• Деньги вернут пассажирам, чьи рейсы не состоялись из-за международных санкций или закрытия аэропортов
  • Роспотребнадзор России отменил коронавирусные ограничения
  • С 1 июля тарифы на услуги ЖКХ повышаются

Главная > 16.06.2022 20:04

«Тальцы» — не выход: почему деревянные памятники нельзя переносить за город. Разбор «Иркутского блога»

Вадим Палько

Вадим Палько

0 Читать комментарии
«Тальцы» — не выход: почему деревянные памятники нельзя переносить за город. Разбор «Иркутского блога» - Верблюд в огне

13 июня в музее под открытым небом «Тальцы» освятили Троицкую церковь — ее готовят к открытию после реставрации. Храм перевезли в музей из Жигаловского района еще в 1991 году. Всего в музее более 30 старинных построек, доставленных из разных концов Иркутской области. Считается, что так объекты культурного наследия удастся сохранить от разрушения и утраты. Однако, по мнению автора «Иркутского блога» Вадима Палько, переносить деревянные памятники из города — это вредная затея.


Иркутск — город с крупнейшей в России сохранившейся исторической деревянной застройкой. Эта особенность выделяет его на фоне всех прочих городов Сибири (где дома сохранились лишь по отдельности, а цельная среда утрачена), а также ставит его в один ряд с ценнейшими городами мира с сохранившейся исторической средой — например Брюгге, Петербургом или Венецией.

К сожалению, у главного достоинства Иркутска есть недоброжелатели — те, кто хочет поскорее избавиться от деревянного наследия. Правда, они не говорят «снесите это немедленно» в открытую, а продвигают невинные, на первый взгляд, компромиссы. Их можно поделить на два типа.

  • Первый — «оптимизируйте памятники». Лоббисты этой идеи (среди них есть депутаты думы Иркутска, чиновники мэрии и даже правительства региона) твердят, что нужно оставить лишь несколько самых ценных деревянных зданий, остальное — снести. В «Иркутском блоге» уже было немало постов с детальным разбором этой недальновидной позиции.
  • Второй — «увезите памятники в „Тальцы“», известный всем иркутянам архитектурно-этнографический музей под открытым небом.

Фото: Евгений Друзин

Речь пойдет о втором варианте: я расскажу, почему перенос деревянных памятников в «Тальцы» — это не «удачный компромисс», а очень вредная затея, от которой выиграют только застройщики, а Иркутск понесет непоправимые потери.

Причина появления музея «Тальцы»

Сейчас у «Тальцов» постепенно складывается образ удобного полигона, куда можно свезти любые старые дома — чтобы «не мешались». Однако изначально музей под открытым небом создавали совсем не для этого.

Идея возникла в 1960-е годы из-за затопления старинных сел на берегах Ангары для строительства ГЭС. То есть тогда под угрозой оказались не памятники, а само место — именно поэтому приняли эксклюзивное решение о переносе деревянного наследия.

Эксперты, принявшие вынужденное решение о переносе, отлично понимали: памятник — это не только здание, но и его среда. Поэтому на замену нужно было найти место, которое соответствовало бы духу старых сибирских сел, — в таежном лесу у реки.

Тальцинское урочище на слиянии Ангары и реки Тальцинки отлично подошло: обрывистые рельефные берега, широкая река, кругом лес — такая атмосфера вполне правдоподобно воссоздает историческое окружение Илимского острога. 

Приведу еще один пример на эту же тему, но из другой части планеты. В 1960-е годы в Египте при строительства Асуанской ГЭС под угрозой затопления оказался знаменитый комплекс древних храмов Абу-Симбел.

Фото слева: Пшемыслав «Блюшейд» Идзкевич / commons.wikimedia. Фото справа: wikipedia

Правительство страны обратилось за помощью в ООН, чтобы воплотить грандиозный проект переноса храмов. Заметьте, снова то же обстоятельство: памятники решили перенести не просто так, а из-за потери исторического пространства.

В итоге все удалось: храмы разрезали на блоки весом примерно 20–30 тонн, которые заново сложили в паре сотен метров выше по склону. В итоге храмовый комплекс спасли, а его среда осталась похожей — те же скалы, почти то же место. Разве что Нил стал гораздо шире.

