• Пробки 0
  • Погода
  • Иркутский гид попал под лавину на Шпицбергене. Двое туристов из его группы погиблипогибли
  • Житель аварийного общежития ИВВАИУ: «Пишут, что мы отказались от договоров социального найма. Это ложь»ложь»
  • Во время чемпионата мира по бенди в Иркутске запретят продавать алкоголь. Это коснется стадионов и дворцов спортаспорта

Тренды 15.08.2019 13:14

Выше только «Небо»: как Иркутск настигает всероссийская болезнь многоэтажек

Василий Имаев

Василий Имаев

0Комментариев

Выше только «Небо»: как Иркутск настигает всероссийская болезнь многоэтажек - Верблюд в огне

Еще 20 лет назад самым высоким в Иркутске было 13-этажное здание общежития Иркутского государственного университета, которое возвышалось над микрорайоном Университетский. Сейчас город активно застраивается жилыми зданиями в 16 этажей, а в 2020 году в городе должны достроить 22-этажную башню «Небо» жилого комплекса «Стрижи» высотой почти 70 метров. По сравнению с 1990 гг., средняя этажность иркутских новостроек выросла в 3 раза. Приобретает ли Иркутск черты современного города или его настигает «всероссийская болезнь многоэтажек», «Верблюд» спросил у экспертов и урбанистов.


Многоэтажная застройка в Иркутске

Долгое время Иркутск был относительно невысоким городом. Способствовало и то, что город находится в сейсмоопасном районе, где за год в среднем регистрируется до 5 — 6 тыс. толчков. Раньше строительные нормы и правила (СНиП) запрещали строить в сейсмоопасных зонах здания выше 9 этажей, однако сейчас при определенных технологических решениях здания могут быть значительно выше. Например, из монолитного железобетона можно построить 75-метровое здание на 24 этажа, а строения со стальным каркасом могут достигать высоты в 200 м.

Сейчас в городе появляется все больше многоэтажных жилых комплексов — в основном, 16-этажных (например ЖК «Новый город», ЖК «Пилот», ЖК «Перспектива», ЖК «Рекорд» и ЖК «Изумруд»).


Средняя этажность иркутских новостроек в 2018 году составила 14,4 этажа: это на 9,7 этажей больше, чем в советское время, и на 7,6 — чем в 1990-2000 гг.


«Тотальная застройка Иркутска 16-этажными домами не идет на пользу городу. Лучше строить дома разной этажности — от 5 до 30 этажей, чем покрывать город однотипными зданиями», — рассказал «Верблюду» председатель Иркутской региональной организации Союза архитекторов России Игорь Козак. По его словам, он позитивно относится к высотному строительству, но не в центральной части города.

По мнению же профессора кафедры архитектурного проектирования ИРНИТУ Инны Дружининой, сибирские города не должны быть «тотально урбанизированными вверх». Если, например, на Манхэттене требование к зданиям расти вверх продиктовано ограниченной площадью острова, то в Иркутске история совершенно другая. В Сибири достаточно места для развития в ширину. Однако, по мнению эксперта, Иркутск достиг своих пределов в границах города. Именно по этой причине город растет в высоту.

Впрочем, и здесь можно найти альтернативное решение. В границах городской черты еще есть площади для плотной застройки, считает Дружинина. В частности — в промзонах на прибрежных территориях или в таких районах, как Затон. То есть нужно вынести производственные функции за границы города или уплотнить существующую промзону. Необходимо освободить берега от промышленных площадок, разместить по берегам комфортное жилье с понижением этажности к урезу воды для раскрытия видов на живописные сибирские реки, говорит эксперт.

Правда, пока город развивается по другому сценарию — строятся многоэтажные жилые комплексы за пределами городского центра, где высотность регулируется. В IV квартале 2020 года рядом с границей Иркутского района должны завершить строительство 75-метровой башни, которая станет доминантой жилого комплекса «Стрижи».

Дело в том, что иркутские застройщики не озадачивают себя архитектурной эстетикой и проблемами городского масштаба, а просто пытаются выжать максимум из тех ресурсов, что имеют, считает Козак. «Раз застройщику удалось получить участок, он будет выжимать из него максимум (и будет прав). В мировой практике это решается путём создания подробных регламентов для каждого участка: что, какой высоты и где именно можно строить. У нас это решается гораздо более сложным и непрозрачным путем», — рассказала «Верблюду» архитектор Анастасия Колчина.

