, обратили внимание на туристическую привлекательность городов.

В среднем 13,1 часа тратит на свой отдых и восстановление (включая ночной сон) житель российского города, работающий полный день. Если оценить культурную жизнь по 10-балльной шкале, то средняя оценка по России составит 5,6. В лидерах — Казань (7,5), Тюмень (7,4) и Екатеринбург (7,3)

Здоровье. Чтобы оценить уровень здоровья, в 115 российских городах подсчитали среднюю продолжительность жизни, количество ЗОЖников, выяснили объем овощей и фруктов в рационе граждан, изучили пешую доступность спортивных объектов и поликлиник.

Выяснилось, что Махачкала — лидер по продолжительности жизни среди российских городов (79 лет). В среднем по России — 73 года.

Только 46% российских горожан считают свое здоровье хорошим или очень хорошим. Это меньше, чем в зарубежных городах.

Образование. На этот критерий влияет множество показателей: доступность школ, учебные результаты школьников, состояние образовательной инфраструктуры, результаты ЕГЭ, доля горожан с высшим образованием.

Между прочим, 59% взрослых горожан в России имеют высшее образование. Это значительно выше, чем в ОЭСР (46%).

Самыми образованными городами можно назвать Воронеж, Брянск и Казань. А вот по удобству расположения школ в числе лидеров Иркутск: 93% проживают в 20-минутной пешей доступности (это на 14% выше общероссийского показателя).

Мобильность. Этот параметр очень хорошо демонстрирует ситуацию с транспортом в конкретном городе. Учитывается соотношение легковых машин и численности населения, наличие каршеринговых сервисов, выделенных велодорожек и зарядных станций для электромобилей, средний возраст автобусов и троллейбусов, время на дорогу до работы, а также число ДТП с общественным транспортом.

Как выяснилось, 13% жителей городов России хотели бы добираться до работы или учебы на велосипедах или самокатах (сейчас это делают 4%).

Благоустройство. Именно городская среда зачастую становится решающим фактором в выборе города для жизни. Из чего она складывается? Из плотности жилой застройки, количества зеленых зон и набережных, городской иллюминации и эстетичной рекламы.

Не может не радовать тот факт, что более 80% населения российских городов живет в пешей доступности от парков и скверов. По мнению самих жителей, наиболее красивые и ухоженные города — это Грозный (94%), Ставрополь (91%) и Ханты-Мансийск (88%)

Как Иркутск оценили в Индексе ВЭБа

По данным Индекса качества жизни, Иркутск входит в топ-20 лучших городов России по девяти показателям. Самые сильные стороны — это жилищные условия (64,83), благоустройство (63,14), образование (63,99), доход и работа (52,67).

Иркутск часто называют студенческим городом — он является магнитом для молодежи из Бурятии, Забайкалья, Приморского и Красноярского краев. Один из многих факторов — количество вузов и ссузов в области креативных специальностей. По этому показателю Иркутск значительно обгоняет города своего кластера (Владивосток, Казань, Екатеринбург, Красноярск, Хабаровск и другие).

«»

«Я приехал в Иркутск в 2019 году из Забайкальского края. Хотел поступать в суворовское училище в Чите, но старший брат посоветовал ехать в Иркутск, так как здесь много перспектив», — рассказывает Егор Бальжинимаев, студент третьего курса Института архитектуры, строительства и дизайна ИРНИТУ.

Егор поступил в иркутский политех на специальность «Теплогазоснабжение и вентиляция». «Когда я в первый раз приехал в Иркутск, у меня рот открылся. Увидел остров Конный и буквально влюбился с первого взгляда. После университета я решил остаться здесь. Я уже понимаю, где буду жить и работать. Есть несколько компаний, куда можно будет устроиться инженером, а жить хочу в Университетском, мне нравится этот район. Еще один плюс Иркутска — это спортивная база. Здесь хорошая школа каратэ, я планирую в будущем не просто тренироваться, но и преподавать», — говорит Егор.