Делаем промежуточные выводы

Перенос — исключительная вынужденная мера, вызванная угрозой потери исторического места, реальной среды памятника. Никто не просит вынести исторические дома Парижа за город, ссылаясь на то, что там они якобы лучше сохранятся. Нужно осознать: как в Париже, так и в Иркутске не существует обоснованного повода для вывоза архитектурного наследия из центра.

Илимский острог при переносе утратил подлинное историческое пространство, но взамен, чтобы хотя бы немного восполнить эту потерю, попытались воссоздать похожую среду — близкий по восприятию пейзаж, который не противоречит истории памятника.

Если перенести иркутские городские усадьбы в «Тальцы», здания окажутся в чужеродной среде (вместо равнины — тальцинские холмы, вместо городской среды — сельская). Это дискредитирует саму идею воссоздания исторического пространства. К сожалению, в музее «Тальцы» это происходит уже сейчас.

Небылица вместо истории

Во всем мире перенос памятников по-прежнему воспринимается как нечто исключительное. Однако в музее «Тальцы» это поставили на поток: туда стали завозить все подряд — уже не для того чтобы воссоздавать приближенное к реальности историческое пространство, а лишь для строительства псевдоисторического городка для туристов. В итоге там стали появляться специфические нестыковки.

  • Казус 1. Туда переносят дома, которым эта среда чужеродна, — они никогда не стояли в похожей местности.

Вот, например, «Дом фельдшера», возведенный и открытый в 2020 году. Он оказался в окружении леса, рядом со склоном, ведущим к иркутскому водохранилищу.

Фото: Евгений Друзин

Его реальная историческая среда выглядит так: село Олой в Эхирит-Булагатском районе, никакой реки, леса, крутых берегов. Это степь.

  • Казус 2. Создается абсурдное соседство: изначально появившийся Илимский острог был цельным комплексом, где ничего друг другу не противоречило, но теперь в «Тальцах» рядом стоят здания, которые исторически разделяли десятки и сотни километров. Это уже не воссоздание исторического пространства, а случайная мешанина.

Такой подход напоминает винегрет из достопримечательностей в Лас-Вегасе, где в одном месте оказались копии Эйфелевой башни, статуи Свободы, египетских пирамид и прочего.

Фото: Bernard Spragg. NZ / flickr

К этому добавляются анахронизмы и логические нестыковки. Например, городские деревянные усадьбы имеют конструктивные особенности, свойственные только густонаселенной местности. Так, в доходных домах Иркутска конца 19 века — небольшие квартиры. Появление такого дома в маленьких «Тальцах», где всего несколько улиц, — это нонсенс, примерно то же самое, как построить небоскреб на пустом зеленом лугу среди пасущихся коров. Городская деревянная усадьба просто не могла существовать в подобном окружении.

Сторонники переноса, конечно, отмахнутся: мол, рядовой турист таких деталей не знает, ему все равно — лишь бы на деревянные домики посмотреть. Но в том и разница: в реальном историческом городе турист может при желании прикоснуться к подлинной истории без фальши, в «Тальцах» же это сделать невозможно — это бутафорский городок, которого на самом деле никогда не существовало.

О ценности исторического места

Почему специалисты всего мира по-прежнему крайне настороженно относятся к идее переноса памятников? Дело в том, что ценность исторического наследия заключена не только в визуальном облике памятников, но и в подлинном мемориальном пространстве вокруг них.

Взгляните на фото ниже: это Иркутск, улица Средне-Амурская, дни царствия Николая Второго, незадолго до начала Первой мировой войны. На снимке запечатлена иркутянка с маленьким ребенком.

На следующем фото — то же самое место больше 100 лет спустя. Улица с советских времен называется иначе (Седова), но здания, оставшиеся на своих местах, сохранили и донесли до нас подлинное пространство.

Фото: Иркутский блог

Это и есть то, что мы можем называть историческим местом, которое несет в себе подлинную преемственность поколений. Именно здесь мы можем сказать, что «тут, в этом самом месте творилась история».

В «Тальцах» мы того же сказать не можем: там ничего не происходило — разве что туристы гуляли. Таким образом, при переносе в «Тальцы» любой памятник автоматически теряет мемориальную ценность места, сохраняя только архитектурную.

