• Пробки 2
  • Погода
  • Guardian: британская писательница создала успешный роман под впечатлением от случая в ИркутскеИркутске
  • В Крыму планируют опреснять морскую воду: власти выделят 8 млрд рублейрублей
  • В Приангарье лаборатории не справляются с объемом тестов на коронавирускоронавирус

Главная > Искры 12.10.2020 16:30

Почему Иркутск встал в пробках, а местные власти ничего не могут с этим сделать

Вадим Палько

Вадим Палько

0 Читать комментарии
Почему Иркутск встал в пробках, а местные власти ничего не могут с этим сделать - Верблюд в огне

Фото: Алена Шатуева / «Верблюд в огне»

Во второй половине 2020 года в Иркутске возникли небывалые по масштабам транспортные заторы — 910-балльные пробки стали обыденностью, а на дорогу из центра в спальные районы теперь может уходить до двух часов. Власти Иркутска списывают проблемы на дорожные работы, но их завершение кардинально не изменит ситуацию в лучшую сторону. Автор телеграм-канала «Иркутский блог» Вадим Палько объясняет, что на самом деле привело город к тяжелейшей транспортной обстановке, какова в этом роль местных властей и почему они не в состоянии разрешить проблему пробок.


История ошибок

Чтобы разобраться, в чем корень транспортных проблем современного Иркутска, нужно углубиться в историю проблемы с самого ее возникновения — начала массовой автомобилизации населения, которая стартовала, как и во многих постсоветских странах, на рубеже XX и XXI веков.

Тогда в городе возникла и стала стремительно нарастать проблема транспортных заторов. С тех пор управленцы в администрации Иркутска в войне с пробками руководствуются самой простой бытовой логикой: чтобы проехало больше машин — нужно больше автомобильных полос, а значит, нужно расширять дороги и строить развязки.

Процесс пошел уже в середине 2000-х. Сначала увеличили проезжие части улиц в центре города, а в 2009 году были завершены два масштабных проекта — расширение улиц Байкальской и Лермонтова, самых длинных улиц Октябрьского и Свердловского округов соответственно. В первом случае когда-то зеленая дорога превратилась в широкую автомобильную магистраль с отбойниками и подземными переходами для пешеходов. В случае с улицей Лермонтова длинный бульвар по центру еще и заменили на автомобильную парковку.

Эффект в обоих случаях был краткосрочным. После непродолжительного периода улучшения на улицах снова возникли заторы: на Лермонтова — на углу Жуковского и на углу Улан-Баторской, на Байкальской — на пересечении Иркутской 30-й Дивизии и Станиславского. Причем из-за выросшего после расширения дорог трафика пробки стали возникать быстрее и длиться дольше.


По этому же сценарию развивались и все прочие проекты: еще в 2008 году расширили участок улицы Ленина от улицы Карла Маркса до стадиона «Труд» (теперь там один из самых сложных участков движения центра Иркутска с ежедневными заторами), потом был участок улицы Карла Маркса, затем — улицы Степана Разина, Сергеева, бульвара Рябикова, еще один фрагмент улицы Лермонтова и многие другие.

С 2010 года, при мэре Викторе Кондрашове, началось планомерное расширение загруженных перекрестков (что заодно повлекло увеличение протяженности пешеходных переходов). Тогда же утвердили планы по строительству многоуровневых развязок и новых внутригородских магистралей.

Последний случай расширения дороги, который раскритиковали горожане, произошел в 2020 году с Ушаковском мостом. Там значительно сузили пешеходную зону и установили дорожные отбойники. В этом не было никакого смысла: мост очень короткий, а с двух сторон к нему примыкают автодороги, ширина которых не изменилась.

Фото: «Иркутский блог» / «ВКонтакте»

Несмотря на потраченные миллиарды рублей, результат этих инфраструктурных проектов иркутянам хорошо известен — с каждым годом проблема дорожных заторов становилась лишь острее, и к 2020 году движение в Иркутске оказалось практически парализовано.

Выход из тупика: европейский опыт

Среди иркутских управленцев принято подавать проблему пробок как тяжело решаемую задачу. На деле всё наоборот: происходящее с Иркутском развивается по хорошо известному сценарию, а способы решения проблемы заторов давно найдены и проверены на практике — всё благодаря опыту городов Европы.