Почему урбанисты критикуют многоэтажки

Высотные многоэтажки возводят по всей стране. В городах-миллионниках средняя этажность новостроек составляет 15,1 этажей. По сравнению с советским периодом этажность домов выросла в 2,2 раза. Самая большая этажность новостроек — ожидаемо, в Москве (20,5 этажей). Далее следуют Екатеринбург (17,1 этажей) и Красноярск (17,4). В Санкт-Петербурге — всего 14,6.

О недостатках многоэтажных домов в своем блоге неоднократно рассказывал урбанист Илья Варламов. «Городская среда, в которой не хочется находиться. Бетонные коробки, хаотично расставленные в полях. Двор, который походит на зону», — описывает он 25-этажный ЖК в Калининском районе Санкт-Петербурга. Также урбанист обратил внимание на низкое качество благоустройства: жителям района приходится гулять с колясками среди грязных автомобилей. «Здесь хорошо видно, насколько бездарно планирование: всё залили асфальтом», — жалуется блогер.

А район Мурино, который граничит с Санкт-Петербургом, Варламов назвал типичным примером «самого убогого» жилья. «У нас все очень любят смотреть на административные границы. За этим теряется смысл. Но что мы имеем, когда говорим про эти новостройки на месте бывших колхозных полей на окраинах Петербурга? Это районы без самостоятельной инфраструктуры, то есть там нет рабочих мест, там нет социальных учреждений, там ничего нет, и все эти районы пользуются инфраструктурой Петербурга. Хотя по количеству жителей — там 50-60 тыс., а иногда 100 тыс. жителей — они по размеру как маленький город», — рассказал блогер.

Отдельные многоэтажки, как правило, создают хорошую почву для развития преступности, если эти башни не уравновешены плотной и разнообразной средой вокруг, рассказала «Верблюду» Колчина. «И дело тут совсем не в архитектуре, не в визуальной среде: город — это люди, их ежедневные сценарии и маршруты».


Анастасия Колчина

Архитектор

С того времени, как Джейн Джекобс написала свою «Смерть и жизнь больших городов», человечество признало, что единовременная застройка (например микрорайонов) всегда заведомо проигрывает постепенному и естественному развитию городской среды. Важно, чтобы были безопасные городские пространства, на которых может происходить городская жизнь, — а для этого нужны кафе, магазины, другие причины идти по улице, создавая сеть маршрутов, которая справляется с созданием дружелюбной и благоприятной городской среды лучше, чем полиция и городские власти».

А как в других странах?

В Европе и США не только сносят многоэтажные районы, но и отказываются от строительства новых жилых многоэтажек, отмечают эксперты. Среди причин — высокая стоимость возведения и эксплуатации таких домов, а также большое число жертв во время пожаров в высотных зданиях. Например, в 24-этажном жилом доме Гренфелл-тауэр в Лондоне 14 июня 2017 года на пожаре погибло 72 человека. Еще один недостаток жилых многоэтажек — низкий уровень социальных связей между жильцами. Зачастую жильцы таких домов просто не знают своих соседей. По словам экспертов, как только появляются признаки, что в доме можно ждать чего угодно, из него уезжают те, кто может себе позволить купить или арендовать жилье получше.

В конце 60-х и начале 70-х на Западе районы массовой застройки уже начали сносить. Например, в 1972 году в США снесли жилой комплекс «Пруитт-Айгоу» — 33 корпуса в 11 этажей, рассчитанных на 10 тыс. жителей. В первое время этот ЖК решил жилищный вопрос для молодых квартиросъемщиков среднего класса. Однако уже через год представители среднего класса переезжали в другие районы, а квартал стал превращаться в гетто: дворники перестали убирать мусор, а полиция отказывалась приезжать по вызову в этот район. В итоге, в 1970 году город объявил квартал зоной бедствия и начал расселять жильцов. Аналогичная ситуация произошла в шотландском ЖК Red Road Flats, построенном в 1960-х годах. 20-этажные дома должны были решить квартирный вопрос для 5 тыс. человек, однако здания также превратились в гетто и их снесли.