Вывод: перенос домов в «Тальцы» — убийство туристического потенциала Иркутска. Не только историки и краеведы, но и рядовые туристы отдают предпочтение реальным историческим пространствам.

Проведите эксперимент: спросите рядового иркутянина, какие исторические места на планете он бы хотел посетить. Вы наверняка услышите в ответ: живые исторические города — Венецию, Париж, Петербург, Суздаль, и так далее.

Затем попросите назвать как можно больше этнографических музеев, подобных «Тальцам». Большинство не назовет больше трех. На деле в России таких этнографических музеев огромное множество — даже в Иркутской области есть еще один («Ангарская деревня» в Братске).

Фото: администрация города Братска

Некоторые такие «музеи под открытым небом» в России даже крупнее «Тальцов» — но вы, скорее всего, о них ничего не слышали. Причина проста: люди относятся к подобным местам как к необязательному забавному дополнению к поездке, но уж точно не как к ее цели. Посетить «Тальцы» могут «заодно» по пути в Листвянку, но специально ради этого в Иркутск никто не полетит.

В то же время деревянный Иркутск — это подлинный исторический город, и если правильно его преподносить, инвестировать в реставрацию его уникального (настоящего, а не бутафорского!) центра, он может стать жемчужиной мирового масштаба. Если же вывезти его архитектурное наследие в «Тальцы», мы потеряем настоящий город, взамен получив бледный придаток к Байкалу, малоинтересный подавляющему большинству туристов.

Реальная опасность

Вспомните фото исторического места на Средне-Амурской улице, которое я выкладывал выше. Его я выбрал не случайно: там можно увидеть усадьбу Синцова. Вот она (на фото находится справа. — Прим.ред.):

Фото: Иркутский блог

Этот дом попал в список, который подготовили для массовых конвейерных экспертиз в 2022 году. Они проходят в Иркутске прямо сейчас.

Чтобы утратить этот подлинный фрагмент исторического пространства Иркутска, необязательно лишать дом Синцова охранного статуса. Достаточно лишь приговорить его к переносу за город.

Важно понимать: перевозка памятников в «Тальцы» равнозначна их сносу — ведь настоящий Иркутск останется без обширной уникальной исторической среды. Застройщики, которые очень заинтересованы в устранении деревянной застройки из исторического центра Иркутска, это отлично понимают, поэтому любые разговоры о переносе домов в музей «Тальцы» играют им на руку.

…и подозрительные обстоятельства

В начале 2022 года областная служба по охране памятников заверила журналистов, что массовые экспертизы деревянных памятников не приведут к их массовому выводу из-под охраны.

Однако сейчас существуют все основания полагать, что иркутские чиновники могут готовить не массовый вывод домов из-под охраны, а массовый перенос деревянного наследия Иркутска в «Тальцы». Есть несколько поводов для такого предположения.

Во-первых, в конце 2021 года руководство «Тальцов» объявило о планах построить у себя «второй 130-й квартал». То есть речь идет о создании целого городка из деревянных зданий — причем сделать это хотят уже в ближайшие пару лет. Откуда будут брать дома — не уточняется.

Во-вторых, крайне подозрительно выглядит последовательность действий иркутских властей. Обратите внимание, чтобы юридически обеспечить перенос подлинного исторического наследия Иркутска в «Тальцы», требуются две вещи:

  • обновить проект зон охраны ОКН в городе, упомянув возможность переноса домов;
  • упомянуть перенос в «Тальцы» как рекомендацию для памятника — для этого нужно провести его экспертизу.

И… Вот так совпадение!

  • К началу 2021 года власти Иркутской области вдруг подготовили новый проект зон охраны ОКН в Иркутске.
  • В 2022 году началась масштабная ревизия реестра выявленных памятников — массовые экспертизы проводятся прямо сейчас.

В завершение — еще кое-что, не аргумент, но интересная деталь: с сентября 2019 года пост директора по развитию музея «Тальцы» занимает бывший руководитель пресс-службы губернатора Сергея Левченко. Иркутяне хорошо помнят, что Левченко был ставленником иркутского строительного лобби. Не нужно в очередной раз напоминать, кому в первую очередь выгоден вынос исторического Иркутска в музей «Тальцы».


Подписывайтесь на телеграм-канал «Верблюда в огне»!