Один из них — Копенгаген, который во многом похож на Иркутск: население — 606 тыс. человек (Иркутск — 623 тыс.). Однако в ныне победившей пробки Дании легковых авто значительно больше (492 на 1 тыс. жителей), чем в парализованном пробками Иркутске (менее 300). Разница в том, что в городе современные датчане автомобилями почти не пользуются, но к этому они пришли не сразу.

Там массовая автомобилизация началась еще в 1960-е годы, и в XX веке местные власти вели себя точно так же, как нынешняя мэрия Иркутска: расширяли дороги, строили новые, отдавали городские площади под парковки. Проще говоря, сделали максимум, чтобы город стал удобным в первую очередь для автомобилей.

Точно такой же процесс проходил в Амстердаме, Лондоне, Париже, Мадриде и многих других городах. Результат был аналогичным: спустя пару десятилетий все они оказались безнадежно парализованы пробками. Тогда европейские градостроители прислушались к транспортным экспертам, которые указали на суть проблемы: чем больше дорог — тем больше автомобилей на них выезжает.

Предложение рождает спрос: ориентированная на удобство автомобилей инфраструктура лишь стимулирует использование машин. Получается, развязки и расширение дорог в перспективе только осложняют транспортную обстановку, а погоня за пропускной способностью по определению не может закончиться победой над заторами.

Осознание этого факта заставило европейцев переосмыслить взгляды на транспортную инфраструктуру:

  • расширение дорог не убирает пробки, а передвигает их в другое место, а затем ухудшает их;
  • создание скоростных магистралей не повышает, а снижает пропускную способность дорог: на высокой скорости между автомобилями быстро растет дистанция безопасности, в итоге участок дороги пропускает меньшее число машин за определенное время;
  • при расчете пропускной способности считать нужно не количество транспорта в час, а пассажиров. Чаще всего в автомобилях, которые занимают много пространства, находятся один или два человека, в то время как в общественном транспорте могут проезжать десятки людей, — это в корне меняет подход в планировании транспортных потоков.
Фото: Копенгагенский муниципалитет

Эти выводы стали основой для следующего шага — возвращения людей из автомобилей в общественные пространства. Пришлось запрещать бесплатные парковки (они провоцируют приток машин), буквально сужать проезжие части улиц, делая тротуары шире, и даже закапывать подземные переходы, которые осложняют жизнь пешеходов и делают городскую среду менее комфортной для них.


Одним из первых городов Европы, где власти пошли по этому пути, стал все тот же Копенгаген: уже в 1970-е годы некоторые площади снова стали прогулочными, а въезд на многие улицы вовсе перекрыли. Для передвижения по городу сделали ставку на общественный транспорт и велосипеды — и уже к концу ХХ века Копенгаген достиг впечатляющих результатов в борьбе с загруженностью автомобилями.

Аналогичным образом развивалась ситуация в Лондоне. Там к концу 1990-х сложилась тяжелая ситуация: многокилометровые пробки, плохая экология и перегруженное метро. Инфраструктура города уже не позволяла решить проблемы за счет строительства трасс и развязок, спрямления и расширения улиц. Тогда власти города ограничили въезд автомобилей в центр города и тоже сделали упор на развитие общественного транспорта.

В Лондоне появились перехватывающие парковки за пределами центра, проезд куда стал платным, а водителей стимулировали пересесть из машины в метро или автобусы. Итог: за пять лет количество поездок на автобусах увеличилось на 37 %. Центр города удалось разгрузить на 40 %, количество въезжающих машин уменьшилось на 70 тыс., пробки практически исчезли, а город стал зарабатывать на платном въезде миллионы фунтов.

По тому же пути борьбы с пробками прошел Париж: там заторы победили активной поддержкой общественного транспорта — появились выделенные полосы, которые специально огородили бордюром, чтобы пресечь заезд нарушителей. Выделенное движение произвело перелом в сознании горожан: люди, стоявшие в пробках в личных автомобилях, видели, как мимо них проезжали автобусы, и постепенно понимали, что общественный транспорт — это гарантированно быстрее и удобнее, чем своя машина.