Как появилась многоэтажная жилая застройка

Концепция массовой жилой застройки появилась в 1930-х годах в Германии, Нидерландах и Франции и стала распространяться на Западе после Второй мировой войны. В конце 1950-х годов в Советском Союзе началось массовое строительство типового жилья. В Москве и по всей стране начали возводить 5-этажные многоквартирные дома. Из-за градостроительных норм в стране обычно возводились 5- и 9-этажные дома (в жилье выше 5 этажей требовался лифт, в домах выше 9 этажей нужен был грузовой лифт). Развитие технологий позволило в массовом порядке возводить недорогие дома высотой 17 и 24 этажа.

Что говорят урбанисты о высотном строительстве в Иркутске

Урбанист из Иркутска Фёдор Т (эксперт предпочитает представляться таким образом. — Ред.) в разговоре с «Верблюдом» предположил, что высотные здания не грозят маргинализацией городу, если речь идет о строительстве жилых домов в 4 — 10 этажей с отдельными высотными доминантами. «Если это целые кварталы, уходящие в небеса, то, конечно, это не очень хорошо, потому что высотность должна быть разная, а здания должны различаться по внешнему виду и своим функциям, а не выглядеть будто с конвейера. Если все эти условия соблюдаются, то среди множества зданий в городе могут быть более высокие здания», — отметил эксперт. При этом высотные здания, по его мнению, следует строить за пределами сложившейся застройки. «Если взять и на условной улице Пискунова воткнуть что-нибудь в 30 этажей, это будет не совсем правильно», — отметил он.

Необходимо учитывать, какая будет инфраструктура: транспорт, общественные пространства, детские площадки, парковки, зеленые зоны и так далее, отметил эксперт. На инфраструктуру вокруг жилого дома влияет не высотность здания, а персональная ответственность проектировщика и исполнителей, вплоть до конкретного рабочего, который укладывал бордюры. В пример он привел опыт строительства новых районов в Нидерландах. «Первым делом туда проводят все дороги и рассчитывают, как будет ходить общественный транспорт: они знают необходимую вместимость, периодичность будущих маршрутов и как к этим остановкам будут добираться люди. Когда дома заселяются, меняются маршруты транспорта и у людей пропадает необходимость в личном автомобиле», — рассказал урбанист.

Строительная компания «Восток Центр Иркутск», которая уже возвела ЖК из 7 блок-секций в Первомайском районе, обещает будущим жильцам башни «Небо» «прекрасные условия для проживания». Экспертам и урбанистам минусы таких проектов хорошо известны: отсутствие социальной инфраструктуры и транспортные проблемы. Рядом с ЖК «Стрижи» находятся детские сады, две школы и поликлиника, однако ездить на работу жителям всё равно придется в Иркутск, что может увеличить и без того большие пробки на въезде на Академический мост. При этом вопрос с общественным транспортом в «Стрижах» придется решать городскому и областному департаментам транспорта, поскольку ЖК находится уже за границей Иркутска.

Само по себе увеличение этажности не хорошо и не плохо: так и растут города и районы, согласна Колчина. «Даже если не растут и там останется одна многоэтажка — в квартирах будет отличный вид, другим это никак не мешает. Другое дело, что по целому ряду причин сейчас в России невыгодно строить что-то кроме многоэтажек, а это сильно обедняет среду, — считает она — все строительные нормы и правила основаны на советской модели индустриального домостроения, например инсоляция (количество часов, когда в окно должны попадать солнечные лучи). Эта норма появилась, когда люди ещё не умели лечить такие болезни, как туберкулёз. В Европе такой нормы нет, и именно норматив инсоляции чаще всего мешает в России строить в микрорайонах что-либо, кроме многоэтажек».

Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите одновременно
клавиши «Ctrl» и «Enter»

Загрузка...

Комментариев 0

21.02.2020 19:06

На экс-главу Листвянки завели дело из-за незаконной гостиницы на Байкале. Ее построили, когда мэр был под домашним арестом

Андрей Блинов

Автор Андрей Блинов

0Комментариев

В феврале силовики задержали главу Листвянки Александра Шамсудинова — по версии следствия, он выдал незаконное разрешение на строительство жилого дома на Байкальской природной территории. Мэра отстранили от должности, сейчас он под подпиской о невыезде. Шамсудинов рассказал «Верблюду» о причинах задержания и объяснил, почему он не согласен с обвинениями.