Фото: anjstray / wikipedia

Комментариев 0

Загрузка...

Разбор «Верблюда» 30.05.2022 12:10

Солнечные пятна и телескопы высотой с многоэтажку: как работает обсерватория в Листвянке

Таня Мелентьева

Автор Таня Мелентьева

0 Читать комментарии

Знали, что Иркутская область — это один из научных центров России? Рядом с нами находятся большое число астрофизических обсерваторий, причем посмотреть на огромные телескопы могут не только ученые, но и любой желающий. В регионе развивается научный туризм, и в совместном проекте с Tele2 «Верблюд» расскажет о самых интересных локациях.

Первой стала ближайшая к Иркутску обсерватория — она находится рядом с туристическим центром Байкала, в горах, на окраине поселка Листвянка. Наш корреспондент побывала на установке и узнала, в какой телескоп можно увидеть Солнце своими глазами и почему ездить в обсерваторию увлекательнее, чем кататься на колесе обозрения.


Партнерский проект

Что можно увидеть в обсерватории

Девять утра. Иркутск спешит на работу и учебу, а мы — на Байкал. Всего полтора часа дороги отделяют нас от места, где живет настоящая наука. За это время мы должны добраться до Байкальской астрофизической обсерватории Института солнечно-земной физики.

Даже в будни в поселке полно туристов. Пожилые, вооружившись палками для сканди-ходьбы, не спеша гуляют вдоль набережной. У самой кромки Байкала, сидя прямо на гальке, отдыхают пары с детьми. У причала люди с катеров зазывают на экскурсии по озеру. Мы проезжаем мимо — наша конечная остановка находится в самом конце Листвянки.

Поворачиваем на узкую улочку, по обе стороны заключенную в ряды деревянных домов. В советские годы на этой территории был пустырь и вся она принадлежала Институту солнечно-земной физики. Но в 1990-е часть земли перешла в частную собственность, и теперь здесь находится индивидуальная застройка.

Проехав по крутой дороге в гору, мы добираемся до обсерватории. Туристы в ожидании экскурсии устроились на скамейках рядом с бирюзовым макетом Урана. Здесь нас встречает экскурсовод  Вячеслав, астроном-любитель. По образованию он HR-менеджер. В 2009 году мужчина купил свой первый телескоп, и его затянула наука о звездах.


История Байкальской обсерватории началась еще в 1960-е годы. Тогда у ученых была большая нужда в инструментах, с помощью которых можно было бы исследовать Солнце. Изначально обсерваторию хотели построить на Ушканьих островах. Там были идеальные климатические условия — прозрачный воздух, много солнечных дней. Однако для строительства больших проектов нужна была инфраструктура, а острова находятся в центре озера, в 12 километрах от берега. Поэтому свой выбор физики остановили на Листвянке.

«Сейчас мы находимся на втором ярусе обсерватории. Всего их три», — рассказывает Вячеслав. Здесь установок нет. Только административный корпус, пристройки, возле которых паркуются «Газели» и «буханки», и большой купол с нарисованными звездами — будущий мини-планетарий. Раньше, когда еще не изобрели «цифру», тут была также фотолаборатория. Теперь этот домик используют как склад, а под его крышей живет кот.

Ученые в обсерватории находятся только днем, ночуют здесь сторожа и гиды, которые проводят вечерние экскурсии. В среднем, на установке работают 70–80 человек. Непосредственно в Листвянке трудятся инженеры, электрики и те ученые, которые имеют дело с оборудованием. Остальные работают из иркутского академгородка.

Вячеслав предлагает спуститься на первый ярус. Путь лежит через узкую тропинку, по одну сторону усаженную цветущим ярко-розовым багульником. Дорога приводит к металлической лестнице с узорами в виде солнц. За ней нас встречают три башни — телескопы высотой с трехэтажный дом. Еще один инструмент спрятался выше, за деревьями.

Эти устройства способны во всех деталях рассмотреть Солнце. Одни регистрируют магнитные поля звезды, другие позволяют наблюдать небесное тело через разные фильтры. Однако посмотреть своими глазами можно только в один телескоп, который находится в дальней башне. Остальные аппараты наблюдают Солнце через специальные камеры.