С чего начать в Иркутске

Зарубежный опыт — план конкретных действий для Иркутска. Но для начала властям города потребуется признать ошибочность всей транспортной политики последних десятилетий и набраться решимости повернуть процесс вспять, пошагово исправляя всю цепочку допущенных ошибок.

За прошедшие годы проблемы возникли на всех уровнях, начиная с законодательного. Например, согласно нынешним правилам землепользования, Иркутск строится «на вырост», для еще большей автомобилизации — из расчета 395 автомобилей на 1 тыс. человек, то есть на четверть больше, чем сейчас. Это в том числе значит, что при строительстве зданий в центре нужно резервировать место для бесплатных парковок, хотя давно доказано, что они провоцируют рост автомобильного трафика. Соответственно, для победы над пробками нужно идти в обратную сторону — сокращать количество бесплатных парковок.

Важнейший для Иркутска шаг — возвращение людям удобного города. Последние годы власти планомерно создавали среду, неудобную для пешеходов и максимально благоприятную для автомобилистов. Пример тому — установка заборов, отбойников и бетонных блоков на улицах, строительство подземных и надземных переходов, наконец, расширение улиц. Все это придется исправлять — заборы сносить, подземные и надземные переходы дублировать наземными, а проезжие части сужать.

Особенно действенный пункт — обустройство выделенных полос для общественного транспорта. Сейчас из-за приоритета развития автомобильной инфраструктуры в Иркутске бюджетные деньги, которые можно было направить на покупку современных автобусов, совершенствование маршрутной сети, обустройство функциональных остановок, тратятся на дорожные работы.

В итоге даже те люди, которые не планировали покупать автомобиль, вынуждены это сделать хотя бы для того, чтобы не чувствовать себя униженными, стоя в старом набитом автобусе в одной пробке с автомобилистами.


Никита С.,

Автор блога «Иркутский электротранспорт»

Выделенки бывают разные. Довольно дешево нарисовать сплошную — трамвай сразу поедет быстрее. В Иркутске на узких местах вроде улицы Ленина (от Карла Маркса до Горького) на трамвайную выделенку можно загнать автобусы с троллейбусами. Трамвай всё равно окажется в выигрыше, и всё остальное поедет быстрее.

Если говорить про полноценное обособление, то это не сильно дорого, но трудноосуществимо. По программе «безопасные и качественные автодороги» можно было бы попробовать это сделать, но в этом году, например, пути на Депутатской просто закатали, а ближайший капитальный ремонт улицы с трамвайными путями будет только в 2023 году.

Сейчас иркутский трамвай вполне может стать магистральным транспортом. Точки притяжения у него шикарные: политех, вокзал, центр, микрорайоны. Всё упирается в деньги — 60 % путей и 70 % вагонов убито. Заменить всё это — и трамвай сразу станет популярнее и даже прибыльнее. Сейчас основные проблемы иркутского трамвая — отсутствие финансирования на ремонт путей, а еще нет новых вагонов, выделенок, билетного меню. Кстати, последние два пункта относятся ко всему иркутскому общественному транспорту.

Важно отказаться от приоритета автомобилей в городе и развивать общественный транспорт, велосипедное и пешеходное движение. Это позволит жителям выбирать самый удобный для них вариант перемещения по городу.


Григорий Скарченко,

Глава общественной организации «ВелоИркутск»

У каждого способа есть свои преимущества. Когда у нас говорят об индивидуальном транспорте, в первую очередь подразумевают автомобили, но, как известно, в городских условиях они не эффективны. Понятно, что личный автомобиль всегда будет выигрывать перед другими транспортными средствами в плане комфорта — там есть личное пространство. Однако внутри города велосипеды могут успешно занять нишу индивидуальных поездок на небольшие расстояния.

«»

У велосипеда есть свои преимущества: он практически ничего не стоит в обслуживании, он экономичен и универсален. Сейчас в Иркутске нет выделенных полос движения общественного транспорта, поэтому автобусы стоят в одних пробках с машинами. В такие моменты велосипед удобен — с ним можно быть уверенным, что будешь на месте вовремя.