По версии Следственного комитета и прокуратуры, в 2017 году Шамсудинов незаконно выдал разрешение на строительство дома площадью более 1400 кв.м² в центральной экологической зоне Байкальской природной территории. Вместо того, чтобы построить дом, собственник возвел трехэтажную гостиницу. 14 февраля следствие возбудило уголовное дело о превышении полномочий, сейчас мужчина находится под подпиской о невыезде.

Экс-глава Листвянки рассказал «Верблюду», что в 2017 году пытался прекратить строительство гостиницы — чиновник заметил, что на месте будущего дома появилась крупная строительная площадка с котлованом. Администрация сообщила об этом в прокуратуру. «Стройка была прекращена в 2017 году, был запрет прокуратуры. Здание построили в мое отсутствие, а пришли ко мне: „вот, вы выдали разрешение“. Я давал разрешение на строительство жилого дома, стройку мы прекратили, когда там начали возводить этот объект, в мое отсутствие объект был построен, и мне предъявляют сейчас претензии», — рассказал собеседник «Верблюда».

Отсутствие, упомянутое Шамсудиновым, — домашний арест, под который его поместили 22 апреля 2018 года в рамках уголовного дела из-за незаконной выдачи разрешений на строительство домов. В ноябре 2019 года суд прекратил уголовное дело за истечением сроков давности. Шамсудинов уверен — уголовные дела связаны с тем, что он начал задавать много неудобных вопросов.

«Я офицер МВД, в этом поселке я работал 25 лет, у меня здесь семья, дети выросли и мне не безразлично, что тут с поселком будет происходить. Те, кто отстранили меня от должности — товарищи, поставленные мне сверху, — обливают меня грязью. Потому что пришел и начал интересоваться всякими моментами: Что сделано? Как деньги потратили бюджетные? Почему так случилось? Почему это не сделали? Вопросов неудобных много начал задавать, ну вот опять здесь», — поделился собеседник «Верблюда».

Почему администрация запрещала строительство?

По словам Шамсудинова, еще в октябре 2016 года прокуратура запретила главам поселений выдавать разрешения на строительство домов в экологической зоне Байкальской природной территории. Администрации поселков отказывали местным в строительстве, что возмущало жителей.

«Мы отказывали, и люди стали возмущаться. Депутаты потребовали разъяснений от прокуратуры. Зампрокурора Андрей Некрасов разъяснил, что 643 постановление (постановление правительства №643 Об утверждении перечня видов деятельности, запрещенных в центральной экологической зоне Байкальской природной территории“), не включает запрет о строительстве индивидуальных жилых домов. В марте 2017 года это разослали всем главам по Иркутской области. Пришло разъяснение Минприроды о том, что экологическая экспертиза для возведения жилых домов не требуется. С марта 2017 года, я, и все главы по Байкалу, начали выдавать разрешения на строительство», — рассказал собеседник «Верблюда».

Разъяснение для жителей Голоустненского, Большереченского и Листвянского муниципальных образований по-прежнему опубликовано на портале Иркутского района. В нем говорится, что выдавать разрешения возможно, если будущие постройки соответствуют градостроительной документации — генеральному плану, правилам землепользования и застройки.

Шамсудинов рассказал, что администрация Листвянки отправляла в надзорные органы все разрешения, которые он подписывал. «Они всё это видели, вопросов никаких не возникало. В 2018 году возбуждают уголовные дела, сажают меня под домашний арест, несмотря на разъяснение прокуратуры — всё, запрет, мы превысили полномочия», — подчеркнул собеседник «Верблюда».

20 февраля мужчина отправил обращение в СМИ (есть в распоряжении редакции), в котором он попросил врио губернатора Иркутской области Игоря Кобзева вмешаться в ситуацию. «Врио губернатора Кобзев, человек, который носил большие погоны, должен разобраться в ситуации, читает чью-то лживую справку, о том, что виной незаконным постройкам на Байкале — Шамсудинов, и не вникает в суть и не проверяет факты», — написал он в обращении.

Александр Шамсудинов был избран на пост мэра Листвянки 18 сентября 2016 года, за него проголосовали 57,67% избирателей. С 1993 по 2014 год он был сотрудником главного управления МВД по Иркутской области (начал как милиционер конвойной службы и закончил начальником дежурной смены). С декабря 2015 по сентябрь 2016 года он был председателем думы Листвянского муниципалитета.

Ничего не нашлось

Попробуйте как-нибудь по-другому