Заходим внутрь дальней башни и поднимаемся к телескопу по винтовой лестнице. Наверху в полутьме нас ждет аппарат, будто сошедший со страниц учебника астрономии, — белоснежная труба, старые часовые механизмы и метровые ручки для подвода. Вячеслав просит одного из туристов открыть купол — для этого мужчина крутит специальный штурвал, и в башню врывается ослепительный солнечный свет. Сегодня нам повезло с погодой, и мы сможем разглядеть детали на диске звезды. Но наблюдать мы будем не в старый телескоп, а в новый, который прикреплен прямо к корпусу своего предшественника.


Смотреть на Солнце в обычный телескоп нельзя — это крайне опасно для зрения. Для наблюдений звезды на устройстве должен быть специальный фильтр, который пропускает ничтожный процент света. Именно такой установлен здесь.

В окуляре — красный диск. Первые несколько секунд можно увидеть только яркое пятно. Но после того как глаз привыкает к этой картинке, становятся видны пятна в центре и волокна на самом краю диска. Последние — это протуберанцы, подсказывает Вячеслав. Они представляют собой гигантские (больше, чем Земля!) выплески раскаленного газа.

Пока вся группа по очереди наблюдает Солнце, экскурсовод рассказывает о звезде — о циклах ее активности и интересных образованиях на поверхности. Также он показывает один из раритетных снимков, сделанных во время максимума солнечной активности.

Теперь нам предстоит подняться на самую верхнюю точку обсерватории — к Большому солнечному вакуумному телескопу. По ухабистой лесной дороге нас везет белая «Газель». Вдоль тропы можно встретить макеты Сатурна, его спутников и кометы — это часть большого квеста для детей, которые посещают установку.

На третьем ярусе обсерватории нас ждет исполин — белый телескоп, чем-то напоминающий циркуль. Его высота — 29 метров. «В 70-е годы на этом месте была скала, ее взорвали. Из того, что осталось, сделали насыпь, на которой мы сейчас стоим. Этот телескоп строили восемь лет, еще три года настраивали», — рассказывает Вячеслав. По его словам, у устройства такое большое увеличение, что он может детально рассмотреть пятирублевую монетку, находящуюся на расстоянии 10-15 километров.


В привычном понимании «посмотреть на Солнце» через этот телескоп не получится — ученые снимают его спектр. Получается примерно такая же картинка, как если бы пучок света пропустили через призму. Благодаря этим данным физики могут изучать процессы в атмосфере звезды.

Мы поднимаемся ко входу в башню телескопа, рядом на площадке стоит инсталляция — диск Солнца, напоминающий гонг. Это еще одна часть квеста для детей. Нас запускают внутрь здания. Впереди — восемь пролетов, лестницы с каждым разом становятся все круче и круче. На середине пути даже стоит стул — вероятно, для тех, кому такая нагрузка далась непросто.

Наконец, мы добираемся до самой вершины телескопа и подходим прямо к главному зеркалу. Отсюда открывается панорамный вид на Байкал, от которого захватывает дух, — горы, лес и бесконечная гладь озера, сливающаяся с небом. Если присмотреться, здесь можно даже разглядеть дно озера сквозь кристально прозрачную воду. Такого не увидеть даже на колесе обозрения, расположенном в поселке.

Увиденным хочется непременно поделиться. Достаю телефон и начинаю записывать видео: снимаю озеро с высоты птичьего полета и футуристичное зеркало телескопа. Как оказалось, в обсерватории хорошо ловит только Tele2, поэтому я и другие абоненты оператора смогли сразу отправить классные кадры друзьям и коллегам. Остальным туристам приходится отложить шеринг «на потом».

Насладившись видом, мы снова спускаемся вниз. В завершение экскурсии Вячеслав рассказывает гостям о других научных установках в Иркутской области и Бурятии — на некоторых из них также могут побывать туристы.

Научный туризм: что это такое и кто занимается этим в Иркутске

Экскурсия на Байкальскую обсерваторию — это пример того, что такое научный туризм. «В каком-то смысле, такие познавательные туры были и раньше, но только в области архитектуры, культуры и истории. Сейчас же стали популярны естественно-научные направления — физика, химия, геология, астрономия, биология», — рассказывает астроном, директор компании «Звездный десант» Михаил Меркулов.