Кроме того, инфраструктура для велосипеда стоит меньше, чем для автомобилей и общественного транспорта. Можно дешево связать между собой разорванные рекой или железной дорогой районы. На велосипеде перемещаться между ними будет быстрее, чем любым другим способом. Наконец, велосипед поддерживает здоровый образ жизни.

Что касается холодного климата: он у нас не такой экстремальный, чтобы зимой нельзя было ходить по улице. Пока можно передвигаться пешком, а люди у нас это делают массово, возможны и поездки на велосипеде. Понятно, что зимой число конкурентных преимуществ велосипеда снижается, но все равно будут люди, которые выберут его. Если у человека есть возможность доехать до работы зимой на велосипеде — нужно создать условия для этого. Важно, чтобы любой вид транспорта можно было использовать одинаково удобно.

Зимой у Иркутска есть даже преимущество перед более теплыми городами, где часты заморозки и велодорожки покрываются льдом, с которым нужно бороться. В Иркутске же снег лежит дольше, выходит, зимой использование велосипеда тут более комфортно, чем, например, в Москве».

Примечательно, что в следовании европейскоёму опыту Иркутск уступает даже другим российским городам. Например, о необходимости закрывать для машин улицы, прекращать расширение дорог, запретить крупные бесплатные парковки в центре города заговорили в управлении пассажирских перевозок мэрии Новосибирска. А Москва уже оставила позади всю страну: в столице повсеместно создаются выделенные полосы для общественного транспорта, в центре действуют платные парковки, активно реконструируют дороги с учетом сужения проезжей части и увеличения тротуаров, всё больше улиц становятся полностью пешеходными.

Будет хуже

Вместо того чтобы ориентироваться на мировой опыт и избежать давно известных ошибок, Иркутск свернул на тупиковый путь. Приоритет развития автомобильного движения соблюдался при каждом мэре — их сменяемость на транспортную политику практически не влияла. Это касается и нового состава мэрии во главе с Русланом Болотовым, работающего с весны 2020 года. Именно при нем Иркутск вплотную подходит к точке общегородского коллапса — результату многолетнего развития инфраструктуры города в неправильном направлении.

В сентябре Болотов попытался объяснить транспортную катастрофу в городе частными локальными проблемами: по его словам, всё дело в «некачественной проектной документации» при ремонте дорог и в «отсутствии должной подготовки» к нынешнему дорожному сезону. О ключевой проблеме — приоритете автомобилей — градоначальник ничего не сказал.

На фоне массового недовольства горожан, попадающих в пробки чуть ли не каждый вечер, чиновники пришли лишь к одной мере по ограничению движения транспорта — в начале октября в мэрии заявили о запрете движения большегрузных машин с 7:00 до 21:00 на всех магистральных улицах. Как именно это будут контролировать, пока не уточняется.

При этом новая администрация Иркутска продолжает совершать прежние ошибки. Совсем недавно чиновники приняли после реконструкции расширенную улицу Депутатскую, а прямо сейчас идет реконструкция путепровода на улице Джамбула — тоже с увеличением проезжей части. Так что в мэрии, судя по всему, до сих пор уверены: еще одна полоса — и всё точно поедет.

Комментариев 0

Загрузка...

Искры 06.10.2020 17:24

Гигантские торшеры и горка-вигвам: как изменились общественные пространства Иркутска в 2020 году

Екатерина Зырянова

Автор Екатерина Зырянова

0 Читать комментарии

В 2020 году в Иркутске благоустраивают 17 общественных пространств. Ряд готовых объектов горожане уже успели оценить, а на некоторых работы активно продолжаются, несмотря на минусовые температуры по ночам. «Верблюд» прогулялся по новым местам для отдыха вместе с урбанистом Фёдором Т. и оценил, как меняется облик города.


🔨

Работы по благоустройству города идут по федеральному проекту «Формирование комфортной городской среды». Причем 2020-й стал рекордсменом по объему финансовых средств: Иркутск получил 1,4 млрд рублей — столько денег не было в 20182019 гг. и не планируется выделять в 2021 году. Во многом это связано с тем, что в следующем году Иркутск отметит 360-летие.