«По данным Индекса качества жизни, в Иркутске высокая доступность спортивных объектов и сооружений — 78% жителей города проживают от них в 15 минутах пешком, в то же время в среднем по стране этот показатель равен 65%», — рассказывает главный управляющий директор, руководитель блока аналитики и маркетинга группы ВЭБ.РФ Андрей Самохин.

Средняя годовая зарплата в Иркутске в прошлом году составляла 623,5 тысячи рублей в год, тогда как по России — примерно 545 тысяч. По количеству патентных заявок и научных публикаций наш город в три раза обгоняет остальные российские города. Эти и другие факторы создают благоприятную среду для ведения бизнеса.

«У Иркутска все хорошо по сравнению с городами в средней части России, — подтверждает предприниматель Светлана Давыдова, основатель проекта „Без бокала нет Шагала“. — В средней полосе (Самара, Воронеж, Смоленск) очень низкие зарплаты, наши арт-вечера стоят там дешевле всего. Для клиента 1500-1800 рублей за мероприятие — это потолок. Сибирские города (Тюмень, Иркутск, Новосибирск) более платежеспособны и привлекательны для туристов, поэтому сервис и бизнес здесь развивается стремительнее».

Отдыху и уходу за собой иркутяне посвящают недостаточно времени: вместе с ночным сном выходит меньше 12 часов. На общение времени тоже не хватает: более 40% иркутян признались, что хотели бы видеться с близкими чаще, чем удается. Возможно, по этим причинам оценка удовлетворенности своей жизнью составляет 5,61 баллов из возможных 10. Еще два направления, по которым Иркутск отстает от других российских городов, — это мобильность (36,07) и экология (42,97). В городе отмечается изношенность общественного транспорта и довольно высокий комплексный индекс загрязнения атмосферы (3,67 балла, что в два раза больше среднероссийского показателя).

«Несмотря на то что в Иркутске есть своя гидроэлектростанция, его нельзя назвать городом чистой энергии. ГЭС обеспечивает электроэнергией не город, а Иркутский алюминиевый завод, а город питается от Ново-Иркутской ТЭЦ. Она работает на угле, поэтому у нас такие показатели [загрязненности] атмосферы, — объясняет Иван Крылов, представитель благотворительного экологического фонда „Подари планете жизнь“. — Кроме того, в Иркутске в предместьях Рабочее и Марата до сих пор много домов, отапливаемых от котельных».

В то же время, как отмечает руководитель блока аналитики и маркетинга группы ВЭБ.РФ Андрей Самохин, город находится на высоких позициях по площади, отведенной под парки и зеленые зоны, — в Иркутске это 42% от территории города, а в среднем по России — 27%. По степени вовлеченности жителей в экологические проекты, программы и инициативы Иркутск (12%) тоже выделяется на фоне общероссийского (9%) показателя.

«»

«За последнее время в городе значительно развилась инфраструктура для раздельного сбора мусора. Экотакси у нас уже принимает больше 60 (!) фракций, в том числе тетрапаки. В Иркутске сейчас, по-моему, рекордное количество мини-заводов по переработке отходов», — отмечает экоактивист Иван Крылов.

Еще два года назад все вторсырье из Иркутска вывозили в другие регионы, а сейчас в городе из макулатуры производят картон, туалетную бумагу и утеплитель эковата, говорит Крылов. Как минимум четыре предприятия в городе делают из отслуживших шин резиновую плитку и покрытия. Пластик идет на производство тротуарной плитки, а под Иркутском из бывших бутылок, пакетов и прочего пластика производят домашнюю утварь (ведра, тазики, горшки), мусорные пакеты, стеновые панели из ПВХ. Эти практики берут себе на заметку другие города.


Еще больше интересного — в телеграм-канале «Верблюда в огне»!

Ничего не нашлось

Попробуйте как-нибудь по-другому