А рассказать и показать, как живет серьезная наука на Байкале, есть где — на южном побережье озера работает больше десятка обсерваторий. Такой концентрацией исследовательских астрофизических центров мы обязаны климату и количеству солнечных дней — в среднем, по 210-240 в год.

В Приангарье научным туризмом занимается коллаборация из трех компаний — «Солнечный ветер», принадлежащий Институту солнечно-земной физики, «Звездный десант», который основали ученые Сергей Язев, Дмитрий Семенов и Михаил Меркулов, а также туроператор «Наука Тур — Байкал». Они работают в симбиозе — институт дает доступ к своим обсерваториям, ученые готовят лекторов, а менеджеры помогают организовать поездки.

Как правило, гидами на просветительских турах выступают люди с научным образованием — ими нередко становятся педагоги или сотрудники институтов. Специальная подготовка — это обязательное условие для лекторов, подчеркивает Михаил. На экскурсиях люди часто задают сложные вопросы, а грамотный ответ может дать только человек, который проходил специальное обучение.

«»

«Одна история, когда человек просто поглазел на установку и все. Мы работаем на то, чтобы человек ушел от нас заряженный, узнал новое и заинтересовался наукой. Особенно хочется, чтобы дети загорелись этим и пошли работать физиками, — в институтах сейчас катастрофически не хватает специалистов», — размышляет Михаил.

По его словам, перед научным туризмом в области стоит не только просветительская задача. Помимо этого, астрономы хотят, чтобы Иркутск ассоциировался с передовой наукой и космосом у горожан и жителей других регионов. «Мы хотим, чтобы у людей, которые работают в науке, было чувство, что с Иркутском важно и нужно сотрудничать. Что здесь есть крутые установки, на которых работают даже другие страны», — говорит Меркулов.

В научном туризме заинтересованы не только астрономы-энтузиасты, но и целые институты. Во-первых, просветительская деятельность часто привлекает молодых специалистов и они приходят работать в местные обсерватории. Во-вторых, быть на слуху — выгодно. Так организации становятся заметнее и могут привлечь грантовую поддержку или инвестиции на исследования.

Сами сотрудники обсерваторий тоже не против иногда взаимодействовать с туристами и ответить на их вопросы. Бывало также, что работники присоединялись к экскурсиям — например, чтобы понаблюдать небесные объекты в телескоп. Ведь сейчас ученые смотрят на космические тела через экран компьютера и не работают с оптикой годами.

Как добраться до обсерватории в Листвянке

Байкальская обсерватория находится у мыса Лиственничный и обозначена на любых онлайн-картах. Добраться до нее можно либо на машине, либо на маршрутке №526 Иркутск — Листвянка. Автобус отходит от городского автовокзала.

Если вы решили ехать на общественном транспорте, то вам придется немного прогуляться. От гостиницы «Маяк» до входа в обсерваторию нужно пройти 1,5 километра. Попасть в обсерваторию и подняться на установки можно только в сопровождении экскурсоводов. Перед посещением обязательно нужно позвонить в «Наука Тур — Байкал» или «Солнечный ветер» и договориться об экскурсии.

Еще один важный момент — это связь. Обсерватория находится в отдаленном месте, и, если вам важно оставаться в онлайне всегда, продумайте этот момент заранее. Единственный оператор, у которого здесь есть устойчивый сигнал, — это Tele2. К нему подключены все экскурсоводы и работники.

Что еще можно посмотреть из научного в Листвянке

На противоположном конце Листвянки есть еще одно место для научного туризма — Байкальский музей СО РАН. Там можно прогуляться по дендропарку или заглянуть на экскурсии. Узнаете больше о Байкале и познакомитесь поближе с эндемиками озера.

В мае музей открыл новую программу «Тайны байкальских глубин». Это виртуальная экскурсия — туристы, надев VR-шлем, погружаются на дно озера и узнают, как живут его обитатели.


Tele2 — оператор мобильных услуг, который работает в 68 регионах, включая Иркутскую область. Его услугами пользуется 47,5 миллионов человек. Компания обладает широкой зоной покрытия в регионе и позволяет оставаться на связи даже в отдаленных уголках области. Ознакомиться с картой покрытия можно на сайте оператора.

Ничего не нашлось

Попробуйте как-нибудь по-другому