Бульвар Гагарина

Наиболее заметные изменения произошли на бульваре Гагарина. На променаде от памятника Александру III до улицы Красного Восстания заменили тротуарную плитку, поставили новое освещение и скамейки. Судя по всему, авторы проекта местами вдохновлялись эпохой социальной дистанции здесь есть лавочки на одного человека. На пересечении с улицей Красного Восстания появилось новое общественное пространство с необычными навесами из дерева и поликарбоната. Тут же установили стол для пинг-понга, а еще велопарковку.


Федор Т.,

общественный деятель

Конструкции на бульваре Гагарина симпатичные, выглядят достойно. Нельзя не отметить, как они установлены, — весь крепеж скрытый. Моё уважение. Фонари выглядят так, как и должно выглядеть освещение в городской среде, — незаметно. Но! Такие же светильники установлены в районе Космического проезда, и света они не дают. Если устанавливать их через каждый метр, будет нормально. А здесь получилось такое интимное освещение. Не тот свет, который должен быть в городе, тем более в парковой зоне.

Мне очень понравилось, что начали появляться скамеечки на одного. Впервые я увидел подобные в Москве. Это хорошо, но я бы одиночные стулья ставил немного под углом, чтобы два человека могли сидеть и разговаривать друг с другом.

Классно, что здесь нормальная велопарковка. Обычно их делают какими-то диковинными и пользоваться ими невозможно, а иногда и опасно. Логика создателей бывает примерно такая: «Будьте любезны, ставьте велосипед передним колесом. А, у вас широкая вилка? Велосипед дорогой? Не влезает? Ну, не пользуйтесь нашими парковками, до свидания». А здесь всё правильно можно парковать транспорт за раму.

В целом мне всё нравится, а имеющиеся недочеты можно легко исправить.

Бульвар Постышева

На променаде от улицы Коммунистической до улицы Дальневосточной, где любят гулять горожане со всего района, обновили пешеходные дорожки, заменили скамейки. Новинкой для Иркутска стали фонари, стилизованные под огромные торшеры. Их дополняют разноцветные наземные светильники.


Федор Т.,

общественный деятель

У человека со вкусом эти настольные лампы не вызовут радости — китч и безвкусица. Хотя такие объекты могут быть в городе. Например, на бульваре Гагарина стоит подобный светильник. Но он там один, и в этом его сила. А здесь их слишком много, и это неправильно. Чай с мёдом вкуснее, чем без него. Но литровая банка за раз — это перебор. Вместо одного декоративного элемента мы имеем кучу фонарей, которые производят странное впечатление и к тому же слабо светят. Понятно, что люди, которые всё это ставили, действовали из лучших побуждений. Но если у тебя нет вкуса, пожалуйста, не распределяй бюджетные деньги!

Скамейки такие же, как на бульваре Гагарина. На тех сидеть неплохо. На рейках написаны стихи, оценивать их я не буду, но то, как они заверстаны, конечно, стоит рассмотреть. Стихи верстают с выключкой по левому краю. Левый край ровный, правый — рваный. Делать это по центру — неправильно. Дизайнеры из типографий и чиновники этого не знают. Симметрия им кажется естественной и красивой.

Земля на бульваре выше уровня грунта, она никак не укреплена. Очевидно, что в дождь всё потечет вниз, на асфальт. Деревья — в ветрянке. Выглядят уродливо. Я разговаривал с людьми из комитета городского обустройства, они мне сказали, что знают: нужно красить спилы деревьев под цвет коры, нельзя использовать зелёную краску, и списывают всё на подрядчика.

Лисихинский парк

Здесь также обновили освещение, создали новую сеть внутренних дорожек и разноплановые зоны отдыха. Отличительной чертой стала детская игровая площадка из природных материалов. Доминантой выступает комплекс в виде высокого вигвама со скалодромом и горкой-трубой. Подобный детский городок появился в Иркутске впервые.


Федор Т.,

общественный деятель

Наконец до мэрии дошло, что детская площадка должна быть нейтральных цветов, все наелись вырвиглазного. Здесь должны быть видны дети и они должны видеть других детей, а не одни окрашенные трубы. Объектам нужно растворяться в среде, а не кричать «Мы есть!»

Вообще впервые я увидел подобную конструкцию три года назад в столице, где-то в новостройках ПИКа (девелоперская и строительная компания со штаб-квартирой в Москве. — Прим. ред.). Затем такие объекты начали появляться по всей стране. Скоро они заполонят всё, и это печально. На самом деле это тоже штампованное. Хочется отразить «иркутскость», хочется, чтобы появлялись индивидуальные площадки, но существуют проблемы с их сертифицированием.

Все объекты приглушенных цветов — если красный, то он не кричит, что он красный. Это правильно. Хотя я не понимаю, что красный цвет должен транслировать. Если хотели отразить идентичность Лисихи, стоило красить в мягкий оранжевый.

Скамейки типичный ФСИН-дизайн. Грубо. Некоторые скамейки с красными металлическими элементами, а рядом точно такие же с черными. Это странновато.

Одна дорожка с мощением плиткой разрывается дорожкой с асфальтовым покрытием. Может быть, это велодорожка, не знаю. В парке их можно было сделать, хотя лучше снаружи.

Освещение разноцветное некоторые люди будут в восторге. Но вечером глаз выколи.

Парк Парижской коммуны

Этот парк долгое время оставался полузаброшенным символом советской эпохи в Иркутске. При этом он является местом многовековых захоронений и памятником археологии федерального значения. В 2020 году его облагораживают впервые за многие годы. Здесь благоустраивают аллеи, ставят освещение, информационные стенды, создают спортивные и детские площадки, место для проведения массовых мероприятий. «Верблюд» застал работы в самом разгаре. Например, освещение, по словам строителей, подключат только к концу этой недели.


Федор Т.,

общественный деятель

В парке Парижской коммуны я был один раз, и то далеко не заходил, потому что было ощущение какой-то заброшенности. Сейчас смотрю — и кажется, что за территорию берутся. Мне нравится, что здесь используется камень — габионы. Дерево, металл, камень — это те материалы, которые у нас в Сибири нужно применять.

Минус — стоят те же фонари, которые были на предыдущих объектах. Они, повторюсь, светят очень плохо. Это не фонарь, это символ фонаря.

По всей видимости, в декоре сцены используются какие-то пластиковые элементы, поликарбонат, хотя его использование в отделке запрещено в Иркутске. Можно было взять материал, который не создает ощущение дешевизны.

Я слышал, что раскрашивать сцену могли простые горожане. И совершенно точно можно было обойтись без серпов с молотами. Хотите сделать отсылку к прошлому сделайте это без прямой символики. Вот спутник нарисован это очень хорошо: его придумали мы, и это слово вошло во все языки мира.

Сквер в Топкинском

В 2020 году продолжили благоустройство сквера в микрорайоне Топкинский. Это нечастая практика для отдаленных районов Иркутска. В 2019 году здесь сформировали участок, уложили тротуарную плитку, обустроили газоны, зоны отдыха, установили инсталляцию в виде куба. В этом году поставили освещение и малые архитектурные формы декоративные столбики с подсветкой. Планируется, что в 2021 году от сквера перенесут торговые павильоны и киоски, сделают дополнительные парковочные карманы через дорогу.


Федор Т.,

общественный деятель

Я недавно видел куб в Топкинском, и до середины он был заполнен мусором — крышки, бутылки, банки, фантики. Может быть, это потому что рядом с ним нет урн? Форма предмета подталкивает человека взаимодействовать с ней соответствующим образом. Например, был скандал, когда какой-то гражданин сел на памятник Оскара Уайльда, — мемориал выглядит как диванчик.

На Поленова стоит емкость для сбора крышек сетчатая металлическая конструкция в виде сердца. Авторы куба подобную идею не закладывали, и чтобы в него не сбрасывали мусор, нужно организовать урну ближе к тому месту, где человек сидит.

Территория вокруг в сдержанных тонах — мне это очень нравится. Но на фоне торчат киоски — табак, выпечка, Союзпечать, — всё в разных цветах и формах, которые ни с чем не вяжутся. Если хотелось отобразить Топкинский как район контрастов, то это получилось. Если идея была «Мы на краю города, но тоже стремимся какой-то культуре», то это всё нужно снести или обустроить иначе. Сейчас это кусок порнографии.

Опять те самые фонари. Они же совсем не светят! Такое ощущение, что мэрия украла вагон фонарей и сейчас не знает, куда их пристроить.

За сквером видна арка на ней реклама, которой 30 лет. А мы пытаемся говорить про паспорта фасадов, дизайн-код города. 20 метров в сторону и всё уже как будто бы не имеет отношения к тому, чем занимается комитет городского обустройства.

Сквер в переулке МОПРа

Продолжается обустройство сквера по проекту молодых архитекторов, объект еще не закончен. Уже готовы дорожки, установлены скамейки, выполнено озеленение. В проекте есть арт-объект, который будет выполнять функцию скамьи и велопарковки одновременно.


Федор Т.,

общественный деятель

Когда ничего не было и что-то появилось — это хорошо, но недостатки есть. При проектировании дорожек сквера не были учтены маршруты, по которым люди будут ходить. Они будут вытаптывать грунт, и такие тропинки уже есть.

Хорошо, что взрослые деревья сохранили, их даже попытались как-то вписать в пространство. Но когда ведутся строительные работы, деревья должны быть защищены деревянными щитами. Вы когда-нибудь видели, чтобы в Иркутске так делали? Березу сломали — и ветку обратно в нее вставили. И жаль, что оставили клены. Они должны быть уничтожены, потому что выглядят как промежуточная стадия между деревом и кустом. Клен нужно заменять на культурные посадки. Свежие кустарники посадили редковато. Они никак не огорожены, и это значит, собаки их зальют или изломают.

На газоне похоронено очень много строительного мусора. Грунт выше уровня дорожек. Ребята из Горзеленхоза могут говорить всё, что угодно, мол, осядет, — ничего подобного, это стечёт вместе с дождями, будет забивать ливневку и разводить грязь.

Мебель установлена почему-то под наклоном. Скамейки неудобные, хлипкие, спинка почти под прямым углом, долго не посидишь. Еще проблема: они не создают уюта над ними нет фонаря, сзади не защищены кустарником, деревом, ни тени, ни ощущения безопасности.

Фонари тоскливые. Они создают световое пятно в центре, но освещение недостаточное.

Благоустройство набережной реки Ушаковки

В 2019 году начали реконструировать берег реки Ушаковки, там прошли подготовительные работы — были демонтированы старые бетонные конструкции, оставшиеся от рынка, уложен асфальт, установлены скамейки. В 2020 году работы продолжились — здесь установили цветное покрытие и освещение. Предполагается, что эта территория будет использоваться как роллердром.


Федор Т.,

общественный деятель

Нужно понимать, что это не конец работ на Ушаковке. Город таким образом застолбил территорию, которая раньше была диким рынком. Он дает понять: «Это мое, и я за этим буду следить». Оценивать то, что здесь есть сейчас, сложно. Дураку полработы не показывают.

Мне очень греет душу, что конструкции деревянные, аккуратные и покрашены в белый цвет. Возможно, лампочки очень красиво светятся вечером. Но здесь нет деревьев, кустарников. Чтобы эту территорию хоть как-то оживить, может, был смысл поставить какие-то флаги.

Лучше вернуться к территории через год или три, когда всё обживется, появятся кусты и будет понятно, как эта территория совмещается с другими. Сейчас тут оценивать нечего.

Сквер на улице Степана Разина

Самый незаконченный объект из числа облагораживаемых в 2020 году в Иркутске находится на пересечении улиц Степана Разина и Чкалова. Эту территорию решили посвятить дружбе Иркутска и его немецкого города-побратима Пфорцхайма. По замыслу дизайнеров, тут должны появиться мостик арочного типа, символизирующий дружественные связи городов, а также скульптура от известного немецкого мастера Рене Дантеса.

Работы, судя по инфостенду, начались 25 июня, а должны были завершиться 15 сентября. Однако до сих пор (фото сделаны в начале октября) на объекте ничего не готово.


Федор Т.,

общественный деятель

Про этот строящийся сквер сложно что-то говорить, кроме того, что строительный мусор скидывают туда, куда потом насыпят землю. И потом мы удивляемся: что у нас с зеленью не так?

Ничего не нашлось

Попробуйте как-нибудь по-другому